Чтение онлайн

Ни тени обиды, те же вежливые интонации, тот же бесплотный голос, принадлежащий, очевидно, не человеку, а машине.

Колодец закончился. Лось оказался в небольшом кубическом тамбуре с закругленными углами. Стенки тамбура излучали нежное опаловое сияние.

– Вот это мне нравится… – начал было Лось, не видя никаких дверей или отверстий, и не закончил.

В стенке напротив сам собой образовался светящийся овал, твердая на вид часть стены внутри него растаяла, открывая проход. Снова сработала встроенная в каркас Посоха служба, угадывающая желания гостей и хозяев. Эта «служба» называлась «автоматика» или «компьютеризированная система обслуживания», но сын своего века и своего мира Мстислав Сергеевич Лось этих терминов не знал и знать не мог. Зато как опытный классный инженер оценить работу механизмов Посоха (слингера, мать его!..) мог.

– Отлично обустроено, – проворчал он. – Нам бы такую технику…

Новый коридор, овальный в сечении, привел его к длинному и узкому, как щель, проходу между сумрачно-фиолетовыми многогранными глыбами, в толще которых просверкивали рубиновые нити и звезды. Вспомнив слова невидимого гида, Лось не сунулся сразу в эту щель, а сначала оглядел тамбур перед входом в помещение. И уже не удивился, увидев возникшую над козырьком входа светящуюся надпись: «Активатор тестируется. Время трансдукции – девять относительно стабильных единиц».

– Девять чего? – вслух озадачился Лось. – Что еще за «относительно стабильные единицы»?

– Время в каждом инварианте имеет свою физическую природу, темп и длительность, – отозвался невидимый собеседник. – За относительно стабильную единицу времени принят один час матричной Ветви. В данном инварианте несовпадение составляет одиннадцать процентов.

– Что это значит?

– Длительность часа в данном инварианте на шесть минут тридцать шесть секунд превышает длительность часа матричного инварианта.

– Очень доходчиво, – усмехнулся Лось. – Я почти понял. Если вы еще рядом, то ответьте еще на один вопрос: могу ли я пройти здесь без вреда для здоровья?

– До истечения срока тестирования активатора можете.

– Благодарю вас.

Лось без колебаний двинулся по проходу между глыбами непонятного назначения, имеющими пугающе живой вид. Некоторые из них были совсем темными, большинство – светлее, фиолетово-синими, а некоторые, в конце зала, приобрели голубой оттенок и казались глыбами стекла или льда. Очевидно, они уже прошли тестирование и были готовы к работе.

Из зала Лось выбрался с облегчением. Чувствовалось, что странные многометровые глыбы накачаны энергией под завязку и при их включении в помещении находиться смертельно опасно.

Новый овальный коридорчик, тамбур с закругленными углами. Запах. Не то ментол, не то анис. Химия, одним словом. Но дышать пока можно.

– Куда теперь?

В потолке тамбура светящаяся окружность отчертила круг люка. Часть потолка исчезла. Стал виден колодец со скобами. Интересно, долго будет длиться это хождение по местной канализации?

Кряхтя, Лось начал подниматься. Хотелось пить, есть и спать. Он не отдыхал уже много часов подряд, но мысли об Аэлите подстегивали, не давали расслабиться, и Лось продолжал двигаться, стараясь не поддаваться усталости.

Колодец привел его в чашевидную полость со множеством темных ниш. Три из них при его появлении засветились, внутри них лежали зеленовато-прозрачные стеклянные на вид шары с плавающими внутри шариками поменьше и потемнее. Издали такой двойной шар можно было принять за глаз.

– Что это? – буркнул Лось.

– ЗАК, – отозвался гид.

– Что?

– Защитно-аварийный комплект.

Мстислав Сергеевич вспомнил прозрачный костюм Высокого, вылупившийся из похожего на кусок желе свертка.

– От чего он защищает?

– Максимальная программа – от вакуума до плазмотемператур и пиковых нагрузок до ста КПА. Но срок годности этих ЗАКов давно истек, поэтому они скорее всего не обеспечат максимальной защиты.

– Повторите еще раз, но помедленнее.

Пауза. Такое впечатление, что гид задумывается и в самом деле ищет в своем словарном запасе термины попроще.

– Вы сможете некоторое время работать в открытом космическом пространстве при температуре абсолютного нуля или в зоне сильных положительных температурных градиентов. Максимальная температура – около десяти тысяч градусов.

– Ух ты! – качнул головой Лось. – На поверхности Солнца и то всего лишь шесть тысяч градусов. Как надеть комплект?

– Поставьте на голову и прижмите рукой.

– На голову не хочу. Что, если положить на грудь?

– Комплект включится частично. Голова не войдет в зону защиты.

– Обойдусь.

– Как пожелаете.

Лось осторожно, двумя пальцами, взял шар, едва не выронил: тот оказался податливо-упругим, холодным и скользким, как лягушка. Приладил на груди, под шеей, хотел нажать, но вовремя одумался. Снял заплечный мешок и лишь после этого сдавил пальцами шар.

Зашипело.

Лось вздрогнул, хотел было сбросить с себя «лягушку», но не успел.

Шар потек струями во все стороны и за несколько мгновений обтянул тело со всех сторон. Свободными остались только кисти рук и голова. Одежда вдавилась в кожу. Лось напрягся. Тотчас же давление на тело ослабело: костюм, прозрачной пленкой охвативший человека, приспосабливался к желаниям хозяина.

Лось помахал руками и ногами, подивился ощущениям: казалось, кто-то помогает ему двигаться. Словно сил прибавилось. Серьезная тут у них техника, даже мысли читает.

Он закинул мешок за спину. Подумал, снял, достал запасной ремень, затянул на поясе, заткнул за него кобуру маузера.

Так, что дальше?

В полу чашевидного помещения беззвучно протаял люк, на месте крышки образовалась световая вуаль.

Снова колодец? Сколько можно? Неужели нельзя сразу добраться до упомянутого Инком «осевого терминала»?