Чтение онлайн

— Это, конечно, подделка. У меня они для того, чтобы произвести впечатление на вас. Подлинные находятся в лаборатории — здесь, в моем замке. Я не хотел бы оказаться слишком близко к ним. Достаточно смешать определенное количество этой жидкости с питательной средой, и за ночь вырастет такое количество бактерий, которого хватит на все ваше западное побережье. Удар будет нанесен на Сан-Диего, Лос-Анджелес и Сан-Франциско! — с ликованием произнес он. — Наконец-то вы, американцы, сможете узнать вкус поражения.

Яамазаки ждал ответной реакции, но Болан отказал ему в этом удовольствии.

— Остается только испытать наш продукт на человеческом организме, — спокойно сказал Яамазаки. — Завтра утром мы начнем с женщин. Ваших женщин. А вы сможете понаблюдать. Потом настанет и ваша очередь.

Болан по-прежнему никак не реагировал.

— Заберите его! И держите изолированно от остальных. Итак, до завтра, полковник.

Американец наконец-то заговорил.

— Вздор! — сказал он.

Итак, вот чем обернулось это дело. Из Лос-Анджелеса Мак Болан спустился в подвал средневекового замка, прямо в ад.

Яамазаки — сумасшедший, это несомненно. Его род достиг полного упадка. Болан считал, что пора прекратить его существование. Именно он должен это сделать. Главная его задача — выжить и вытерпеть. Наверное, за всю историю мира не было такого бесстрашно сражающегося одинокого воина.

Казалось, что он становился увереннее, видя, как его враги теряют присутствие духа от животного страха, — это придавало ему жизненные силы и возвышало над людьми, делая невозмутимым. Фоникс знал: первый выстрел за ним.

Палач быстро расправлялся с врагами. И исчезал до того, как очевидцы успевали посмотреть в его сторону. Распознавая психопатических торговцев страхом, он делал все, чтобы помешать им терроризировать мирных граждан.

Болан повернулся, чтобы изучить камеру. Она была похожа на другие, только меньшего размера. Голые стены, и опять-таки никакого освещения. Над дверью, еле заметно, находилось с полдюжины труб разного диаметра. Судя по расположению, они должны вести либо в лабораторию, либо в баню, которая находилась этажом выше.

Трубы были в пределах недосягаемости, но, подпрыгнув несколько раз, Болан сумел, дотронуться до каждой из них. Одна была горячая, две другие — чуть теплые, остальные — холодные. И все они были крепко присоединены к стене.

Пленник присел в углу и, призвав на помощь все свои скрытые внутренние силы, стал восстанавливать в уме план замка, стараясь найти уязвимое место.

Если полковника Яамазаки изгнали, а затем казнили, то что же сделали с другими семью Джанинами? Вероятно, Манутсу намеревался рассказать ему о том, что Хидео Яамазаки не имел реальной власти Джанина. Несомненно, его принадлежность к лордам должна была воскресить круг Джанина, так как однажды он уже нанес свой первый удар. Трубопровод Танаги в Калифорнию был достаточно эффективным для транспортировки бутылочек в Америку. Этот человек очень успешно как провозил контрабанду в страну, так и вывозил ее из страны. И два маленьких контейнера не создадут проблем, даже если его уже не было бы в живых, чтобы сопровождать их.

Со стороны двери послышался какой-то звук. Болан оглянулся и увидел, что ненавистный ему охранник, снова заступив на дежурство, смотрел через щель в двери на Болана. Видимо, он испытывал удовольствие, наблюдая за иностранцем, запертым в камере-одиночке.

Охранники наверняка не собирались следить за ним постоянно, уверенные в том, что он никуда не сможет убежать. Они лишь изредка поглядывали в щель двери.

Болана заинтересовало, где на территории замка был центр тренировок и имелось ли там современное вооружение. Он так же был заинтригован тем, какую роль играет в тренировке охранников гипноз — «сай-мин-джитцу», как называл его Юумото. Несомненно, Танага был перепрограммирован из террориста в наемного убийцу-ниндзя какой-то системой мозгового контроля. Болан вспоминал, как загорались черными угольками глаза Танаги. Это был взгляд сумасшедшего, уверенного в правильности своих действий.

Этому должен быть положен конец.

Раз и навсегда.

Болан услышал приглушенный звук разговора в коридоре. Он подполз к двери и украдкой взглянул сквозь щель в засове.

Одноглазый спустился вниз лично проверить охранников и показывал им пистолет американца. Очевидно, он не избавился от него, как было приказано, а оставил себе как трофей. Оба охранника были довольны, что их узников хотят использовать для экспериментов Яамазаки. Одноглазый зарядил пистолет девятимиллиметровыми пулями и засунул его себе за пояс.

Болан не сомневался, что через несколько мгновений человек с мутным глазом появится у оконца, чтобы позлорадствовать. Возможно, настало время стереть эту улыбку с его обезображенного шрамом лица. Пора вырвать лист из собственной книги уловок ниндзя.

Болан встал под трубами, подпрыгнул, схватился за одну из них и одним махом забросил себя наверх, руками и ногами застраховав себя в этом положении.

Меньше чем через минуту он услышал, как кто-то остановился под дверью. Послышался резкий свист — видимо, у тюремщика перехватило дыхание, когда он увидел пустую камеру.

Ключ звякнул в замке, и дверь распахнулась. Вошел одноглазый. Второй, толстяк, следовал за ним по пятам.

Почувствовав опасность сверху, одноглазый инстинктивно потянулся за мечом и достал его как раз в тот момент, когда Болан упал сзади на второго охранника. Все свалились в одну кучу. Одноглазый уже вытащил свое оружие и, не тратя времени понапрасну, замахнулся им.

Болан повернул толстяка, чтобы использовать его как щит при отражении удара одноглазого, и стальной край самураевского меча «катаны» раскроил тому ключицу и врезался в грудную клетку. Глаза его широко раскрылись — видимо, от ужаса, что смертельный удар он получил от напарника.

Одноглазый попытался вытащить меч из трупа, И в ту секунду, что он замешкался, Болан вывел его из равновесия. Падая вперед, тюремщик лицом ударился о лоб Болана, и очень сильно.

Одноглазый, опрокинувшись, сел на пятую точку. Перед его глазами пошли круги. Палач был не в настроении прощать. Выдернув из ребер мертвеца меч, он воткнул его в своего обидчика.

Под обоими слугами японского лорда теперь текли красные липкие лужицы крови.

Наступив ногой на грудь одноглазому, Болан вытащил меч, затем снял с толстяка пояс, к которому были прикреплены звездочки.