Чтение онлайн

Впрочем, этого хватает, чтобы пробить ментальную защиту Падмы и накинуть "поводок". Пока дворецкий бьётся в судорогах, сотрясая тонкий план предсмертными эмоциями, контроль я точно удержу. А потом рассчитываю пустить в дело "внедрение". Как минимум на несколько дней это должно сработать. За это время я найду какое-то решение этой проблемы.

Как только мужчина окончательно отдаёт концы, обгадив штаны, даю команду подняться на второй этаж. Добираюсь до большой гостиной, в которой мачеха недавно принимала гостей. Разворачиваюсь к девушкам.

— Теперь запоминайте. Первое: вашим приоритетом становится моя безопасность. Делайте всё, чтобы мне ничего не смогло навредить. Это касается всего: от бытовых действий до разговоров с другими людьми. Вы сами тоже не сможете причинить мне вред. Второе: отныне вы служите только мне и выполняете любые мои команды. Чего бы они ни касались и каких бы жертв с вашей стороны ни потребовали.

Решаю ограничиться всего двумя установками. Так будет проще в плане внедрения. Тем более, что сознание Айлы точно постарается их отвергнуть — попробую вбить в её мозг ещё одну сваю, и период действия будет сильно короче. Да и две используемые мной концепции далеко не самые простые.

Снимаю поводок с Падмы. Давление на собственное сознание сразу ослабевает: — удерживать под контролем один объект куда проще. Упираю взгляд в индианку.

— Иди вниз и займись телом дворецкого. Отчисти ковёр, сними с него одежду, а труп разделай на части. В процессе подумай, как от него можно избавиться.

Девушка делает шаг в сторону, но сразу же останавливается, поворачивая ко мне голову.

— Измельчитель органики. Если засовывать по кускам, то его переработает в мелкое крошево. А потом можно будет слить всё это в канализацию и промыть сам очиститель.

Не самый изящный ход. Но если подумать, кто будет искать останки человека в громадной канализационной сети Дели?

— Действуй.

Когда Падма выходит, перевожу взгляд на Айлу. Эта смотрит на меня с явным страхом. Было бы лучше, заложи я в неё чувство обожания к этой толстой туше. Но боюсь, подобная установка не продержится и суток. А то и ещё меньше. Слишком сложное вмешательство — такой уровень требует хирургической точности. Тогда как мой текущий инструментарий больше напоминает инструменты кузнеца. Могут сминать и крушить, но неспособны на решение деликатных задач.

Снимаю "поводок". Сдерживаю вздох облегчения: нагрузка на моё собственное сознание сразу же ослабевает. Прищурившись, оглядываю голую девушку.

— На колени. Ползи ко мне.

Опустившись на пол, подползает вплотную. В процессе задействую на ней свою самую первую мыслеконструкцию, усиливающую сексуальное желание. Её организм пока полностью не отошёл от недавнего пика возбуждения, так что подход срабатывает. Оказавшись рядом, начинает тереться лицом и грудью о ноги. А спустя какое-то время я уже насаживаю её ртом на член.

В этот раз тело пухляша справляется с задачей намного лучше: я успеваю поставить её раком на диван и отодрать, прежде чем сдерживаться становится невозможно. Жаль, что количество вибраций тонкого плана куда меньше, и они слабее: фонтанируй она эмоциями, как в первый раз, вопрос развития на ближайшие дни решился бы сам собой.

Когда, закончив, отступаю назад, смотря, как из неё вытекает сперма, слышу слабый голос.

— Ты убьёшь меня?

Пожимаю плечами.

— Пока не решил. Наверное, да.

Резко разворачивается, усаживаясь мокрой промежностью на подушку.

— Почему? Я ведь полностью послушна. Эта твоя ментальная техника... Она не даст мне ничего сделать.

Если быть более точным, через какое-то время контроль пропадёт. Но ей об этом знать совсем необязательно.

— Не даст. Но ты успела сделать меня своим врагом ещё до этого. Гораздо раньше.

Облизывает губы.

— Я просто выполняла приказы. А теперь могу верно служить тебе.

Приземляю жирное тело на стул и с сарказмом интересуюсь:

— Разве у тебя есть выбор? До этого он был, и ты шла по своему пути. Сейчас его нет, но ты умоляешь о прощении.

На момент смешавшись, моргает.

— Но... Зачем меня убивать? Я здесь. И могу делать всё, что ты захочешь.

— Так же, как и почти любая шлюха в этом городе. Или ты думаешь, у тебя какая-то уникальная пизда? Я не убью тебя только в одном случае: если живой будешь настолько полезна, что у меня получится сдерживать желание мести.

Ненадолго задумывается. А я встаю на ноги, опираясь о столешницу. Нервное напряжение отпускает, желудок яростно ревёт, требуя набить его пищей. Порции салата с рыбой ему явно не хватило. Но это лишь грёбаная органика предыдущего владельца тела. Потерпит до утра.

— В душ. Помоешь меня. Потом спать. Встала и пошла.

Через пять минут оказываюсь в своей душевой и подставляю жирную вспотевшую тушу под струи горячей воды. Приятно. Особенно когда тебя тщательно вымывает стройная девушка, постоянно стараясь к тебе плотно прижаться. Что странно, от неё до сих пор исходят эманации желания. Видимо, мой самый первый удар оставил куда более долгоиграющие последствия, чем предполагалось.

Заканчивается всё это тем, что я ставлю её на колени, заставляю минут двадцать работать языком и хрипеть от члена в глотке. Наконец заканчиваю и выбираюсь из душа, набросив на тело халат. Айле приказываю одеться и помочь Падме разобраться с трупом. Сам же топаю в главную спальню дома, где раньше спала Белла Стоун. Кровать тут явно получше. Плюс на двери есть не просто замок, а целая система блокировки, открываемая только изнутри.

Заперевшись, опускаюсь в постель. Позволяю себе расслабиться. Особняк под моим контролем. Слуг отпустили на всё время отсутствия хозяйки дома. То есть их не будет целых пять дней. Сидни вернётся раньше, но теперь это не кажется глобальной проблемой: думаю, у меня получится с ней разобраться.

Что куда более важно — источник мачехи в университете. Она узнала о моих успехах сразу же. Даже не в тот же день, а час в час. Камер наблюдения я в аудитории не видел. Чужого внимания через тонкий план не ощущал. В принципе это можно объяснить моим невысоким уровнем текущих возможностей. Но очевидно, что для надзора за студентами нужна санкция руководства университета. А предположить, что беглая римская одарённая связана с птицей столь высокого полёта, сложно.