Медведь
Шрифт:
– Прости, это по другому поводу. – Виктор почувствовал сильное возбуждение, как иногда случалось с ним на охоте: он стоит с взведенным ружьем, а за стволами деревьев прячется гора мяса, убив которую, он гарантирует себе запас, а значит, и жизнь до самой весны. Такая ситуация всегда щекотала нервы и стимулировала существование.
– Хочешь встретиться?
Если бы она спросила об этом сто раз, он сто раз ответил бы: да! Но лишь мысленно. С недавних пор в его душе образовался какой-то уголок, который, точно ребенка, заставил Виктора упрямиться собственным желаниям.
– А ты сама?
Трубка оценивающе помолчала, потом снова ожила:
– Я не против.
– Тогда подъезжай ближе. Возле меня освободилось местечко.
Галина засмеялась:
– Ты говоришь так, что у меня начинают дрожать колени: вдруг не успею, и его займут!
Ее смех снова звучал для него музыкой. Конечно, телефон искажает некоторые оттенки и полутона, но – сколько же в ней было знакомого и любимого!
Сразу несколько автомобилей тронулось одновременно, но все они направлялись к выходу со стоянки.
LEXUS LX 570 подкрался незаметно: его носовая часть выплыла откуда-то сзади и замерла вровень с мотором его «Тойоты».
Галя не сбросила телефон, и Виктор слышал, как шум двигателя затих.
– Ну, что будем делать дальше? – Она спросила это как-то особенно, но разбираться в деталях было не время.
– Мы же хотели встретиться.
– Ты сам подойдешь или выйти мне?
– А разве это имеет значение?
Галина помолчала пару секунд, потом ответила:
– Ну, хорошо, я иду.
Он увидел ее впервые за десять лет – со вкусом одетую длинноногую блондинку, фигуре которой могла бы позавидовать любая топ-модель. Пластика движений Гали заворожила Виктора, и на мгновение заставила его забыть о течении времени. Это была девочка – фея из сказки, которую он таким усердием сочинял всю свою сознательную жизнь, и которая вопреки драматическому финалу согревала его все эти годы.
Легкой походкой она преодолела несколько шагов, разделяющих автомобили, и тогда Виктор, спохватившись, наклонился к дверце и приоткрыл ее.
Галя подняла на лоб солнцезащитные очки и, чуть склонившись, заглянула в салон. Ее наполовину открытые плечи сияли белизной, а упругая и выросшая на размер грудь предстала перед глазами Виктора во всей своей обворожительной красоте.
– Привет.
– Здравствуй.
– Пригласишь к себе?
Кажется, Галя заполняла возможную неловкую паузу.
– Конечно!
Она села на соседнее с ним сиденье и непринужденно вытянула вперед аккуратные ноги, почти не прикрытые короткими красными шортиками. Ей трудно было дать тридцать с небольшим, скорее – двадцать пять. Да, она изменилась – в размере груди и обхвате талии, но эти изменения только добавили ее фигуре изюминку, сделав из принцессы королеву.
Некоторое время она смотрела на него с интересом, о чем-то думая, а потом произнесла:
– Ты выглядишь теперь иначе.
– Правда? – Виктор сейчас думал о себе в последнюю очередь. Его душа пела, и грудь наполняло давно забытая сладость.
– Да, возмужал. Раньше был как молодой петушок – крикливый и драчливый.
– Никогда не любил драться, – возразил он.
– Я образно, конечно. Сейчас в тебе появилось что-то очень необычное. Не могу угадать сразу.
– Ты выучилась на психолога и теперь по выражению лица определяешь характер? – Виктор улыбнулся.
– Что-то вроде этого. – Она кивнула. – Современной женщине без знаний психологии никуда.
– Что же ты еще увидела?
Она тоже улыбнулась, и это чем-то напомнило Виктору Джоконду – такая же непроглядная тайна.
– Многое. Сразу и не расскажешь. К тому же, кроме лица важны и манера говорить, и жестикуляция.
– Кажется, я еще не размахивал руками.
– Это тоже может о тебе рассказать немало.
– Ужас! Я чувствую себя как бабочка при препарировании.
– Не переживай. Это ненадолго. Потом происходит привыкание, и какие-то моменты становиться вычленить труднее.
– Но к тому времени я буду уже засушен!
Она засмеялась его шутке. Напряженность в разговоре постепенно пропадала, и Виктор действительно обратил внимание, что его руки вцепились в руль. Со стороны это выглядело, наверно, очень неестественно.
– А как я тебе? – Галя чуть склонила голову набок – так она делала когда-то, внимательно слушая собеседника.
– Просто блеск.
– Врешь? – В ее глазах все равно появились искорки удовольствия. Любой женщине нравится похвала.
– Нет.
– Что, никогда?
– Никогда.
– Вообще-то, ты раньше был таким. Не помню, чтобы обманывал. – Она посмотрела на него лукаво и переспросила: – Значит, говоришь, не постарела?
– С первого взгляда не заметно.
– А ты брось второй!
– Для этого нужно другое место и другие обстоятельства.
– В постели, что ли? – Она заливисто засмеялась, на этот раз, откинув голову назад. Ее шея оказалась открыта, и Виктор почувствовал, что на уровне инстинкта это означало полное доверие. Животное никогда не открывает горло чужаку.
Впрочем, слова Галины немного смутили его.
– Ну, почему сразу…
– Понятно. – Развивать эту тему она не стала. – Ты действительно стал другим, Виктор. Я иногда вспоминала тебя, особенно в последние годы. Любопытно было, чем ты занимаешься и о чем думаешь.
– И что предполагала?
– Ну, с твоими талантами пропасть трудно. Решила, что обосновался где-нибудь в большом городе, создал фирму и занимаешься бизнесом. Может, уже крупным, потому что в Сибири и нефть, и газ, и драгоценные камни. Угадала?