Чтение онлайн

Те, рассыпавшись полукольцом, медленно приближались к своим жертвам. Четверо обнажили сабли, двое взвели курки. По характерному звуку Басов догадался, что и Макторг приготовил свою саблю.

Сделав пять шагов от ручья, Басов остановился. Замерли и убийцы. Внезапно один из них вскинул писто-лию, целясь в Басова. Уловив это движение, фехтовальщик мгновенно левой рукой выхватил из-за пояса кинжал и метнул в стрелка. Грохнул выстрел. Пуля просвистела над головой Басова, а убийца с хрипом повалился на траву – клинок по рукоятку вошел ему в шею.

В тот же момент нападающие с диким ревом рванулись вперед. Катана [37] Басова сверкнула на солнце, поднялась, обрушилась вниз – и тут же снова взмыла вверх, уже окровавленная. Опять грохнул выстрел. Басов резко повернулся, пропуская выпад противника, и рубанул снизу вверх, распоров живот очередному нападающему. Еще взмах – и отрубленная кисть убийцы, все еще сжимавшая рукоять сабли, упала на траву. Через считанные мгновения ее обладатель со сдавленным хрипом рухнул на траву, зажимая уцелевшей рукой смертельную рану в груди.

В следующий миг Басов боковым зрением заметил опасно нависшего над стоящим на одном колене Макторгом убийцу. Перехватив меч за рукоять, как копье, фехтовальщик с силой метнул его, и человек, занесший оружие для финального удара, пронзенный насквозь, рухнул в ручей.

Макторг опустил обломок сабли и сел на траву, зажимая рукой огнестрельную рану в левом плече. Рядом лежал сраженный умелым выпадом старого вояки убийца.

– Сейчас мы остановим кровь и доставим вас к лекарю, – подскочил к нему Басов.

– Зачем? – в глазах у шотландца отразилась боль. – Может, так было бы даже лучше… Мне уже нечего делать в этом мире.

– Значит есть, раз вы живы, – ответил Басов, вспарывая ткань рукава. – Кто мог подослать к вам убийц?

– Назаров. Или его люди. Кто же еще? – голос старого рыцаря был ровен, хотя рана и причиняла ему страшную боль. – Мой голос в совете сейчас решающий, и он не на их стороне. А вы неподражаемы с оружием в руках, друг мой. Ваше искусство выросло многократно. Думаю, вам нет равных.

– Полагаю, есть, – возразил Басов, осматривая пулевое отверстие. – А сейчас, пожалуйста, помолчите и берегите силы. Я не прощу себе, если не смогу навестить вас завтра и отведать стряпни вашего замечательного повара.

Перевязав рану, он спустился к ручью и вытащил меч из тела павшего убийцы. Кровь поверженного стекала в поток и быстро уносилась водой. “Все то же, – подумал Басов. – Такой чистый ручей – и опять кровь”.

Когда Петр вернулся из дворца, его ожидал неприятный сюрприз. С порога обескураженный Тыну доложил, что Колычева доставить не удалось.

– Как так?

– Поручик, командовавший конвоем, – затараторил взволнованный Тыну, – сказал, что его хочет видеть министр внутренних дел, и приказал следовать за ним. Тот поинтересовался, арестован ли, а получив отрицательный ответ, заявил, что если министр хочет его видеть, то должен сам приехать или хотя бы попросить, а не приказывать. Поручик попытался выполнить приказ силой. Тогда этот Колычев обнажил саблю и разогнал конвой. Разогнал отряд в десять человек! Невероятно! Прикажете выслать команду для задержания?

– Убитые, раненые есть? – быстро спросил Петр.

– Нет. У двоих солдат вывихнуты кисти. У поручика рассечена губа. Не считая мелких ушибов, это все.

– Строптив, как всегда, – хмыкнул Петр. – Этот Колычев – молодой парень, лет двадцати пяти, светловолосый?

– Так точно, – вытянулся Тыну. – Я уже распорядился не выпускать его из города. Что прикажете делать?

– Подай карету, – бросил Петр. – Если он так хочет, чтобы министр приехал, министр приедет.

Федор внимательно наблюдал, как рабочие мастерят пол в амбаре, которому предстояло стать тренировочным залом. Конечно, инструкции он дал подробные, но все-таки решил приглядеть сам. Что может быть важнее в школе фехтования (или, как он теперь, после многих лет, прожитых в далекой восточной стране, предпочитал называть, в додзе [38] ), чем правильно устроенный пол?

Насмерть перепуганный старый слуга подскочил к нему и низко поклонился:

– Господин, к вам сам министр внутренних дел.

– Ну, министр, ну и что? – недовольно пробурчал Федор и повернулся к рабочим: – Пол стелить, как я сказал. Приду – проверю. Если хоть одна доска не так ляжет, будете переделывать.

Выйдя во двор, он сразу увидел Петра: в богато украшенном костюме, тот стоял, придерживая изящную шпагу с эфесом, усыпанным жемчугами. Рядом вертелся холуйского вида белобрысый парень – тоже при шпаге и в одежде мелкопоместного дворянина. А чуть поодаль стояли стеной офицеры личной охраны.

– Здравствуйте, господин министр, – расплылся в притворной улыбке Федор. – Вы хотели меня видеть. Вот он я.

– Все дерзишь, – насупив брови, произнес Петр. – Где Басов?

– Гуляет в окрестностях, – уже серьезно отозвался Федор.

– Почему сразу по прибытии не пришли ко мне? – в голосе Петра зазвучала плохо скрываемая обида.

– Мы, скромные преподаватели фехтования, не можем отвлекать своими маленькими заботами больших государственных людей, – церемонно поклонился Федор.

– Знаешь, что, Федька, – Петр сделал несколько шагов вперед. – Больше всего мне сейчас хочется надрать тебе уши. Как в былые времена.

– Извольте попробовать. Только потом на дуэль ведь придется выйти. Дворянская честь, понимаете ли.

– Вижу, Игорь все-таки приучил тебя не уважать никого и ничего, включая высших государственных сановников…

– Он учил уважать человека за личные достоинства, а не пост, который он занимает.

– Но все же, дворянин Федор Колычев, ты подал на мое имя прошение об открытии школы фехтования, – размеренно сказал Петр.