Ловушка для неё
Шрифт:
Да так, что Бэн, наверное, решил; что она открытая и общительная. Ну что, пусть хоть кто-то так думает.
За разговором на отвлечённые темы, они, практически незаметно для неё, довольно быстро оказываются в кафе. Здесь уютно и тепло. И, судя по запахам с некоторых столиков, вкусно.
Вот только теперь Бэн сидит прямо напротив неё. Они лицом к лицу – а это напоминает, что перед Рейчел практически незнакомец. Неловкость возвращается. Да ещё он смотрит на неё.
Девушка опускает взгляд, изучая меню.
Это спасает ненадолго – вот уже подходит официант. Заказ сделан, меню забирают.
Рейчел немного неловко, что платит Бэн. Это всё-таки не свидание, а своего рода деловая встреча. Пусть и по правилам этикета в любом случае счёт тому, кто приглашает.
Она заказывает немного, но достаточно, чтобы утолить голод.
– Скоро начнёт быстро темнеть, – говорит Бэн. – Мне довольно удобно будет забирать тебя с занятий: работаю почти рядом. Да и заканчиваю, когда сам решу. За исключением форс-мажоров, как вчера.
Рейчел колеблется. Нет, соглашаться – чувствовать себя обязанной ему. Ей это совсем не надо: ведь неловко даже от того, что он платит в ресторане. И это притом, что для Бэна это явно пустяк.
Да и потом… Лучше она будет идти одна, чем обеспечит себя постоянной компанией в его лице. Он, конечно, неплохой человек. Уже хотя бы потому, что друг отца. Но Рейчел тяжело привыкала к людям. Тем более, он взрослый. А значит, она всегда будет чувствовать дистанцию с ним. О чём им вообще общаться?
Да, пока не возникло проблем – но ведь это лишь одна встреча. Дальше наверняка почувствуется разница и в возрасте, и в интересах.
Но как отказать? Объективных причин для этого нет.
– Я не настаиваю, – словно уловив её настроение, нарушает молчание Бэн. – Если не хочешь, не надо.
Рейчел едва не вздыхает с облегчением: похоже, искать объяснений не придётся.
Она замечает мимолётную ухмылку мужчины, адресованную, видимо, каким-то своим мыслям.
Официант приносит напитки – как вовремя. Рейчел тут же принимается за сок. Странно, но так становится проще.
– Как прошёл первый день в универе? – интересуется после небольшой паузы Бэн.
Что ж, этот вопрос – своего рода репетиция перед вечерним разговором с родителями. Они наверняка об этом спросят.
Рейчел теряется. Машинально вспоминает ситуацию с Остином. И к горлу снова подступает комок.
Как же проще было говорить на отвлечённые темы!
Пауза затягивается, и пора с этим что-то делать.
– Нормально, – решает ответить односложно девушка.
Возможно, Бэн снова облегчит её участь и не станет спрашивать подробнее.
– А если честно? – мягко уточняет он. Видимо, всё читается на её лице.
И, раз уж её родители просили его следить за ней, неудивительно, что Бэн развивает тему.
Как теперь соскочить?
– Правда, всё нормально. – Её голос чуть дрожит. – Просто…
Сказать правду вдруг становится стыдно. Так он решит, что она распереживалась из ничего. Что она – тот ещё ребёнок, с которым нужно возиться.
Бэн ждёт ответа, участливо глядя на неё.
– Просто возник небольшой конфликт с одним из однокурсников, – тихо признаётся Рейчел. Пусть недосказано и не совсем точно; но ведь и не ложь. Спохватившись, что Бэн мог решить: ей нужна помощь; девушка быстро добавляет: – Ничего из того, что я не могла бы уладить. Это лишь неприятно, но решаемо.
Он смотрит внимательно, но не пристально. Она не отводит взгляд.
– Уверен, ты справишься, – после небольшой паузы подбадривает Бэн.
На этом тема исчерпана. Он не стал спрашивать подробнее, и Рейчел благодарна за это.
За едой они немного переговариваются. В основном, о прошлом, её детстве, об отце. А потом – и вовсе на отвлечённые темы. Вскоре девушка даже забывает, что вообще упоминала Остина, пусть и не по имени. Теряются также и эмоции от пережитого унижения.
Но Бэн не забывает.
Он, конечно, видел её на фото, которые присылал Арон, отец девушки и его друг. Отметил, как она выросла. Но в реальности Рейчел оказалась ещё более привлекательной. Юная, естественная, нежная. И какая живая мимика. Особенно очаровательны ямочки на щеках, показывающиеся во время даже мимолётной улыбки.
Да, девочка определённо выросла. И, хоть она очень в его вкусе, не стоило даже думать в этом направлении. Она – дочь его друга. К тому же, намного младше. Почти в два раза.
Когда Рейчел сказала о конфликте с однокурсником, характерно залилась краской. С её мимикой всё читалось на лице. Да и без этого Бэн научился безошибочно определять некоторые, пусть и подавляемые, эмоции. И это было довольно характерное смущение. Оно могло возникать только при упоминании предмета симпатии.
Похоже, у неё что-то развивалось с этим однокурсником…
Не стоит лезть.
Но тогда почему Бэн продолжает думать об этом, даже общаясь с ней на другие темы?
Наверняка её отец не хочет, чтобы Рейчел связалась не с тем… Вдруг это испортит ей учёбу, разрушит амбиции, отнимет возможности. Да мало ли что может произойти. Особенно, если девушка наивна.
А это очень даже возможно. Насколько Бэн знает, она всегда была домоседкой и тихоней.
Арон, скорее всего, проверил бы, что за парень.
Бэн усмехается. А не ищет ли он поводы? Всё это – ненужные оправдания мимолётному и абсурдному желанию, которое даже и ревностью не объяснишь.
В этом университете просто не может учиться всякий сброд. Так что, кем бы ни был этот её однокурсник, вряд ли он представляет опасность. В худшем случае, этот парень может оказаться избалованным и беспринципным. Но Рейчел не дура. Она, так или иначе, сама поймёт, если это так. И наверняка сделает соответствующие выводы.
Правильнее будет не вмешаться. Позволить ей делать, что хочет. А если что – он всегда подстрахует. Будет периодически спрашивать, как дела. Вряд ли Рейчел сможет убедительно солгать, даже если захочет.