Меч Белогора
Шрифт:
В салоне, наконец, наступила благословенная тишина…
Уселся на своё место, достал платок, вытер лицо. Платок в красных полосах. Ну вот, мне только таких "украшений" и недоставало сегодня для полного комплекта.
Сижу, думаю, не много ли драматических приключений для одного дня? Да и день-то ещё не кончился…
Остановка "Автовокзал". Мне выходить. Водила передние двери открыл, высунулся из кабины в салон, тянет руку для пожатия
— Спасибо, друг! Выручил! А то я уж и не знал, что делать. Я один, а их трое. Да и если б зашиб кого случайно, потом родители по судам бы затаскали. А ты быстро с ними справился. Убери свои деньги! Если по-хорошему, так это я тебе должен за помощь. Ну, бывай!
Я выхожу, а мне женщины вдогонку кричат
— Мужчина! Мужчина!
Оборачиваюсь, что там ещё случилось?
— Спасибо вам большое, что вмешались, помогли!
Улыбаются…
Бурчу чего-то в ответ и сбегаю по ступенькам. К своим проблемам. Мнительный я чего-то стал, особенно, когда вчера ещё раз для памяти просмотрел брошюрку "Закон об оружии", несколько статей из УК по самозащите. Это из-за меча. Можно ли его применять для самообороны и чтобы знать, как себя грамотно вести, если с ним поймают. На всякий случай надо будет написать заявление в милицию следующего содержания:
Начальнику РОВД…
Случайно сегодня на прогулке в центральном городском парке, в кустах, нашел холодное оружие в виде старинного меча. Решил добровольно сдать его в милицию.
Подпись без даты.
Если гражданин добровольно сдаёт оружие, то освобождается от уголовной ответственности. Вот так… Кхе-кхе…
Обдумываю происшедшее в автобусе
— А что же я только что натворил с точки зрения закона? Что это было? Применение грубой силы к, возможно, несовершеннолетним? На каком основании? Была крайняя необходимость или я это сделал в состоянии необходимой обороны? На случай, если потом объясняться придётся с блюстителями порядка. Вдруг "пострадавшие" заяву накатают в ментовку! Где потом свидетелей найду? По формальным правилам, надо было записать их адреса и номер автобуса. А кто захочет давать свой адрес незнакомому человеку? Или таскаться по судам, терять время, рисковать здоровьем?
Если начнутся разборки, я ничего не смогу доказать, объяснить.
На меня непосредственно не нападали?
Не нападали. Значит, это была не самооборона.
На других пассажиров, вне веселой компании, не нападали?
Не нападали. Ну, женщине банкой пива по лицу попали. Так ведь случайно! Промахнулись! Потом, может быть, даже и извинились бы. Да и вообще, была пострадавшая женщина или нет? Если понадобится, где я её найду?
А между собой дрались?
Да то могут сказать, что и не дрались вовсе, а просто шутили, развлекались, имитировали борьбу. Так что и крайней необходимостью тут не пахнет.
А потому, если с официальной точки зрения посмотреть, то картина выходит такая.
Едет себе молодежь в автобусе, возится меж собой, развлекается, никого не трогает. Вдруг, откуда ни возьмись, появляется какой-то взрослый злой дядька и, ни с того, ни с сего, выкидывает несчастных малолеток в открытые двери. На улицу!
Натуральное хулиганство! Так и срок схлопотать можно за моё доброе дело, особливо, если у тех "детишек" родители с хорошими связями и деньгами окажутся.
Иду неторопливо по улице, платок к щеке прижимаю и думаю, а как же тогда надо было правильно с точки зрения закона поступить?
Дать детям додраться? Пока кого-нибудь не убили или инвалидом бы не сделали? И только тогда вмешаться?
Или лучше было бы вообще не вмешиваться и свалить "по-тихому"? Нужен мне такой геморрой с законами и юридическими закавыками, если потом меня по судам таскать начнут? А то и посадят.
По морально-этическим нормам и по справедливости одно получается правильным, по действующим мутным законам — другое, а по возможным последствиям для "героев" — третье.
Как же честному и порядочному гражданину сейчас жить? По совести или по законам? Получается, что это далеко не одно и то же. Наверное, это непростой выбор для каждого…
Глава 8
Прохожу мимо двухэтажного торгового центра "Форт", облицованному розовым мрамором и чем-то напоминающему большой и неуклюжий двухпалубный речной пароход. Рядом шикарное суперсовременное здание федерального казначейства. Шесть этажей стекла, мрамора, пластика. Кондиционеры. Эх, если бы нашу редакцию туда пустили! Мы ведь тоже не частная лавочка…
Но, нет, не дождемся. Тут лишь бы вообще не разогнали…
А вот и моя работа — старенькое пятиэтажное муниципальное здание. Почти весь первый этаж занимает переговорный пункт "Северный", а наша редакция находится на последнем.
Стучать не пришлось. Время уже около девяти вечера, но входная дверь почему-то не заперта.
Вхожу.
Вахтерши нигде не видно, что очень странно. Мне частенько приходилось работать вечерами, и всегда в 18–00 дверь в здание закрывалась на ключ. Вахтерами работали серьезные пожилые женщины, которые очень ревностно относились к своим обязанностям и дорожили местом. Сейчас я наблюдаю явное нарушение режима или…
Или что-то случилось?
Осторожно, стараясь не шуметь, поднимаюсь на пятый этаж. Дверь в коридор с лестницы открыта нараспашку.
В коридоре — никого.
Медленно иду привычным маршрутом до помещения редакции и останавливаюсь в шоке.
Передо мной уже знакомая картина.
Дверь в редакцию выбита, внутри всё перевёрнуто вверх дном. Ящики столов выдвинуты, содержимое валяется на полу. Шкафы с материалами и старыми номерами газет стоят нараспашку. В них явно копались.
Большой несгораемый шкаф возле Димкиного стола зияет пустыми полками. Там хранились всякие бумаги, документы, бухгалтерские книги, иногда бывало немного денег на зарплату и командировки сотрудникам. Но деньги, если и находились в сейфе, то небольшие. Вряд ли из-за них стоило грабить государственное учреждение.
Надо звонить в милицию, сообщать о случившемся, а то я ведь последним уходил сегодня и запирал дверь.
И вот теперь меня снова что-то принесло в девять вечера на работу. Как объяснить эту мою блажь стражам порядка, не упоминая, пока это возможно, об исчезновении Оли и её романе с Халиным?