Чтение онлайн

— Не волнуйся, — говорю я ей. — Мы доставим тебя туда. Просто следуй за нами, хорошо?

Она колеблется.

— Тени сказали мне не двигаться. Они сказали, что вернутся за мной.

— Они не причинят тебе вреда, Софи. Не смогут, если ты пойдёшь с нами.

Но я уже потеряла её. Она смотрит сквозь меня, её глаза затуманены.

Я открываю рот, но, прежде чем я успеваю что-либо сказать, Брайтоншир встаёт перед Софи, заставляя её посмотреть на него.

— Ты когда-нибудь играла в прятки?

Уголки её губ приподнимаются.

— Это моя любимая игра.

— Чудесно! — он хлопает в ладоши. — Мы с моей подругой всё время играем в неё в этом лесу. Видишь ли, твой дом прячется между деревьями, и мы должны его найти. Первый, кто найдёт его, выигрывает.

Она наклоняет голову.

— Правда?

Он выгибает бровь.

— Разве я похож на того, кто стал бы тебе врать?

Её щеки розовеют, и она качает головой.

Брайтоншир берет её за руку.

— Пойдём. Позволь нам найти твой дом.

Она улыбается ему, не обращая внимания на тонкие струйки крови, стекающие по её рукам.

— Хорошо.

Они начинают идти вглубь леса по тропинке. Я позволяю Брайтонширу идти впереди, похлопывая его по правому или левому плечу, в зависимости от того, куда нам нужно повернуть. Я хорошо знаю бостонский порог. Он расположен в парке и часто открывается. Обычно я встречаю оттуда, как минимум двух детей или нянь в месяц. Однажды даже был всадник на лошади, который так и не понял, что его больше нет в парке. Я сказала ему, что он просто сбился с главной тропы, и если он вернётся тем же путем, которым пришёл, то окажется на знакомой территории. До меня дошло, насколько правдивым было это заявление только после того, как он вернулся домой.

Мы подходим к её порогу, и я тяну Брайтоншира за плечо, заставляя его остановиться.

— Ах, мы пришли, — говорит он.

Софи хмурится.

— Я не вижу своего дома.

Он кладёт руки на колени и сгибается до уровня её глаз.

— Он прямо там, за деревьями. Тебе нужно только сделать шаг вперёд, и ты его увидишь.

Она делает маленький шажок, затем останавливается.

— Я вижу только больше деревьев.

— Сделай ещё один шаг.

Она вздыхает и идёт вперёд, исчезая за порогом.

Он выпрямляется и снова смотрит на меня.

— Я надеюсь, что с ней всё будет в порядке.

— Она сейчас дома, — говорю я. — Ей придётся немного объясниться, но её родители будут просто счастливы, что она вернулась.

Он кивает.

— Куда теперь?

— Пошли.

Наши шаги заглушает ветер, колышущий листья над головой. Теперь они почти все раскрашены. Солнечный свет блестит на них, как рубиновые туфельки Дороти, если бы у неё тоже были фиолетовые, оранжевые и желтые туфельки. Папа рассмеялся, когда я сказала это в первый раз, но сейчас он бы не смеялся. Не с чёрными листьями, усеянными пятнами между ними, распространяющимися, как болезнь.

Я прочищаю горло.

— Спасибо, что помог мне с ней, — говорю я. — Ты очень хорошо ладишь с детьми.

Он пожимает плечами.

— Я только хотел проводить её домой в целости и сохранности. Она выглядела такой сломленной.

— Лес створит это с людьми.

Даже без какой-то неизвестной силы, делающей листья чёрными.

— Это странно.

— Что это?

— Тени, которые описала Софи. Ты когда-нибудь сталкивались с чем-нибудь подобным этому раньше?

— Нет, — говорю я, хотя это не совсем так.

Прошлой ночью, когда тени, которых не должно было быть без света чтобы отбрасывать их, метнулись между деревьями, и это было после того, как солнце уже село. Не в середине дня.

— Есть истории о теневых монстрах, которые живут в лесу после наступления темноты, но Софи никак не могла пробыть в лесу так долго, прежде чем мы её нашли.

— Откуда ты знаешь?

— Я бы почувствовала её присутствие раньше, — объясняю я.

— Ты чувствуешь присутствие каждого в лесу?

— Да, — говорю я, игнорируя сомнения, терзающие моё сердце.

— Как ты думаешь, эти тени имеют какое-то отношение к тому, что здесь происходит?

— Не знаю.

Мы идём дальше, вниз по извилистым, изгибающимся тропинкам. Я наблюдаю за Брайтонширом, его твёрдой походкой, кристально чистым взглядом, и всё это благодаря эликсиру, который бросает вызов самой причине, по которой стражи были выбраны в первую очередь: защитить лес от путешественников, которые могли бы использовать его для своей личной выгоды. Агустус и Селия, должно быть, знали, насколько опасным будет этот эликсир, если он попадет не в те руки. Действительно ли они были готовы пойти на такой риск просто для того, чтобы их приёмный сын мог… что? Принять участие в их наследии? Или за эликсиром стоял другой мотив? Может быть, они исчезли не потому, что с ними случилось что-то плохое, а потому, что они делали что-то плохое.

И если это так, можно ли вообще доверять Брайтонширу?

ГЛАВА XIV

Двадцать минут до захода солнца. Я поднимаю руку, и Брайтоншир останавливается рядом с моим порогом.

— Подожди здесь.

Мои первые шаги из леса неустойчивые, и мне кажется, что моя голова весит килограмм сорок пять, но я не могу выполнять свои декомпрессионные упражнения, пока не удостоверюсь, что всё безопасно. Делая глубокие, успокаивающие вдохи, я пересекаю задний двор и проверяю подъездную дорожку. Ни машины, ни мамы.

Я хватаю свой рюкзак из машины, затем просовываю голову через порог и говорю:

— Хорошо. Следуй за мной.

Он переступает порог и сразу же отклоняется в сторону. Я хватаю его и ставлю прямо.

— Что со мной не так? — спрашивает он, и его лицо приобретает болезненный оттенок зелёного.

Ткань его рубашки мягкая и нежная в моих ладонях. Домотканая. Совсем не похожа на одежду, которую мы носим в эти дни. Я прочищаю горло и отпускаю его.

— Это просто последствие леса. Присядь на секунду.