Чтение онлайн

Валентина кивала в ответ на эти подробности. Ей понравилась мадам Маршалл, хотя, конечно, разница в возрасте была весьма значительна. Но Элен умела разговаривать не только с майором. Она вполне могла бы найти общий язык с кем угодно, если б это было ей нужно. И все бы искренне считали ее прекрасной собеседницей. Валентина вспомнила Эльвиру Томпсон и решила, что из них двоих с Элен куда приятнее разговаривать. Во всяком случае, мадам Маршалл гораздо приветливее и доброжелательней.

Наконец, Элен замолчала, отдавая должное прекрасному обеду. В доме майора Фолье готовили замечательно, что в основном, и привлекало сюда гостей. Если, конечно, не считать сомнительного удовольствия в выслушивании бесконечных "индийских" историй.

Валентина наслаждалась обедом и прислушивалась к общим разговорам. С противоположного конца стола майор громко рассказывал деликатному и терпеливому Луи:

— Я засел в кустах, сжимая в руках ружье. В охоте на тигров главное — терпение. И меткость, разумеется. Со мной был мой индийский слуга Махмуд. И вот…

— Ничего не имею против мадам Кэрри, но она ужасно консервативна. Обожает фасоны, которые были в моде эдак лет пять назад, — вдохновенно вещала Анриетта Кристине, внимательно ее слушающей, — эти оборочки и рюшки были модны в прошлом сезоне. Мадам Перес гораздо более гибкая. Она прислушивается к моим советам.

— Погоди, вот услышит папочка, — предупредила сестру Марианна.

— Не услышит, — отмахнулась та, — сейчас он не услышит даже, если будут палить из пушки. Он вот-вот подстрелит сотого тигра.

Валентина хихикнула. Ортанс снова наклонилась к ней и зашептала:

— Ну, как вам мадам Маршалл? Правда, она потрясающая?

Девушка в ответ улыбнулась.

— Эх, как бы она скрутила нашего папочку! — мечтательно проговорила мадемуазель Фолье, — я уже вижу, как он мчится на ее зов, сломя голову с воплем: "Иду-иду, дорогая!"

Валентина громко фыркнула.

— Она вдова, — печально продолжала Ортанс, — почему бы ей не выйти замуж за папочку?

— А что ваш отец думает об этом, мадемуазель Фолье? — сквозь смех спросила гостья.

— Да кого это волнует!

Обед закончился. Гости прошли в гостиную пить послеобеденный кофе. Майор Фолье и покорный, на все согласный Луи отправились выкурить по сигаре. Анриетта, подсев к кузине, проводила мужчин взглядом и сказала:

— Бедный, бедный Луи. Как я ему сочувствую! Ты видела его лицо?

— Видела, — согласилась Валентина и прыснула.

— Тебе смешно.

— Не понимаю, почему вы говорите об Индии с таким ужасом. По мне, так эти истории весьма занимательны.

— Послушать хочешь? — раздражительно фыркнула кузина, — что там у нас на очереди?

— Сокровища махараджи, — внесла ясность Кристина, садясь рядом.

— Точно. А потом будет…

— Тайный культ богини Кали, — добавила мадам Маршалл.

Валентина поняла, что все в материале.

— Что за культ? — полюбопытствовала она.

— Погоди, майор тебе расскажет. Раз двести, не меньше, — подбодрила ее Анриетта, — наизусть выучишь.

Это Валентина уже слышала от сестер Фолье.

— Господи, сейчас они вернутся, — простонала Ортанс, — я не могу. Кристина, скажи папочке, что у меня болит голова.

— Непременно, — пообещала та мстительно, — у него наготове множество народных средств.

— Какая хитрая, — фыркнула Марианна, — хочет уйти и оставить нас здесь. Не выйдет, сестричка.

Мадам Маршалл негромко рассмеялась:

— Не волнуйтесь, господа. Думаю, я сумею вам помочь.

Эти простые слова вызвали в гостях столько энтузиазма, что Валентина не сумела сдержать смешок. Впрочем, ей и самой было интересно, какой способ выберет Элен для того, чтобы помешать словоизвержению майора Фолье.

Оказалось, что самый незамысловатый. Как только мужчины вернулись в гостиную, мадам Маршалл завела непринужденный разговор, вовлекая в него всех гостей без исключения. Она говорила сама и задавала много вопросов, бедняга майор не мог и рта раскрыть, чтобы вставить хоть слово об Индии. Элен каким-то шестым чувством предугадывала его желание.

Валентина просто наслаждалась ситуацией. Видимо, в чем-то Ортанс была права, когда говорила, что мадам Маршалл в два счета скрутит их "папочку". Майор сидел как на иголках, лишь обреченно кивая, с выражением покорности судьбе. В конце концов, он не выдержал и поднялся с места:

— Устал, пойду к себе. А вы развлекайтесь, господа. Не обращайте внимания.

Когда майор ушел, кто-то из его дочерей облегченно перевел дух, не давая себе труда скрыть это. Валентина, как обычно, фыркнула, а Анриетта произнесла:

— Ну, слава Богу. Что-то он сегодня засиделся, вам не кажется?

— Да, обычно ему хватает пяти минут, — подтвердила Кристина.

— Я знаю, в чем дело, — хихикнула Ортанс, — ему понравилась наша новая гостья. Он весь вечер на нее поглядывал.

— Боже мой, — только и сказала "новая гостья".

— Глупости все это, — отмела эту идею Анриетта, — Луи, меня удивляет только одно. Как это вы за весь вечер и не сыграли ни одной партии в шахматы?

— Тебя только это удивляет? — ехидно отозвался ее муж.

После ухода майора гости надолго не задержались. Как-никак, без хозяина дома они чувствовали себя обязанными поскорее откланяться. Не прошло и получаса, как мадам Маршалл сообщила о том, что ей пора домой. За ней потянулась и чета Леруа со своей кузиной. Сестры Фолье усиленно зазывали их в гости на будущей неделе и Анриетта легкомысленно пообещала им это, за что получила от своего мужа строгий выговор уже в пролетке.

Когда они вышли из дома, помахав напоследок Кристине, стоящей на пороге, мадам Маршалл сказала: