Чтение онлайн

— В чем дело, девочка? Ты взрослая и самостоятельная женщина и не совершаешь никакого преступления! — Рене не поучал ее, а просто высказывал свое мнением. — Если ты не преодолеешь этого страха перед будующим, перед своей родней, если позволишь и дальше своей семье вмешиваться в ваши отношения с Луисом Фелипе, ты его потеряешь.

Рене знал и любил Луиса Фелипе, считал его редким человеком с творческой натурой и большой душой. Он не выносил житейских дрязг и трудностей. Это жена может докучать ему жалобами и требованиями. Но Мариелена всегда должна быть улыбающейся, красивой, божественной. Такая женщина ему нужна — оазис покоя, любви и наслаждения.

Мариелена с грустью понимала, что Рене прав. Наверное, она старомодная маменькина дочка. Привыкла подчиняться семье. Родные всегда давили на нее, заставляли жить по устоявшимся, дедовским законам. Она слабо, но сопротивлялась, этому давлению, расторгла помолвку с Хавьером. Она имела на это право. И все же почему-то не могла избавиться от чувства вины.

Только наедине с Луисом Фелипе, в часы их свиданий, она ненадолго забывала обо всем на свете, о своем страхе, сомнениях.

— Тебя не должно волновать, что будет через дня. Может быть, через три дня мы с тобой умрем. Научись жить настоящим, — учил ее Луис Фелипе — Сегодня, сейчас, только этот миг! Счастье вьшадает так редко, нельзя отказываться от со страхом думать о последствиях. А вдруг потом ты пожалеешь, что упустила возможность быть счастливой? Любимая, то, что мы имеем сейчас, — наше навсегда!

Уже темнело, когда машина Луиса Фелипе остановилась на тихой окраинной улочке в двух кварталах от дома Мариелены. Она была против, чтобы он подвозил ее так близко к дому, помня историю с Иоли, которая увидела их вместе именно здесь. Но Луис Фелипе настоял: он не мог бросить ее в такой час одну.

— Я буду смотреть тебе вслед, пока ты не войдешь в дом, — говорил он. — Как? Ты забыла меня поцеловать на прощание. Где мой поцелуй?

— Умоляю тебя, уезжай поскорее! — торопила его Мариелена. — Мы должны быть осторожными.

Но он все-таки властно притянул ее к себе, чтобы поцеловать напоследок. Только что они провели вместе несколько блаженных часов, и им трудно было расстаться. Вдруг Мариелена с ужа заметила в нескольких шагах от машины Прохожего и отпрянула от Луиса Фелипе. Прохожий приблизился к ним, и она поняла, что случилось худшее, чего она могла ожидать. Это был ее крестный Тео. Вот уже она смогла разглядеть его лицо. Тео с удивлением, словно не веря собственным глазам, вглядывался в нее.

Мариелена наскоро попрощалась с Луисом Фелипе и бросилась вслед за Тео, который перешел на другую сторону улицы и поспешно удалялся.

— Крестный, крестный! Подожди, пожалуйста!

— Прости, Мариелена, я случайно наткнулся на вас и стал свидетелем… — оправдывался Тео. — Я не думал, что это ты.

В его голосе невольно прозвучал упрек. Тео был потрясен увиденным. Теперь он понял все. Почему Мариелена порвала с его сыном. Бедный Хавьер! Тео видел, как он страдает. Эта рана затянется у него очень нескоро. Но больнее всего его поразила крестница, Мариелена. Он знал ее еще маленькой девочкой, тихой, скромной.

— Крестный, я должна тебе все объяснить, — торопливо и сбивчиво говорила она. — Почему я рассталась с Хавьером. Я просто встретила другого человека и полюбила его. Ну что я могу поделать? Пожалуйста, не говори об этом маме, крестный!

— Но почему не говорить маме? — удивился Тео. — Если вы любите друг друга, дочка, почему не представишь его родне, не приведешь в дом, а предпочитаешь встречаться с ним тайком, как будто делаешь что-то плохое?

Мариелена тут же, на ходу, придумала правдоподобное объяснение. Кармела до сих пор болезненно переживает ее разрыв с Хавьером. Поэтому сейчас не время говорить ей о новом женихе да и сама Мариелена не готова к этому. Тео с пониманием кивнул головой. Конечно же он ничего не скажет Кармеле, это не его дело.

Они вместе вошли в дом. Тео объяснил Кармеле, что заскочил на минутку, провожая Мариелену Опасно молодой девушке ходить одной по улице в такое время. Мариелена тихо проскользнула в свою комнату, даже отказавпшсь от ужина, пока мать благодарила крестного за заботу. Тео торопился уйти: ему нельзя возвращаться поздно и сердить Фучу. Но Кармела заставила его присесть на минутку.

— Фуча все еще сердится на тебя? — участливо расспрашивала она.

— Да, почти не разговаривает. Я чувствую себя мебелью в доме, — грустно отвечал Тео.

Кармеле не хотелось вмешиваться в чужие семейные дела. Но они так дружны с Тео и Фучей. И похоже, Тео не понимает, за что жена до сих пор сердится на него. Ведь он ей все объяснил. Только поэтому Кармела решила рассказать ему о разговоре с Фучей:

— Тео, когда Фуча жаловалась мне на тебя, я, конечно, тебя защищала. Но ты, похоже, не всегда прав. Ты что-то скрываешь от жены, поэтому она так взвинчена и обижена на тебя.

Тео выразил недоумение: он сказал Фуче правду, у него действительно не было никаких предосудительных отношений с Тельмой. Так что Фуча напрасно терзает себя и его своей ревностью.

— А ребенок? — напомнила Кармела. — Когда ты в тот вечер вернулся из бара пьяный, ты все время говорил о ребенке, сыне Тельмы Сокаррас. Поэтому Фуча и рассердилась на тебя.

Тео даже побледнел, услышав это. Значит, он спьяну проболтался. И при этом ничего не помнит, ничегошеньки из того, что было в тот вечер. И думает, что Фуча только из ревности устроила ему скандал. Он был очень благодарен Кармеле за то, что она открыла ему глаза и все разъяснила. Теперь ему предстоит как-то уладить это недоразумение, найти для Фучи убедительное объяснение. Как все запуталось в их семьях, сколько бед и недоразумений свалилось разом на их головы.

Ольга с Клаудией дожидались Луиса Фелипе, чтобы отправиться всем вместе на ужин к Летисии. Уже стемнело, а он все не появлялся. Чтобы унять тревогу и раздражение, Клаудиа примеряла старые платья и костюмы и демонстрировала сестре. Она так похудела от волнений, что теперь влезала в прошлогодние туалеты.

Вдруг Клаудиа застыла на месте, словно осененная какой-то счастливой мыслью. Только что ее лицо было озабоченным, угрюмым. Даже Ольга, погруженная в газету, заметила удивительную сцену: сестра вся сияла и улыбалась.