Чтение онлайн

Словно бы прочитав мысли манула один из наймитов хмыкнул, играючи проведя кончиком острия по шее девушки. Солоха побелела, округлившимися от ужаса глазами глядя то на до Добрика, то на манула.

— Мне дорого мое дело, состояние и жизнь, тебе дорога эта девушка. И не вздумай глупить, Май! — заговорил Добрик, спокойно пройдя вперед. — Только попробуй напасть, и они мигом прикончат ее, ясно?

— Куда уж яснее. Но где гарантии, что после моего выступления вы отпустите ее?

— А нет гарантий. Но тебе придется поверить мне на слово, иначе никак, — покачал головой Добрик. — По правде, мне твоя девка нужна как прошлогодний снег. Помоги мне, и, я ее отпущу. Самому не приятно шантажировать тебя, Май. Ты хороший парень, потому должен меня понять. Есть люди простые, а есть наделенные властью.

— О да, я отлично понимаю, что ты хочешь мне объяснить, купец, — пробормотал Май, склонив голову.

— Май, не смей идти у них на поводу! — не своим голосом закричала селянка. Солоха еще помнила странное выражение лица манула в момент их встречи с Ульсом. Внутренний голос не зря нашептывал, что этот стражник опасен, и не зря Май решил так упрямиться, вынуждая купца идти на крайние меры. Логика подсказывала девушке, что при любом другом раскладе Май бы с удовольствием согласился подработать, тем более за надбавку к заработку. А это могло значить только то, что оборотню ни в коем случае нельзя демонстрировать свои умения господину Ульсу.

Один из наймитов в тот же миг ударил Солоху в живот. Не любил головорез кричащих девушек. Это наводило его на отнюдь не радужные воспоминания. Селянка охнула, повиснув на руках мужчин.

— Хорошо, я помогу тебе, — после недолгих раздумий ответил манул, распрямившись. В его просветлевшей радужке отразилось настороженная мина купца. — Только как бы тебе потом эта помощь боком не вышла.

. ***

— Интересно, что там произошло? — бормотал себе под нос Адин, сидя на своей повозке. С момента их приезда в Белград никто так и не удосужился разгружать товар, велев пока всем погонщикам устраиваться на постоялом дворе «Два Дубочки» и ждать дальнейших распоряжений. Все взрослые, поняв какую-то известную только им одним истину, поспешили удалиться в кабачок, оставив на дворе Адина в гордом одиночестве.

Парень от нечего делать сначала сидел и послушно ждал. А затем, не выдержав, поплелся в эту забегаловку, застав там всю свою родню в позорном для истинного варвара состоянии тяжелейшей пьянки. Завидев нелюбимого сына, подвыпивший Суарон был просто в ярости, быстро восстановив справедливость, после которой идти, куда-то было просто больно.

Юный варвар потянулся, скривившись от боли. Спина и пятая точка нещадно горели. Адин невольно хлюпнул носом, прикрыв начавшие было слезиться глаза. Нет, северные варвары не плачут. Нет, северный варвар привык терпеть боль и лишения, он должен переносить их с улыбкой, как испытания, посланные богами. Так почему же так горько на душе, почему так нещадно щиплет глаза?

— Порою, даже варвар может позволить себе маленькую слабость, — раздался над головой Адина спокойный голос шамана. Старик в общей попойке участия не принимал, удалившись в город. Выглядел он донельзя довольным, в отличие от самого Адина. На его боку красовалась новая, сильно раздутая походная сумка.

— Отец говорил, что слезы — удел слабаков, — буркнул парень, стараясь выровнять то и дело норовивший сорваться голос. Шаман усмехнулся, покряхтывая, устроившись подле парнишки.

— Нет, слезы — это проявления наших чувств и эмоций. Тот же, кто по жизни сдерживает свои эмоции обречен жить в плотной скорлупе собственных стереотипов. Такому закостенелому человеку будет тяжело познать горе, но так же, он не познает радости. Нет, мальчик мой, сильный — не тот, кто держит все свои переживания в себе, но тот, кто не боится встретиться с ними лицом к лицу, преодолеть свои страхи и слабости.

Адин удивленно приподнял брови. Ранее шаман не сильно горел желанием общаться с ним. Конечно, он и не задевал его, как остальные соплеменники. Не осуждал за слабое тело, за низкий рост и за легкомысленное, по меркам племени, поведение. Потому слышать его рассуждения было необычно в этот вечер.

— Слышал бы вас мой отец. Он бы вас не понял, как не могу понять и я, — парнишка улыбнулся, в уголках его глаз заблестели слезы.

— Твой отец удивительно прямолинеен, как и все в нашем племени, — шаман рассмеялся, помотав в воздухе ногами. — Потому и не может смириться с тем, что его сын ломает привычный уклад жизни.

Адин отвернулся, чувствуя, что краснеет. Почему сейчас? Почему сегодня? Почему за проведенные в странствиях месяцы он старался не обращать внимания на тяжелую отцовскую руку, в которой обычно видел только кнут? А сегодня, получив очередную порку, еле сдерживает слезы? Не потому ли, что не видит за собой вины, но чувствует отцовскую не справедливую неприязнь?

— И что же я должен делать? — спросил парень, вытирая слезы.

— Жить, конечно же, — удивленно отозвался старик, расхохотавшись. — Не стараться подстраиваться под остальных, но искать свое место в мире. Разве это не очевидно?

Адин закивал. Конечно, легко было шаману поучать, да умными речами его осыпать! Да только на деле-то все гораздо сложнее оказывается!

От философских размышлений парня вывело внезапное появление у телег Лана. Вовкулака кого-то отчаянно высматривал, носясь по заднему двору с невероятной для человека скоростью. Адин покачал головой, созерцая это. Он, как и сидевший рядом шаман были осведомлены о его сверхъестественном альтер его. Конечно, в глубине души парень не одобрял того, что рядом с хорошей девушкой крутиться такое опасное создание как вовкулака, но поделать ничего не мог. Солоха была в новом товарище уверена, да и сам Лан никогда не доставлял проблем. Потому, вскоре Адин начал привыкать к присутствию в его жизни опасной сущности.

— Кого ищешь? — окликнул он проносившегося рядом парня.

Лан вздрогнул, затормозил, окинув варваров безумным взглядом багровых глаз, а затем проморгавшись заговорил:

— Вообще, я ищу хозяйку, но ты тоже вполне сгодишься!

Сказав это Лан, резко взмыл в небо, приземлившись прямо за спину варвара. Парень ойкнул, когда вовкулака, сграбастав его за шкирку, бросился бежать прочь.

К своей чести Адин не стал кричать, не стал рваться и звать на помощь. Вернее, он просто не успел сообразить, что так можно было сделать.

— Эй, ты чего, а? — прохрипел он, пытаясь отдышаться. Боязливо оглянувшись по сторонам, парень зашатался. Все же, он не считал черепичную крышу какого-то трех этажного здания отличным местом переговоров.

— Помощь твоя нужна, Адин. Сам я не справлюсь, — прошептал, убито вовкулака, еще больше заинтриговав варвара. На его памяти это был первый раз, когда Лан его о чем-то просил. В тот момент даже скользкая крыша перестала его волновать.

— Я слушаю, — Адин ухмыльнулся, уже предчувствуя знатную авантюру.