Чтение онлайн

— Не нужно извиняться, мадам Леруа, я все понимаю. С вашей кузиной приключилось несчастье, какие уж тут гости. Как вы себя чувствуете, моя дорогая? — обратилась она к Валентине.

— Хорошо, — улыбнулась девушка, — благодарю вас, мадам Маршалл. Немного болит рука, но ведь это естественно.

— Ничего естественного не вижу. Какая вопиющая наглость, стрелять среди бела дня в девушку! Бандиты должны понести наказание, непременно. Мало ли, что они еще могут натворить?

— Вы правы, сударыня, — поддержал ее Луи, — но их до сих пор не нашли. Трудно что-либо сделать в этом случае, если даже Тина не помнит, как они выглядели.

— Вот это как раз вполне естественно. Шок, — заметила Элен, — но может быть, вы все же попытаетесь хоть немного, мадемуазель Лефевр?

— Я попробую, — покорилась Валентина и изобразила напряженную работу мысли, — мне почему-то кажется, что один из них был бородатый. Такая, знаете ли, неаккуратная борода на все лицо. А второй… второй… Нет, я его совсем не помню, — оборвала она сама себя.

Выдумки еще ни к чему хорошему не приводили. Тем более, было бы некстати, если б названные ею приметы подошли к какому-нибудь совершенно безвинному человеку.

— Вы говорили, их было трое, — напомнила Элен.

— Говорила? — девушка пожала плечами, — может быть, и трое. Честно говоря, я не успела их пересчитать.

— Понятно, — Элен села на стул рядом с ней, — между прочим, вся округа говорит только о вас, мадемуазель Лефевр. О том, как на вас напала целая банда головорезов, человек десять, не меньше, вооруженные до зубов, стреляли полчаса и изрешетили вас пулями вдоль и поперек.

Валентина, а за ней и Анриетта расхохотались.

— Господи, надо же такое придумать! Странно, что я вообще до сих пор жива.

— Этому можно только радоваться, — гостья ненароком взглянула на оставленную шахматную доску и спросила:

— Кто это у вас увлекается? Вы, месье Леруа?

— Да, — признал Луи и подавил тяжелый вздох.

— Играли с майором?

— Боже упаси. С кузиной.

Элен с интересом присмотрелась к расставленным фигурам.

— Вам шах, мадемуазель Лефевр.

— Это мне шах, — все-таки вздохнул Леруа, — научил ее на свою голову, а теперь она постоянно меня обыгрывает.

— Не будешь зазнаваться, — хихикнула Анриетта и добавила, — Тина потрясающе играет в шахматы, мадам Маршалл. А вы?

— Я кое-что в них смыслю. Мой брат научил меня этой игре, хотя я плохой игрок. Выходит, вы, мадемуазель Лефевр, постоянно выигрываете у месье Леруа?

— Они преувеличивают, — запротестовала Валентина, — не так уж часто я выигрываю.

— Вам нужно сыграть с моим братом, — засмеялась Элен, — он обожает повторять, что шахматы недоступны для женщин. Надеюсь, вы отомстите ему за меня.

Валентина фыркнула.

— Вы никогда не говорили, мадам Маршалл, что у вас есть брат, — сказала Анриетта.

— Не было случая, — пожала плечами Элен, — когда он приедет навестить меня, я вас непременно познакомлю. Джим — очень интересный человек, — она кивнула на доску, — продолжайте играть, господа, прошу вас.

Луи окинул взглядом фигуры и махнул рукой:

— По-моему, партия безнадежна. Мне крышка.

— Сдаешься? — съехидничала жена.

— Я устал проигрывать раз за разом. Это повторяется слишком часто.

— Глупости. Ты прекрасно обыгрываешь майора.

— Не смеши меня. Его бы даже ты обыграла. Он же не отличит слона от ферзя. Он их постоянно путает.

— Мат в три хода, — вставила Элен и рассмеялась, — вы постоянно поражаете меня своими талантами, мадемуазель Лефевр.

— Разве их много? — девушка приподняла брови.

— Не скромничай, — сказала Анриетта, — господа, приглашаю вас к столу. Нет, Тина, не вставай. Мы передвинем твое кресло и перенесем тебя.

— Глупости, — запротестовала Валентина, — я сама могу сделать несколько шагов. Мне прострелили руку, а не ногу.

— Железное самообладание, — улыбнулась мадам Маршалл, — так и надо, мадемуазель. Но все-таки, позвольте хотя бы поддерживать вас под локоть. Все же, простреленная рука, даже если это и не нога, не шутки.

— Верно, — Анриетта, не тратя больше слов на уговоры, подхватила кузину под руку и повела к столу, — не фыркай, сделай милость. Ты ведь не развалишься от этого.

— Вот именно. Анриетта, я не младенец. Признаю, мне немного больно двигать поврежденной рукой, но ведь хожу-то я ногами.

— А вот это для меня новость, — съязвила та, — сядь и не спорь. Иногда так и хочется тебя отшлепать.

Валентина села и украдкой показала кузине язык. Та исподтишка погрозила ей кулаком и пожаловалась гостье:

— Вредная девчонка. Вы не представляете, сколько с ней было хлопот в детстве.

— С тобой не меньше, — не осталась в долгу девушка.

Луи хотел что-то сказать на эту тему, но потом раздумал.

— Все мы в детстве любили пошалить, — подытожила Элен, чем вызвала в хозяевах стойкое подозрение, что она сама когда-то была далеко не ангелочком, — когда вы поправитесь, мадемуазель Лефевр, прошу ко мне в гости. Вы ведь так этого и не сделали. Я понимаю, что у вас была уважительная причина. Но тем не менее.

— Конечно, мадам Маршалл, — кивнула Валентина, — мы непременно приедем.

— И еще одно. Называйте меня все-таки по имени. Я понимаю, что кажусь вам дремучей старухой, но…

— Что вы! — в два голоса запротестовали Валентина и Анриетта.

Элен рассмеялась.

— Хорошо. Значит, договорились. Зовите меня Элен.

— Да, Элен. А вы меня — Тина. Меня все так зовут.

— Отлично. Очень красивое имя. Томми и Энн будут рады с вами познакомиться. Я уверена, что вы им понравитесь.