Чтение онлайн

Хм. Остатки чужого сознания? Или скорее то, что пряталось внутри его подсознания, а теперь стало частью меня? Убрать это не выйдет: будь я сейчас полноценным Мастером Разума, то, возможно, это было бы реально. Но не в текущем состоянии. А к моменту, когда выйдет снова добраться до вершины могущества, эти черты личности сольются настолько, что просто отсечь их не получится.

Значит, остаётся лишь использовать новую опцию. Но перед этим проверить, на что именно отреагировало сознание. На всякий случай.

Автомобиль мчит по практически пустой полосе, проносясь мимо пробки. Одна из привилегий одарённых в этом мире — возможность гнать мимо простых смертных, поплёвывая на них из окна автомобиля. На месте обычных людей я бы ненавидел их только за это. Но я сам в одной из таких машин. А на мнение мяса в кусках железа, что застряли в пробке, мне плевать. Своих проблем хватает. К тому же мы как-то раз уже вытащили из пропасти десять миллиардов таких неблагодарных выродков. Как показала практика, не стоит полагаться на их любовь и овации. Люди — дерьмо.

Вот и комплекс зданий первого курса. Надёжно отделённый от более старших потоков. Последние десять минут дороги я посвятил изучению сайта университета. Официально разрешённые поединки. Наличие постоянно действующего турнира, перед победителем которого открываются широкие карьерные возможности. Если верить материалам на сайте учебного заведения, все победители либо занимают важные позиции в иерархии Федеративного Союза и национальных структур Индии, либо управляют своими бизнесами.

Всего четыре курса, под каждый свой комплекс зданий. Между ними — настоящие укрепления с дежурными из состава службы безопасности. Во избежание конфликтов между студентами разных курсов, которые критично различаются по своим возможностям.

Приём на обучение строго с восемнадцати лет. Как и в другие учебные заведения, где учат одарённых: никто не хочет нести ответственность за смерти несовершеннолетних, которых прикрывает закон. А вот совершеннолетние тут порой гибнут: кто-то во время дуэлей, другие на турнире, третьи просто во время обучения. Правда, дуэли разрешены только с того момента, как студент получает кольцо Децимуса.

Водитель останавливается у основного корпуса, соединённого переходами с другими зданиями. Глянув на меня в зеркало заднего вида, вздыхает. И разблокирует двери.

Снова жалость. Как же вы достали, сучьи дети. Я добрался до тонкого плана. Дайте мне немного времени, и в ваших взглядах появится как минимум страх. Сраные выблядки!

На этот раз свои эмоции я не сдерживаю: выбравшись из машины, хлопаю дверью. Пусть внутренняя ярость бушует, сколько влезет. Возможно пойдёт на пользу.

Поднимаюсь по ступенькам. Студенческую карту пришлось показывать ещё на въезде, здесь уже ничего не проверяют. Осталось только разобраться, куда мне идти.

Остановившись перед электронным табло, на котором отображается расписание, ищу название своей группы. Вот она — К1. Мне на третий этаж, там проходят занятия по изучению базовых техник.

Поднимаясь по лестнице, обильно потею. Хочется свернуть к лифту и выбрать лёгкий путь, но я упорно тащу тушу с ноющим желудком наверх. Сейчас любая физическая нагрузка пойдёт на пользу. Несколько раз ловлю на себе чужие взгляды, а один раз кто-то звучно ржёт сзади. Ничего. Посмотрим, как вы будете смеяться, когда я превращу эту груду жира в самого опасного ублюдка вашего мира.

Добравшись до нужной аудитории, вваливаюсь внутрь. Два десятка столов, часть из которых уже занята студентами. Две трети помещения пустует, а около стены висит большой кусок натянутой на металлическую раму ткани. Глянув на него, заинтересованно хмыкаю, уловив вибрации тонкого плана. Интересно, как они это провернули? Не слышал, чтобы кто-то из Мастеров мог использовать предметы. По крайней мере делать так, чтобы они сохраняли приобретённые свойства надолго.

Выбрав пустой стол в правом ряду, шагаю к нему. И споткнувшись о чью-то ногу, едва не падаю, в последний момент схватившись за угол столешницы. Аудиторию немедленно затапливает хохот. А сбоку раздаётся звонкий женский голос.

— Ты забыл, как надо входить в класс, ничтожество? Напомнить?

Выпрямившись, поворачиваю голову. Девушка. Точёные черты лица, выпирающая грудь, тонкая талия. Длинные чёрные волосы. Аккуратный макияж. Но вот во взгляде — только презрение.

— Напомнить? Тебе надо встать на колени и попросить у меня разрешения. Потом доползти до своего места и забраться на стул.

Подняв руку, грозит пальцем.

— Иначе тебя ждёт наказание.

Сука. Рваная блядская тварь. За это я заставлю тебя заплатить. Щедро.

Взгляд цепляется за кольцу. Децимус. Это блядское отродье уже получило статус. И пока сильнее меня. Но это ненадолго.

Смех постепенно стихает, все ждут продолжения представления. Я же выдавливаю усмешку. Получается, видимо, не очень: девушка хмурит брови и инстинктивно хочет податься назад, сдержавшись в последний момент.

— Продрочил последние крохи разума?

Выдохнув, упираюсь взглядом в её глаза.

— Тебе страшно?

Та на момент теряется, но сразу берёт себя в руки.

— С чего бы это? Предлагаешь бояться тебя? И что ты сделаешь? Сожрёшь меня?

Созданная мной мыслеконструкция должна на ней сработать. Но не представляю, как это сейчас поможет. К тому же где-то рядом наверняка есть преподаватели. Если они почувствуют вибрации, возможны проблемы. Здесь путь Разума реализуется через техники, которые они называют ментальными. Одарённых, которые могут ими владеть, не так много. Раскрою себя — появится масса вопросов. Самого разного характера. Такую возможность я тоже рассматривал: она сразу вынесет меня наверх. Но при этом ограничит в действиях и сделает зависимым от воли других людей: всех "менталистов" загребают под себя специальные службы или армия. Подчиняться каким-то уродам в форме? Нет, спасибо.

— Чего ты боишься? Что заставляет тебя бить по другим, чтобы скрыть свой страх и забыть о нём?

Вижу, как округляются её глаза. Набирает воздуха в лёгкие, но ответить ей я не даю.

— Тебе стоит найти другой способ расслабляться. Более безопасный для всех.

Внутри есть надежда, что она поймёт намёк. Но забываю, что вокруг юнцы, которые не нюхали пороху. Я не сильно старше — мне всего двадцать восемь. Разница в том, что за моими плечами битва Тридцати и долгая игра в кошки-мышки со всем миром. Телами убитых мною людей можно заполнить всё это здание. А эти суки только недавно вылезли из под мамкиной юбки. А некоторые до сих пор там.