Чтение онлайн

— А тот новый город, который начали строить белые?

— Его уже, наверное, нет и в помине, — убежденно заверил его начальник сторожевого поста.

— Хоть у меня и нет знака, но я надеюсь, что ты накормишь меня и позволишь немного отдохнуть?

— Благословение богов снизойдет на наш пост, если ты остановишься здесь, о святейший. Войди же и будь нашим гостем, раздели с нами ту пищу, что у нас есть, — почтительно ответил начальник поста.

Рокки покинул гостеприимное убежище только после полудня, так как решил подольше отдохнуть перед дальней дорогой.

Сидя на скамье около сторожевого поста, он наблюдал за тем, как бежали гонцы, и обдумывал все, что видел и слышал. Он отправился в путь к Куско уже с определенным планом. Когда пост, который он покинул, скрылся из глаз, Рокки свернул с главного тракта и, внешне безразличный ко всему, спустился полями к реке. Он пошел туда, где городские стены пострадали от землетрясения, так как только с той стороны можно было проникнуть в осажденный город.

Луна всходила поздно, и Рокки был рад этому, потому что хотел под покровом темноты осуществить свое намерение. Он верил в удачу, знал, что воины относятся к жрецам с уважением, и надеялся, что не встретит никого из тех, кто бы его опознал.

Рокки свободно расхаживал по лагерю индейцев, делая вид, что занят важными делами, в действительности же он просто высматривал, как охраняются городские стены. С наступлением темноты он скрылся в чаще над рекой, а как только погасли последние отблески зари и мрак сгустился, выбрался из своего укрытия.

Стена в том месте, где он остановился, обвалилась, образуя пролом шириной в пятнадцать-двадцать шагов. Брешь эту кое-как заделали, возведя земляной вал, и в таком виде все оставили. Вал был достаточно крутой, но все-таки легче было вскарабкаться по нему, нежели по стене.

Рокки верил в свои силы. Он подкрался к самому валу и, используя каждую неровность крутого откоса, медленно пополз вверх; ни единый шорох не выдавал его движения.

Еще днем он заметил, что на валу за низкой оградой стоит стража. Он знал, что ночью дозорные более бдительны, а испанцы — Рокки уже убедился в этом — превосходные стрелки. И пуля легко может настичь его даже в ночной темноте…

Одолев примерно две трети откоса, он прижался к земляной стене и негромко крикнул:

— Amigo! Amigo!

— Кто там? — спросили наверху, и Рокки понял, что он находится гораздо ниже, чем предполагал.

— Amigo! — повторил Рокки. — Не стреляйте! Amigo!

— Сколько вас там? — спросил невидимый в темноте стражник. Где-то за стеной ударили кремнем о кресало.

Рокки знал, что сейчас произойдет. Блеснет огонь, белые зажгут горшок со смолой и выставят его на шесте за ограду. На валу сделается светло, как днем.

Он испугался: взбираться еще порядочно. Меткость индейских метателей копий ему была хорошо известна. Уже не опасаясь, что его услышат внизу, он закричал:

— Я один! Один! Не светите! Я иду к вам! Не светите!

Внезапно он умолк. Лассо захлестнуло его шею и сорвало с насыпи.

— Что там? Что происходит? — орал испанец, и вдруг золотистая вспышка прорезала мрак, раздался выстрел, и гулкое эхо прокатилось по долине.

При вспышке выстрела испанцы заметили двух воинов-индейцев, которые тащили кого-то на веревке.

— Этот человек, сын Солнца, пытался пробраться в город. — Начальник караула приветствовал властелина и указал на пленного. — Он взобрался уже высоко вверх по валу и переговаривался с белыми на их языке.

Манко внимательно присматривался к пленному. Две масляные лампы достаточно хорошо освещали шатер, поэтому и Рокки мог разглядеть нового властелина. Прежде он видел его только издали.

— Ты на самом деле жрец? — спросил Манко.

— Да, сын Солнца, — спокойно ответил Рокки.

— Как тебя зовут и откуда ты?

— Имя мое Рокки. Я главный жрец…

— Ты был жрецом! — холодно и зловеще прервал его Манко. — Теперь ты падаль. — Глаза сапа-инки блеснули, лицо исказилось гневом. — Это ты, собака, выдал белым тайну кипу? Ты вязал и рассылал фальшивые кипу, приказывая повиноваться белым?

Рокки равнодушно пожал плечами. Отрицать было бесполезно.

— Почему ты так поступил? Чтобы иметь золото и девок?

— Я служил сильнейшему. Только в этом случае можно было надеяться, что война скоро окончится и не будет пролито много крови.

— Предатель! Ты начал помогать белым прежде, чем они оказались сильнее.

— Я хотел жить. И знаю, что так рассуждают многие. Каждый заботится о себе. Живем ведь только один раз.

— А вечная жизнь пред ликом светлого Инти уже ничего не значит? А гибель Тауантинсуйю тоже ничто для тебя?

— Спроси тех, кто погибает в борьбе! Может, они предпочли бы жить и в неволе, и в унижении, но только жить?

— Сын Солнца! — с негодованием вмешался в разговор какой-то вождь из окружения сапа-инки. — Разреши убить предателя, разреши вырвать его мерзкий язык, чтобы не слушать гнусную ложь.

Инка Манко не сводил глаз с Рокки. Он ответил лишь немного спустя:

— Погоди еще. Он говорит смело, а ведь не каждый на это решится. Надо знать, о чем думают даже самые подлые и низкие.

Он обратился к Рокки.

— Ты считаешь, что белые победят, и поэтому служишь им. Но почему ты хотел пробраться в город? Ведь всем известно, что с белыми скоро покончат. Вот только подойдут отряды из Кито, мы ударим с обеих сторон, и делу конец. Золото вернется в храмы, опозоренные женщины умрут, и мы даже забудем о том, что были какие-то белые. Однако изменники исчезнут вместе с ними. Почему же ты все-таки шел к ним? Все еще веришь в них?

Рокки вызывающе засмеялся.

— Ты ждешь войска из Кито, сын Солнца? Кто знает, может, ждать придется слишком долго. Откуда тебе известно, что до них дошел твой приказ? Сторожевые посты только здесь, близ столицы, работают исправно. А белые… не радуйся, ты еще не победил их.