Чтение онлайн

Пограничник говорит: «Э, да, просто формальность».

У него странный взгляд, и м-р Норман думает, что он, наверно, говорит неправду. Может, это ловушка. На пограничнике шляпа с длинным пером. М-ру Норману легко представить свою крохотную тюремную камеру в Лас-Вегасе. Кормежка два раза в день. Капуста, куча капусты. Тепловатая вода. Хлеб такой черствый, что его больно жевать. Маленькая кровать в углу с завальцованным матрасом, умывальник в пятнах ржавчины, параша. Длинный штакетник дней, процарапанных на стенке. Стопка книжек в мягких обложках у кровати, несколько блокнотов. В блокнотах он будет писать. Он их чем-нибудь заполнит. Своими мыслями. Разумеется, если бы он сидел в тюрьме, у него бы появились мысли. О Жизни с Изнанки. О жизни Снаружи. Изныло тело, но свободен дух. В местах не столь отдаленных. В каталажке.

Небо говорит: «Крытый бассейн, кухонные блоки, бесплатные киноканалы».

Нил Постман говорит: «Сегодня мы должны смотреть на Лас-Вегас как на метафору нашего национального характера и устремлений».

М-р Норман сопровождает пограничника к машине. Это «El Camino» («эль-камино»). Они забираются внутрь, и пограничник предлагает м-ру Норману сигарету. М-р Норман отказывается, но тут же вспоминает, как важны сигареты на зоне. На кичмане.

Пограничник выдыхает дым в окно: «Сэр, я подслушал, как вы говорили, что собираетесь завтра вечером на шоу».

Он говорит как будто без акцента, почти так же, как люди на Материке.

Строчка за строчкой м-р Норман исписывал бы эти блокноты карандашами, заточенными контрабандным перочинным ножиком. И, о красносочные свидания, не думайте, что он не знает, что к чему.

Пограничник говорит: «Я говорю сейчас с вами не как служитель закона, уполномоченный арестовывать и стрелять в людей, но как мужчина. Как отец. Как отец с отцом».

Там выдают униформу. Не приходится следить за ключами, дистанционными пультами, потерянными детьми. Можешь сидеть себе в камере и по-настоящему думать и жить. Сотни отжиманий, чтобы накачать грудь и руки.

Пограничник говорит: «Сэр, у меня дома сынишка-калека, я его воспитываю один. Моя жена скончалась».

М-ру Норману не приходит в голову преступление, в котором он мог бы сознаться. Он ничего не совершил. Он чист, душераздирающе чист. Ну, написал в бассейн в «О'Теле», подумаешь.

В Спортивно-Утилитарном Вездеходе нет бомбы. Ни единой бомбы.

Гудящее небо над головой говорит: «Кингсайзовские кровати, дети младше десяти лет питаются бесплатно».

Транспарант говорит: «Лас-Вегас – все веселье Америки и никаких новостей».

Перо на шляпе пограничника красиво приплюснуто к красному потолку «эль-камино». Он (пограничник) говорит: «Врачи говорят, что моему калеке-сынишке осталось немного, может быть, год-два. И все. И вот вы знаете, сэр, чего моему мальчугану – его зовут Реджи – знаете, чего Реджи хочет больше всего на свете?»

М-р Норман говорит: «Жить?»

Пограничник говорит: «Ну, это само собой разумеется».

М-р Норман говорит: «Ходить?»

Пограничник говорит: «Больше всего на свете он хочет сходить на «Медведя-пр. – Акулы».

М-р Норман тоскливо смотрит на наручники.

Небо говорит: «Бесплатный автобус до стадиона».

Пограничник говорит: «И вот я готов сделать вам щедрое предложение за два билета».

Пограничник вынимает ручку из колпачка и пишет цифру на клочке бумаги. М-р Норман подносит клочок к окну. И впрямь – щедро. Речь идет о пристройке к дому или о паре семестров в колледже для одного из мальчиков.

М-р Норман оглядывается на свой автомобиль, уже припаркованный на земле Лас-Вегаса. На самом деле это не земля. Больше похоже на «астроторф» – блестящая изумрудная стерня в свете фонарей. Пограничные чиновники обыскивают Спортивно-Утилитарный Вездеход. Ни черта они не найдут. M-с Норман стоит в сторонке, работает с электрическим одеялом. Мальчики бегают по искусственному газону, швыряясь друг в друга камнями. Они кричат, ведут счет. Игра, вариация на тему медведя-акулы, правила, похоже, довольно простые. Бог или подвешенный тинейджер говорит: «Однорукие бандиты у вас в номерах».

М-р Норман поворачивается к пограничнику. Он говорит: «Слушайте, я бы рад помочь, но не могу».

Пограничник говорит: «Родни – калека».

М-р Норман говорит: «Реджи, и мне очень жаль. Реально, жаль. Но у нас семейные каникулы».

Мэтью говорит: «Три-ноль, медведофил».

Пограничник говорит: «Реджи недолго осталось. Это все, чего он хочет».

М-р Норман открывает дверцу и выставляет наружу ногу. Он говорит: «Всегда есть платный канал».

Пограничник говорит: «Печален тот, блядь, день, когда мальчик-калека, которому жить месяц, не сможет пойти посмотреть, как медведь и акула дерутся друг с другом».

Большинство людей быстро отвечают «медведь» или «акула» и тут же начинают приводить резоны. Большинство этих резонов вы уже слышали. Плавники, зубы, мозг млекопитающих, фактор спячки, энергетическое поле, цветовая слепота, лучи глазных яблок, акулий язык.

И т. д.

Флюгеры малочисленны, а равнодушные – наперечет. И редко-редко кто-то тратит время на то, чтобы рассмотреть вопрос и взвесить доказательства. Нечасто люди меняют свое мнение, хотя такое, говорят, бывало. Похоже, есть в этом что-то нутряное. Просто чувствуешь, что так оно должно быть, а там уж подбираешь резоны.

Но есть такие люди, которые отказываются отвечать, пока не получат – давайте хором – больше информации. Они говорят что-то типа: «А про какой вид акулы мы говорим, про какой вид медведя?» Они говорят: «Молотоглав-пр. – Гризли» – это совсем не тот футбол, что «Большая-Белая-пр. – Полярного» или «Песчаная-пр. – Бурого» или «Тигровая-пр. – Коалы». И они говорят: «А какой точно глубины вода, пресная вода или соленая?» И хуже всего: «А зачем им вообще драться? У них разные экологические ниши и пищевой рацион. Пищеварительная система медведя и то, и се, и тоси-боси».

Господи, ненавижу такой народ. Мэтью тоже такой народ ненавидит.

Если с кем-нибудь из них столкнешься – сразу сваливай на другой конец комнаты. Таких надо остерегаться. Это такой народ, что… ну, короче, их вроде как пугает, что кому-то где-то может быть весело.

XIX часов до «Медведя-пр. – Акулы II». Вестибюль отеля, куда вселяются Норманы, лицом к лицу выглядит даже лучше, чем по Интернету. Только экзотически окрашенных рыбок в огромном аквариуме за стойкой нет.