Магия тьмы

Maya Motayne

Nocturna

Copyright © 2019 by Maya Motayne

Cover Art by Mark van Leeuwen, 2019

Принц всегда возвращается домой.

Так Альфи сказала мама, когда он поднимался на борт своего корабля три месяца назад. Тогда юноша покинул Сан-Кристобаль, устремившись к бескрайнему горизонту. Теперь, когда тот же корабль вернулся в покинутый когда-то порт, тень Альфи металась под его ногами, от волнения закручиваясь в тугие спирали.

Он вернулся домой.

Перед ним раскинулся построенный концентрическими кругами город – от покосившихся портовых таверн в Щипе до расположенных дальше на суше роскошных асьенд с витражными окнами и покатыми кирпичными крышами в Банте. Вдалеке взметнулись к небесам горы. Если прищуриться, можно было разглядеть окружавшие город поля сахарного тростника, покачивавшегося на ветру: скоро наступит время сбора урожая. И конечно же, вторым солнцем поднимался над горизонтом дворец.

Пальцы Альфи сжались на поручнях, когда постепенно затихли за его спиной алые паруса. Команда готовила корабль ко входу в док. Перед портовыми лавками и тавернами виднелись фонари, заколдованные гореть всю ночь напролет, и чары словно приветствовали прибывавших в город моряков. Даже после всего случившегося город казался на удивление неизменившимся. Но наверное, в этом и состоит сущность родного дома. Он остается таким же, даже когда ты сам меняешься.

Альфи отчаянно хотелось крикнуть капитану, чтобы тот разворачивал судно и вновь выводил корабль в открытое море. Сердце бешено билось в груди – вот бы можно было уплыть отсюда, вот бы можно было не сходить на берег.

– Принц Альфер… – Капитан отвлек юношу от мыслей. – Ваша карета прибыла.

Альфи глубоко вздохнул. Он никак не мог заставить себя оторвать взгляд от лазурных вод моря. С палубы было видно, как под водой проплыл косяк ярких рыбок, ничуть не пугавшихся корабля. Стоило судну оставить позади мутные волны чужого океана и броситься в мягкие объятия Суаве, моря его родины, как в Альфи начала нарастать тревога. Он знал, что теперь он уже слишком близко к дому. И пути назад нет.

Как и все, он с детства обладал сродством с одной из четырех стихий – и его стихией была вода. Правда, Альфи не был особо умелым заклинателем воды. Как и большинство аристократов, он мало внимания уделял стихийной магии. Но сейчас ему хотелось сплести чары и ударить волнами в бок корабля, направить судно подальше отсюда.

– Спасибо за твою службу, Бастьен.

Капитан, поклонившись, уже собирался уйти, когда Альфи окликнул его:

– Esperate [1] …

– Да, ваша светлость?

– Я… – Альфи смутился. – Я пристойно выгляжу?

Бастьен понимающе покосился на него.

– Вы прекрасно выглядите, принц Альфер. А даже если бы это было не так, ваша семья все равно была бы рада вам. В любом состоянии.

Альфи благодарно кивнул, и капитан оставил юношу наедине с его мыслями. В последнюю неделю пути, надеясь избавиться от темных кругов под глазами, Альфи перестал пить и читать по ночам все те труды по противозаконной магии, которые ему удалось раздобыть. На борту корабля выпивка заставляла его позабыть о стыде, и тогда он не скрывал, насколько же он растерян. Альфи пытался принять свою скорбь, найти в ней хоть какой-то смысл, но ему оставался лишь гнев. И хоть команда корабля знала об этом, принц не хотел, чтобы его мать увидела, кем он стал за эти месяцы, проведенные вдали от дома. И все же на поясе у него до сих пор плескалась во фляге текила – точно якорь, тащивший его вниз, в пучины бесчувствия.

Альфи прошел по шаткому трапу и спустился на причал. Едва его ноги коснулись земли, как он снова ощутил эту странную жуткую беспомощность. Словно невидимые руки протянулись к нему из-под земли, схватили, обездвижили, попытались удержать его здесь, в этом полном воспоминаний месте. Воспоминаний, от которых он так старался избавиться. Стиснув зубы, принц вдавил в землю каблуки, пытаясь утихомирить разбушевавшуюся у его ног тень, рвущуюся обратно к кораблю. Он вернулся домой. Нужно было держать лицо. Вскинув подбородок, он направился к дожидавшейся его карете.

Рабочие доков, граждане королевства, которое он унаследует – унаследует не по праву! – начали собираться вокруг кареты. В толпе шептались:

– Это и правда он?

– Кронпринц Альфер вернулся!

Их слова падали ему на плечи, точно каменные плиты. Титул кронпринца принадлежал его брату Дезмину, а не ему. Альфи ускорил шаг. Карету окружал конный эскорт в красных беретах с гербом Касталлана.

Какой-то мужчина в широкополой шляпе посадил себе ребенка на плечи, чтобы малышу было лучше видно:

– Mira, mijo! [2] Это принц!

Альфи не мог этого выносить. В глазах горожан читалась такая надежда… С колотящимся сердцем он наконец-то дошел до кареты. Но прежде чем юноша успел открыть дверцу, шепот зевак вспорола брошенная в полный голос фраза, ударившая Альфи, точно хлыст.

– Ваша утрата – наша утрата, принц Альфер! Да упокоится душа принца Дезмина с миром!

Натянутая улыбка сползла с лица Альфи. В принесенных этим горожанином соболезнованиях была доля истины: отсутствие Деза действительно было их утратой. Страну лишили настоящего наследника престола, и остался только Альфи. Но кое в чем этот мужчина ошибался. Дез не был мертв. И Альфи вернулся домой, чтобы найти его. Вернулся ради своего народа, заслуживавшего настоящего короля. Он все исправит.

У принца перехватило горло, но он заставил себя превозмочь скорбь.

– Спасибо, – повернувшись к толпе, сказал он.

И пусть голос его прозвучал глухо, Альфи не выдал, насколько он сломлен. А это уже что-то.

Когда карета покинула порт и вдалеке показались серебристые ворота дворца, в груди у Альфи шелохнулся ужас. Почему поездка оказалась такой короткой? Часто говорят, что в лучшие мгновения жизни время будто ускоряет свой бег. Но оно, бывает, мчится столь же быстро, когда грядет что-то страшное.

Серебристые ворота распахнулись, и карета вкатилась в пышный королевский сад. Впереди, в центре широкого озера, возвышался дворец. Его украшенные витражами купола переливались алым, лазоревым и малахитовым, отражая свет уже выкатившейся на небо луны.

Ни одна полоска земли не соединяла дворец с окружающими его садами. По крайней мере, видимая глазу. Когда карета подъехала к кромке берега, заклинатели земли на своем посту слаженно вскинули руки, и из-под воды поднялась каменная тропа. Когда Альфи был маленьким, ему нравилось высовывать голову в окно и смотреть, как каменный мост вновь опускается на дно озера там, где карета уже проехала. Но сейчас его взор был устремлен вперед.