Любовь онлайн

Калли отвечает: «Во-первых, поздравляю вас троих! Ведь в столь непростой ситуации вы смогли остаться друзьями. Во-вторых, я через все это прошла: сама недавно устраивала свадьбу своего бывшего, хотя он повел себя как настоящий зомби. Если ты будешь искренне рада за жениха и невесту – все гости это заметят. Конечно, без неуместных вопросов и намеков не обойдется. Так что подготовь заранее несколько обтекаемых, годных на все случаи ответов, чтобы тебя не застали врасплох».

Ее бывший бойфренд добавил: «Повторяй почаще: „Я пришла сюда выпить пивка и хорошо поесть“. А если вам захочется инсценировать вторжение зомби, чтобы развлечь гостей, – ничего не говорите устроителю свадьбы».

Боже, сколько нужно решить проблем, чтобы помочь брату вступить в брак!

Мэт пробирался через толпу туристов в знаменитом зале приемов Ривервей. Когда-то на местных плантациях выращивалось до семидесяти пяти процентов мирового урожая хлопка. Теперь же здесь проводили экскурсии и по выходным устраивали торжественные мероприятия. Мэт направлялся к выходу – ведь главные события происходили на открытом воздухе. И тут он заметил двух красоток южанок в характерных платьях.

Свадьба по мотивам Гражданской войны? Сомнительный выбор. Хотя как знать – может, кому-то столь странное представление придется по душе? Настоящий особняк Скарлетт О'Хары и костюмы гостей как в XIX веке – устроительница свадьбы поистине гениальна… или тронулась рассудком. Мэт склонялся к последнему варианту, потому что именно сумасшедшинки он больше всего ждал от Калли Лабью. Будь она человеком расчетливым и здравомыслящим – пропустила бы мимо ушей все, что он ей втолковывал. Прилетела бы, надавала советов и упорхнула обратно. И он остался бы ни с чем.

Не заметить двух леди в юбках по моде 1800-х годов было невозможно. Проходя через застекленные створчатые двери, они замешкались, не умещаясь в проеме со своими широкими подолами. Мэт подавил смешок и, невзирая на усталость после тридцати шести часов беготни и всего двух часов сна, открыл для них вторую дверь.

Женщина в наспех пошитом платье одарила его улыбкой:

– Благодарю.

– Непросто вам будет ополоснуть лицо.

Дама в платье цвета лаванды хохотнула:

– Если кто-нибудь не поможет…

– А вы не видели Калли Лабью?

Лавандовая дама махнула рукой в сторону выхода:

– В последний раз я заметила ее у стойки бара.

Мэт воспринял эту новость с воодушевлением.

Спиртное было неотъемлемой частью его сумасбродного плана, а устроительница свадьбы под хмельком наверняка легче пойдет навстречу его пожеланиям.

– Она здесь одна в таком васильковом наряде, – с легкой ревностью пояснила дама в желтом.

Мэт направился к выходу. В парке площадью в двадцать акров стоял запах свежеподстриженной травы, прогуливались гости в костюмах времен Гражданской войны. С гигантских дубов свисали плети испанского мха. Повсюду висели белые масляные фонарики и красиво выделялись на фоне темнеющего неба. Кроны деревьев как шатром накрывали площадку для приема гостей.

Прежде он думал, что фонарики не настоящие или что цветовой доминантой станут ярко-желтые одеяния пожарных.

К несчастью, в сумерках черные брюки и белая рубашка Мэта почти не отличались от костюмов официантов. Что касается гостей-мужчин, то половина была одета в голубые мундиры северян, а другая – в серую униформу южан. Судя по происхождению невесты, последние были ее родственниками. Мэт осмотрел разряженных южанок и приметил одну женщину в васильковом платье рядом со старомодной коляской, которую использовали как бар.

Мэт вздохнул с облегчением. Во время четырехчасового перелета из Нового Орлеана ему глаз сомкнуть не удалось из-за духоты. И кружка холодного пива сейчас пришлась бы кстати.

Он подошел к импровизированному бару и оперся на него бедром.

– Калли Лабью?

Женщина обернулась, и Мэт поразился ее роскошным темным волосам, большим карим глазам, стройной фигуре, вполне достойному бюсту. Кровь быстрее побежала по его жилам, но он подавил смущение.

– Мэт Паулсон, – качнул головой он.

– Колин звонил и сказал, что направил вас ко мне.

Они обменялись коротким рукопожатием. Ее нежная кожа, протяжный выговор и шелковистые волосы вызвали у него ассоциации с южными ночами и жаркой любовью на мокрых от пота простынях.

Он убрал руку, и губы Калли тронула легкая усмешка.

– Хотя Колин не говорил, что направил вас сюда прямо сейчас.

В ее голосе не было раздражения, только спокойствие человека, философски воспринимающего неприятные сюрпризы. Она уже ему нравилась.