Чтение онлайн

— Да, я знаю. — При мысли о посещении Хакона у меня по спине пробежал холод.

— Ну, я пошел, — поднялся Дагфинн. — Спасибо за поединок, мне было весело, мы должны как-нибудь повторить. Было приятно познакомиться с тобой.

Кэрран оттолкнулся от стены.

— Я провожу тебя.

— Я могу найти дорогу, — сказал Дагфинн.

— Уверен, что сможешь… — Золото прокатилось по радужкам Кэррана.

Дагфинн вздохнул, и они ушли.

*** *** ***

Я поднялась на крышу. Там мы устроили небольшую столовую – два стула и стол. В последнее время каждый раз, когда мы садились есть на кухне, кто-нибудь стучал в дверь с каким-нибудь дурацким срочным делом, поэтому, когда нам не хотелось, чтобы нас прерывали, мы с Кэрраном поднимались на крышу и спокойно ели. Его Мохнатое Величество грозился обустроить там гриль и «приготовить мясо» для меня. Зная его, «гриль» – означало огромную яму, а «мясо» – половину оленя.

Я села на низкую каменную стену, граничащую с вершиной крыши. Был поздний вечер, и солнце медленно катилось на запад. Каменная стена подо мной была приятной и теплой. Приближалось лето.

Я сидела, окутанная теплым воздухом. Было приятно, но недостаточно жарко, чтобы прогнать холод, засевший во мне. Я не хотела идти к Хакону. Несколько моих знакомых ходили к нему. Вернулись только двое, и Дагфинн был одним из них.

Мир мигнул. Магия исчезла, погасла, как свеча от сквозняка. Это была смешанная благодать: пока магия не действовала, ожерелье не стягивало шею Родерика, но без нее мы не могли встретиться с Хаконом.

Ворон, мой приемный отец, всегда предупреждал меня, что друзья сделают меня слабой. Когда ты заботишься о людях, ты формируешь связь, и эта связь делает тебя предсказуемой. Друзья были не для меня. Грег, мой ныне покойный опекун, сделал еще один шаг вперед и добавил к этому запрету любовников. Когда ты любишь кого-то, твои враги могут использовать это против тебя.

Никто из них не предполагал, что, если ты любишь, и тебя любят в ответ, ты ценишь свою жизнь гораздо выше. Мне нравилась моя жизнь. Теперь мне было что терять.

Кэрран вошел, снял с руки пакет и бросил его в мусорное ведро. Он шел в полной тишине, как тигр, крадущийся по лесу, спокойный и уверенный. Мне нравилось наблюдать за ним, при условии, что он об этом не знал. Его эго и так угрожало озоновому слою.

Кэрран сел рядом со мной, обнял меня левой рукой за плечи и поцеловал. В этом поцелуе чувствовался слегка собственнический оттенок.

— Через Гильдию. И нет.

— Хм-м? — спросил он.

— Ты собирался спросить, откуда я знаю Дагфинна и были ли мы когда-нибудь больше, чем друзьями. На самом деле, мы и друзьями то не были. Гильдия дважды втягивала меня в свои разборки. Его разыскивали за штрафы и уничтожение имущества.

Кэрран помрачнел.

— Нет, мне и в голову не приходило, что ты будешь с Дагфинном. Он недисциплинированный идиот. Отдай мне должное. Я знаю тебя лучше.

Я пожала плечами и наклонилась ближе к нему.

— Ситуация - полный отстой.

— Да, это так. Ты можешь придумать какой-нибудь другой способ найти Ивара?

— Нет. Может, Дулиттл попробует снять ошейник во время техноволны?

Кэрран покачал головой.

— Я спрашивал. Он считает, что это убьет мальчика, говорит, что у нас есть тридцать шесть – сорок восемь часов, в зависимости от того, как долго длится магия. Есть большая вероятность, что следующая волна магии будет для мальчика последней.

Через два дня Родерик с его совиными глазами умрет.

— Помнишь, несколько лет назад исчез отряд ОПА? Одиннадцать полицейских, вооруженных до зубов? Об этом писали в газетах?

— Да.

— Это был Хакон.

— Так его зовут?

Я кивнула.

— Я не стала говорить этого при Дагфинне, чтобы он не взбесился. Кого бы мы не взяли, они могут умереть. Но если мы никого не возьмем – умрет мальчик.

— Мы объясним это и поищем добровольцев. — Кэрран притянул меня ближе. — Какой еще у нас выбор.

— Я устала от этого паршивого выбора. Если собрать всех людей, которых я убила, их кровь превратилась бы в озеро. Я пытаюсь выбраться из него, и у меня нет желания делать его еще глубже.

Мы сидели рядом, касаясь друг друга.

Если Кэрран попросит добровольцев пойти с нами, то в Стае найдутся желающие. Мне придется смотреть им в лицо, я стану свидетелем их смерти, а потом мне придется рассказать об этом их семьям, если, конечно, я сама выживу. При условии, что Кэрран выживет.

Эта мысль выводила меня из себя. Все равно мы сделаем это. На другом конце этого уравнения находился ребенок, так что да, мы стиснем зубы и сделаем это. Но меня это так злило. Я готова задушить Аурелию, если она попадет мне в руки. Она знала, на что способно ожерелье, и сознательно выбирала между мужем и сыном.

— Можно ли убить Хакона?

— Нет. Чероки пытаются уже много лет. Все, что они могут сделать, это удерживать его на этом холме. Если его уничтожить, он просто соберется вновь. — Я зарычала. — Я не хочу этого делать.