Чтение онлайн

Впрочем, всё это не так важно. Я не планирую открываться этому парню. Лишь использовать его.

Поэтому ограничиваюсь кивком, мол, я всё понимаю. А через десять секунд мы уже выходим в столовую.

Добравшись до витрин, изучаю блюда. Дорого. Почти все блюда стоят больше девяноста рупий. В итоге беру салат с рыбой и чашку кофе, заставив своего нового знакомого изрядно удивиться. Впрочем, остальные студенты из группы тоже вовсю пялятся. Особенно двойняшки, которые что-то тихо обсуждают между собой.

Подходя к столу, дёргаю уголками губ. Я снова чувствую тонкий план. Поверхностно и нестабильно, но тем не менее. Этого вполне хватает, чтобы считывать самые яркие чужие эмоции. Например, двойняшки удивлены и отчасти боятся. А блонда с массивным бюстом чего-то от меня хочет. Желание направленно чётко на мою персону и настолько сильно, что я ощущаю его даже на расстоянии.

Усевшись на стул, выделяю из окружающего фона ещё один источник — приближающийся сзади с чувством предвкушения и сложной гаммой ощущений на втором плане. Для того чтобы полноценно разбирать чужое настроение, я всё ещё слишком слабоват.

Индиец, расположившийся напротив, бросает взгляд мне за спину и страдающе хмурится. Старая парадигма поведения борется с новой: колеблется, стоит ли предупреждать меня о грядущей угрозе.

Высок соблазн ударить новосозданными схемами, но я себя успешно сдерживаю. Воздействие на разум будет слишком очевидно. А вот бронзовая техника, которую я недавно опробовал, точно вне подозрений.

Жду. Концентрируюсь. Когда источник эмоций оказывается совсем рядом, начинаю разворачиваться, одновременно совершая движения руками. Жирная туша проворачивается медленно, совсем не так, как я планировал. Тем не менее успеваю всё сделать вовремя — мощный поток воды, возникший из ниоткуда, обрушивается на лицо крепкого парня, смывая с него гаденькую улыбку. Вокруг на миг наступает тишина, которая быстро сменяется взрывом хохота.

Разглядывая непонимающее лицо стремительно краснеющего идиота, довольно усмехаюсь. Нравится тебе, сука? Будь у меня возможность, я бы заменил воду на пламя и зажарил как петуха на гриле. Но, к сожалению, эта опция пока недоступна.

— Что тут происходит? Использование техник вне дуэльной площадки?

Перевожу взгляд на подошедшего мужчину в форме университетской охраны. Кольца не видно, но он точно на голову выше студентов первого курса.

Крепыш, которого плотно облепила мокрая рубашка, растерянно переводит взгляд с охранника на меня. Тычет пальцем.

— Ублюдок ударил техникой.

Пожав плечами, киваю на кружку в его руке.

— А ты собирался вылить мне это на голову. Я бы сказал, что мы в расчёте, но это не совсем так.

Тот удивлённо пучит глаза. Я же продолжаю.

— Отруби себе мизинец на левой руке. Или я добавлю тебя в список.

Парень изумляется ещё сильнее.

— Ты мне угрожаешь, кусок сала? Какой ещё список?

Покосившись на бесстрастное лицо охранника, уточняю.

— Список тех, чья жизнь больше не станет прежней.

Хорошо чувствую, как шокированное удивление крепыша сменяется приступом злости. Сделав шаг в моём направлении, чеканит слова:

— Совсем мозги жиром заплыли? Забыл, кто я такой? Если сдашь экзамен и получишь Децимуса, я вызову тебя на дуэль и отправлю на тот свет. А пока можешь бахвалиться сколько влезет.

Пожимаю плечами.

— Что-то мне подсказывает, ты тоже забыл, кто я такой. Когда получишь кольцо, пришли время и место. С радостью лишу тебя жизни.

Выкладываю всё максимально уверенно, подкрепляя свои слова эманациями Разума. Сил на прямое взаимодействие с чужим сознанием у меня не хватает. Но вот придать словам большую убедительность я в состоянии. И судя по тому, как слегка бледнеет крепыш, фокус срабатывает.

Предполагаю, что он попытается продолжить публичный диспут, но вместо этого парень банально уходит. Я же набрасываюсь на салат: организм уже понял, что сейчас получит порцию еды и теперь настойчиво её требует.

Остальные студенты быстро переключаются на свои дела, забывая об инциденте. А прилепившийся ко мне индиец осторожно интересуется:

— Как ты понял, что он рядом?

Перемалывая зубами зелень, среди которой попадаются мелкие куски рыбы, поднимаю на него взгляд.

— Ты смотрел мне за спину. Всё было очевидно.

Тот медленно ставит на столешницу бокал сока, из которого только что сделал глоток.

— А если бы там был кто-то ещё? Преподаватель, например? Или красивая девушка?

Растягиваю губы в усмешке.

— На девушку ты бы смотрел иначе. Как и на преподавателя.

Тот принимается задумчиво ковыряться в своей тарелке. Тогда как я расправляюсь с жалкими остатками салата и тянусь за телефоном. Пока есть время можно прояснить ещё пару моментов.

Первым делом вбиваю в поиск имя и фамилию индийца. Информации совсем крохи. Всё тот же список зачисленных на первый курс плюс пост в социальной сети от его тёти, мол, сегодня у моей сестры счастливый день, она, наконец, родила сына. Аккаунт его матери закрыт, но получается выяснить данные отца. Который, судя по всему, является владельцем стоматологической клиники в Дели. А этот паренёк — одарённый в первом поколении. Видимо, потому и решился на рискованный шаг, пойдя на контакт со мной.

Следом проверяю, кто такая Анна Салвец. Вот об этой женщине информации масса. Воевала в составе Четырнадцатого легиона, входила в состав третьей когорты. Обвиняется в массовых убийствах гражданского населения, пытках, казнях пленных и убийстве вышестоящего по званию. Плюс неподчинение приказам и подстрекательство к вооружённому мятежу: после гибели вышестоящих офицеров она пару недель командовала остатками легиона. Как я понимаю, отказалась выполнять приказы командования. В розыске на территории Римской империи. Награда за доставку живой или мёртвой — пятьсот тысяч денариев.

Сразу же проверяю курс. Один денарий стоит одиннадцать рупий. Немалая сумма за голову бывшего легионера, пусть даже она и одарённая.

Чувствую внимание окружающих, которое нарастает пропорционально времени проведённому за поиском информации в телефоне. Вынужденно прерываюсь, переходя к "светской беседе" с Даршем. Я хотел отыскать и профиль того крепыша, что грозился убить меня на дуэли. Но это может подождать. Пока же перебрасываюсь фразами с индийцем и пытаюсь понять, за счёт чего улучшилось моё взаимодействие с тонким планом.