Чтение онлайн

— Ты надеялся, что твои выходки привлекут внимание отца.

Он рассмеялся, но в смехе слышалась лишь горечь.

— Наверное. Ну, вот он я, ребёнок, которому сказали, что у него есть судьба. На протяжении веков, люди предсказывали, что я Антихрист. В детстве после такого чувствуешь себя сильным.

— Но? — надавила она, чувствуя, что это ещё не всё.

— Но, так ли это? Посмотри на меня — работаю на кладбище, даже в колледже не учился; не знаю, кто мои родители. Почему именно я должен править чем-то?

— Из-за крови.

— Что?

— В правительстве политики выбираются голосованием. Подобно конкурсу на популярность, и не имеет ничего общего с достоинством. Глупый метод. — По крайней мере, так утверждали её учителя. — В прежние времена такой демократии не существовало. Те, у кого было богатство встают у руля. Но до этого, до того, как человечество захватило планету, те, кто обладал властью, истинной властью, управляли всем. Они правили не из-за голосов или денег. Они правили потому, что в их жилах текла кровь. Даже сегодня гены решают нашу судьбу.

— Для тебя, возможно. Ты знаешь, от кого родилась. Я же? Мне казалось, что и я знаю. Но это ложь.

— И?

— Что значит «и»? Если мама солгала мне о том, что она моя мать, то она, вероятно, солгала и об отце. Если да, то я не Антихрист.

— Но ты всё равно важная персона. — Она сжала его пальцы и заставила повернуться к ней. — Кто-то из обычных людей не смог бы вышвырнуть меня и Эву из дома. Особенно Эву. Надо было видеть удивление на её лице. — Никто не мог надавить на её сестру.

— А что, если это была случайность? Что если я никогда не смогу…

Услышав сомнение в его голосе, такую грубую и искреннюю правду, она приподнялась на цыпочки. Как Изобель могла подумать, что этот мужчина груб и недостоин её? Внешняя дерзость скрывала того, кто ищет сам себя и ответы. Она коснулась губами его губ и прошептала:

— Ты особенный. Я так думаю. — Изобель запечатала заявление поцелуем. Она хотела, чтобы поцелуй был ободряющим. Мягкое прикосновение, чтобы сказать: «Я здесь и верю в тебя», но он обернулся гораздо большим.

Крис обнял её, сильно, но не раздавливая. Затем приподнял так, чтобы ей не пришлось тянуться, позволяя ему вести в поцелуе, с пылкой страстью. Он раздвинул её рот языком, странность, которая быстро забылась в вызванном жаре, чувственной страсти, разливающейся в Изобель. Желании.

Оно жгло её изнутри.

Крис не обращал внимания на верёвки, которые отделяли египетский саркофаг, и прижал её к нему спиной. Он встал между её ног, прижимая к сердцевине, и потёрся о её грудь. Изобель вздохнула.

— О, Крис, — простонала она и он зарычал.

— Я так сильно хочу тебя. Хочу сделать тебя своей.

Забавно, но она тоже его хотела. Она поцеловала его сильнее, пытаясь показать, как сильно он её возбуждает. Но люди не поняли огня, разгоравшегося между ними. Кто-то попытался прервать их криком:

— Снимите номер, извращенцы.

Услышав это грубое восклицание, Крис оторвался от Изобель и зарычал через плечо.

— Валите.

Да, проваливайте. Они не видят, что Изобель и Крис заняты.

Крис снова повернулся к ней, и в глубине его взгляда горел огонь, который почти гипнотизировал.

— Может, пойдём куда-нибудь в более уединённое место?

Осмелится ли она?

Изобель поцеловала его. И в этот момент саркофаг позади них заскрежетал.

Бам. Бум. Кряк.

Крису очень не хотелось обращать внимания на грохочущий гроб, потому что желал бесконечно целовать Изобель, и она почти сказала, что переспит с ним.

Но…

— Мне кажется или кто-то пытается выбраться? — прошептала она ему в губы.

— Да.

Любая другая девушка, вероятно, закричала бы, упала в обморок и в панике бросилась бежать. Но не его уточка. Изобель просто вздохнула.

— У тебя никогда не возникало впечатления, что звёзды сговорились против тебя.

— Да. — Потому что, скорее всего, так оно и было. Разве мадам не велела ему держаться подальше от Изобель? К чёрту всё. — Не обращай внимания, — прошептал он ей в ответ.

— Я бы с удовольствием, но ждала подсказки насчёт зомби, и вот она. — Изобель оттолкнула Криса. — Нельзя его игнорировать.

Очевидно, она хочет взять на себя ответственность. К счастью для неё, он думал, что это мило… даже если посиневшие яйца не соглашались.

— Я знал, что ты так скажешь. И, какой у нас план, уточка?

Изобель потянулась к бедру и обхватила пальцами воздух сбоку. Когда она вытянула руку вперёд, невидимое пространство превратилось в меч. Самый аккуратный трюк на свете.

«Если я Антихрист, разве у меня не должна быть классная игрушка?»

— Мне тоже нужен меч. — Он не мог сдержать зависть.

Изобель нахмурилась.

— Да, но раз уж вооружена я, почему бы тебе не выпустить наружу то, что там стучится?

Он посмотрел на трясущийся саркофаг.

— Ничего хорошего из этого не выйдет. И я голосую за то, чтобы оставить саркофаг запертым и продолжать целоваться. — В его доме, где не было гробов и трупов.

С другой стороны, он жил на кладбище… вероятно его дом не лучший вариант.