Мастер убийств
Шрифт:
— Я вижу его револьвер! — вдруг торжествующим голосом закричал Фарж. — Я вижу Домана, вернее, его руку с револьвером. Он почему-то в черных перчатках…
— Зачем вам понадобилось, рискуя жизнью, устраивать весь этот спектакль? — с недоумением спросил Нджала, подходя к Доману.
— А это вы очень быстро поймете, — сказал Жосслен, отступая в глубину кабинета.
Нджала шагнул к Доману, и его силуэт стал четко виден на фоне окна.
— Вот он, — воскликнул Фарж и прицелился. — Это Доман… Я отомщу ему за все!
И он выстрелил.
Нджала покачнулся, как от удара, и схватился за грудь, словно пытаясь удержать хлынувшую кровь. Шатаясь, он сделал несколько шагов, ухватился за тяжелую занавесь, оборвал ее, и, пробив своим огромным телом оконные стекла, рухнул на мощеный каменный двор.
— Я попал, — торжествующе закричал Фарж, отбросив винтовку. — Скажите министру, что я попал… Я наконец рассчитался с ним…
— Нджала! — ошеломленно выдохнули одновременно Мартен и Валеруа.
Мартен опомнился первым и сказал в переговорные устройства:
— Всем оставаться на своих местах и ждать моих распоряжений. — Он протянул рацию Рагуле. — Повторяйте это каждую минуту, пока не будет отдано другого приказа.
Тяжело ступая, он подошел к телефонному аппарату, напрямую подключенному к кабинету министра безопасности, снял трубку и доложил:
— Господин министр, я должен вам сообщить, что президент Нджала мертв.
— Все-таки Доман сделал это… — сказал министр.
— Нет, господин министр, — сдавленным голосом произнес Мартен. — Президента убил инспектор Фарж.
— Фарж? Вы шутите? — возмутился министр.
— Это не шутка, он жертва махинации Домана.
— Всем оставаться на своих местах и ждать распоряжений! — неслось над замком.
Министр замолчал. Он вспомнил слова инструктора Пикара: «Жосс Доман один справится со всеми вами. Он способен довести противника до сумасшествия…»
«Старик оказался прав, — подумал министр. — Он хорошо знал своего любимого ученика. Все произошло именно так, как он и предсказывал».
Глава 12
ФИНИШНАЯ ПРЯМАЯ
Жосслен окинул взглядом пустой кабинет Нджалы. На полу валялась недочитанная газета «Матен», в которой была опубликована статья об итогах визита президента Малагасийской Республики во Францию, за занавесью зиял пролом разбитого окна…
Доманом овладело чувство пустоты, усталости, облегчения, словно он сбросил ношу, которую долго-долго тащил на себе. Он повернулся и вышел из апартаментов Нджалы.
Ни на лестнице, ни в коридорах ему никто не встретился. Служба безопасности выполняла обещание, данное Нджале. Доман спустился на первый этаж и распахнул двери. Во дворе замка он увидел автоматчиков, на крышах и башнях виднелись каски и винтовки снайперов, но проход к балюстраде и дальше, на лужайку, где стоял вертолет, был открыт.
Жосслену было слышно, как через громкоговоритель повторялся приказ полковника Мартена:
— Всем оставаться на своих местах и ждать дальнейших распоряжений.
Доман прикинул расстояние до вертолета — примерно триста метров. Это пятьсот шагов или пять минут… За это время все будет решено. И он пошел по двору замка, мимо цепи автоматчиков, к балюстраде своей уверенной, неторопливой, легкой походкой.
— Господин Министр, — прервал молчание Мартен. — Скажите мне, что я должен делать?
Министр не отвечал.
— Господин министр, — допытывался Мартен. — Какие будут распоряжения? Необходимо решить судьбу Жосслена Домана. Я не могу брать на себя ответственность…
— А что сейчас у вас происходит? — перебил его министр. — Где находится Доман?
— У замка стоит вертолет, готовый к отлету, и Доман направляется прямо к нему!
— Делайте то, что считаете нужным, полковник, — уклончиво произнес министр Сен-Ламбер.
Доман миновал цепь автоматчиков и спустился по лестнице на лужайку. Рагуле вновь повторил через громкоговоритель:
— Всем оставаться на своих местах, и ожидать распоряжений!
— Господин министр, — настаивал Мартен. — Мне нужна ваша санкция. В конце концов, я подчиняюсь непосредственно вам, Что я должен делать?
— Ну, ведь в Шато де Ферьер находитесь вы, а не я, — возразил министр. — Вам, полковник, виднее, какие тут могут быть варианты…
— Сейчас их только два: или мы убиваем Домана, или — даем ему уйти. Решайте, господин министр!
— Вы предлагаете мне на выбор крайности. Неужели невозможно задержать Домана, не убивая его?
— Поздно, поздно, господин министр, он уже миновал цепь автоматчиков.
На лужайке, метрах в пятидесяти от вертолета, стояли Валеруа, Виктор, Дорис Фридериксен и пилот.
— Жосс! — окликнул Домана Валеруа.
Доман на мгновенье остановился.
— Вот видишь, — сказал он. — Розен мертв, Нджала тоже мертв. А что касается моей персоны, то там, — он показал на окна штаба, — по-моему идут бурные переговоры…
— Отвезти тебя в Париж? — пристально глядя в глаза Жосслену, спросила Дорис.
— В другой раз, мадемуазель, — улыбнулся Жосс и на прощанье помахал ей рукой. — Еще увидимся…
Он повернулся и пошел к вертолету, до которого оставалось несколько десятков шагов.
Дорис сделала движение, будто собиралась направиться за ним, но на ее плечо легла тяжелая рука Валеруа. Он молча покачал головой в ответ на ее умоляющий взгляд.
Голос Рагуле продолжал греметь над замком, лужайкой, над окаменевшей цепью охраны.
— Всем оставаться на местах и ждать распоряжений!