Магическая статуэтка

Рэндал из Дуна, крепкий темноволосый юноша лет пятнадцати, запахнул поплотнее дорожную мантию и торопливо зашагал по узким улочкам плотницкого квартала. Здесь, в Синжестоне, даже днем бывало прохладно, хотя осень еще не наступила. Через центр города медленно текла река Дончесс, и ветер с воды дышал пронизывающей сыростью.

Юноша постоял немного на перекрестке и посмотрел по сторонам. Прохожий, с которым он побеседовал, сообщил ему, что у плотника Алуреда есть помощник по имени Николас. Это могло означать только одно: Ник, старый друг Рэндала, с которым они вместе учились в Схола Сорсериа — Школе волшебников в далеком городе Тарнсберге — все еще работает здесь.

Несколько лет назад, когда Рэндал был учеником, наука давалась ему так тяжело, что он готов был впасть в отчаяние. В эти нелегкие дни Ник поддержал его дружбой и советом, и лишь его помощь помогла Рэндалу сохранить веру в себя. Но, когда у Рэндала был в разгаре второй год учебы, Ник, на удивление всем, вдруг покинул Школу и отказался от судьбы волшебника. Он отправился на север, в Синжестон, и начал работать помощником в плотницкой мастерской.

Мастерская эта располагалась именно здесь, на улице Плотников, по которой сейчас шел Рэндал. На ходу юноша заглядывал в открытые двери каждой лавки. Наконец он увидел друга — молодой человек с курчавой каштановой бородкой, в кожаном фартуке, усердно забивал гвозди большим молотком. По лбу у него стекала струйка пота.

— Ник! — окликнул его Рэндал.

Молодой человек поднял глаза.

— Кто там?.. Рэнди! — Подмастерье отложил молоток и поспешил к двери. — Входи, входи. Вот уж не думал, что увижу тебя после отъезда из Тарнсберга. Хотя нет, я догадывался, что рано или поздно ты переступишь порог этой лавки!

Ник крепко обхватил Рэндала за плечи, едва не придушив его в дружеском медвежьем объятии.

— Дай-ка посмотреть на тебя. — Ник отступил на шаг и окинул Рэндала оценивающим взглядом. — Вижу, на тебе накидка вольного подмастерья. Значит, все-таки отправился в странствие? Я так и знал, что никому не удастся побить мой рекорд и пробыть в учениках целых восемь лет, так и не перейдя на вторую ступень!

Он провел Рэндала в мастерскую и усадил на скамью.

— Садись, рассказывай, что интересного случилось за эти годы. Хоть Синжесгон — город большой, к нам редко доходят новости из окружающего мира.

Рэндал сел, взял кружку освежающего прохладного напитка, предложенную Ником, и начал рассказывать обо всем, что видел и слышал в дороге.

— Времена нынче трудные, — сказал он. — По всей Брисландии падают урожаи, а на дорогах свирепствуют разбойники.

— Значит, с тех пор как я покинул город, почти ничего не изменилось, — заключил Ник. — А теперь расскажи, что делается в Тарнсберге. Как поживает Лиз? Все еще играет на лютне и развлекает песнями посетителей «Смеющегося Грифона»?

— Ты можешь сам увидеться с ней, — сказал Рэндал. Мы путешествуем вместе. Она здесь, в Синжестоне, поет в «Зеленой Ветви».

Лицо Ника озарилось радостью.

— Правда? Она здесь! Вот здорово! Сегодня вечером я должен присматривать за мастерской, потому что Алуреда не будет, но завтра, честное слово, непременно зайду ее повидать.

Рэндал улыбнулся. Лиз и Ник были его самыми близкими друзьями еще со времен учебы в Тарнсберге. По правде говоря, у него никогда и не было других близких друзей, если не считать кузена Уолтера, с которым он вместе провел детские годы в замке Дун.

— А как идут дела в Школе? — спросил Ник. — Как поживают госпожа Пуллена и все остальные?

— Неплохо, — отозвался Рэндал. — Питер уже стал мастером.

— Молодец он, — сказал Ник и на миг погрузился в грустные размышления. — Иногда я думаю: интересно, что случилось бы со мной, если бы я остался учиться дальше… Впрочем, что толку гадать о несбывшемся. Расскажи лучше, как дела у мастера Лэрга — он уже, наверно, стал Главным Регентом и заправляет всей Школой?

Рэндал опустил глаза. К горлу внезапно подступил комок, мешающий говорить. Он разжал руки — через всю правую ладонь тянулся рельефный шрам.

— Нет, — еле слышно ответил Рэндал. — Мастер Лэрг не управляет Школой.

Он поднял глаза и твердо посмотрел Нику в лицо.

— Так ты и об этом не слышал… — произнес он. — Мастер Лэрг мертв, и убил его я. Мечом.

— Ты? Убил Лэрга? — переспросил Ник, не веря своим ушам. Из всех законов и обычаев, связывавших волшебников, самым древним и нерушимым был один — запрет брать в руки оружие и пускать его в ход как для нападения, так и для защиты.

Рэндал снова опустил глаза.

— Мне ничего другого не оставалось, — молвил он. — Лэрг призвал демонов… хотел с их помощью уничтожить Школу, а затем захватить власть во всей Брисландии. Он обещал напоить их кровью волшебника и предназначил в жертву меня.

— Но зарубить волшебника мечом..

Рэндал стиснул кулаки. Как всегда, при этом движении шрам отозвался резкой болью. Эта боль напомнила ему о поступке, который он совершил, о нелегком выборе, когда он схватился за лезвие церемониального меча Лэрга и рассек ладонь до кости.

— Я понес наказание, — тихо проговорил Рэндал. — Регенты взяли с меня клятву, что я не стану творить волшебство, пока не получу прощения. А прощение это я должен был просить у мастера Болпеша, волшебника, живущего в далеких восточных горах. Я совершил долгое путешествие. Болпеш дал мне разрешение снова пользоваться магией и многому научил меня. С тех пор я стал полноправным вольным подмастерьем, путешествую по разным местам и стараюсь узнать побольше о магических чудесах. В дороге можно выучиться большему, чем в стенах Школы.

Он окинул взглядом плотницкую мастерскую.

— Хватит обо мне. Расскажи, как поживаешь ты? Помогает ли тебе магия после ухода из Школы?

Ник покачал головой.

— Я попросил Регентов наложить на меня запрещающее заклятие, — сказал он. — Нет ничего хуже, чем недоучившийся волшебник. Лучше уж быть честным плотником и избегать искушений.

Тем временем на улице стемнело, в углах мастерской сгустились темные тени.

— Мне пора идти, — сказал Рэндал. — Весь день я просидел в университетской библиотеке; Лиз, наверное, давно уже беспокоится, куда я делся.