Чтение онлайн

– Ты в порядке? – спрашивает она, оставляя Мэлли играть самостоятельно, и опирается на прилавок, напротив Микки. – Ты выглядишь очень расстроенным последние пару недель.

– Черт, это так, – бормочет он и трет глаза. – Я, эх …тяжелый разрыв.

У него хриплый голос – это один из нескольких раз, когда он произносит “разрыв” вслух после того, как все случилось, и это нисколько не становится проще, нисколько не менее больно понимать, что это действительно то, через что он проходит. Ее лицо становится отвратительно понимающим на мгновение, и она наклоняется чуть ближе. Он надеется, что она не собирается попытаться обнять его или еще что-нибудь в том же духе.

Она не пытается обнять, но то, что она делает гораздо хуже. Она смотрит на него своими большими понимающими глазами – и в следующую секунду перегибается через прилавок и целует его.

– Что за на хуй! – кричит он, вскакивает со своего стула и, спотыкаясь, отпрыгивает от нее.

Она молчит и смотрит на него одну секунду, а потом начинает заливаться краской и прикрывает рот ладонью.

– О-о, дерьмо, – говорит она, кидает встревоженный взгляд на Мэлли, которая все так же играет позади прилавка.

– Это было абсолютно не вовремя, да? Ты только что прекратил одни отношения, и я твой босс и…

Микки понимает, с внезапным облегчением, что Джули не знает.

– Я думал, Линда сказала тебе, что я гей! – восклицает он, вспоминая ее слова при первой встрече: Линда рассказала ей его душещипательную историю, а, блядь, что это могла быть за история, если не про Йена? Но судя по тому, как брови Джули стремительно ползут вверх, а ее лицо мгновенно краснеет еще сильнее, он предполагает, что нет.

– Нет! – кричит она в ответ, по лицу пробегает невероятный ужас. – О Боже, она сказала мне, что ты был влюблен и вы расстались, и насчет твоей кошмарной семейки, и что ты растишь маленькую девочку, которой некуда больше деться, я просто подумала…

– Что ж, ты подумала неправильно, – резко обрывает он, но тут же ему становится стыдно. На самом деле, это не ее вина, в конце концов, по нему так сразу и не скажешь.

– Я просто, – повторяет она, пряча лицо в руках. – Я просто видела, как ты обращаешься с Мэлли, какой ты хороший отец, и ты начал мне нравиться, так, наверное.

– О, – говорит он. – Черт. Уф, я гей. Настоящий чертов гей. Так что – извини?

– Все в порядке, – она убирает руки от лица и жалобно смотрит на него. – Мне очень, очень жаль, что так получилось.

– Ладно, – отвечает он неловко, снова садится на стул, позади прилавка, с которого он подскочил, когда она поцеловала его.

– Так значит, человек, с которым ты расстался, парень? – поколебавшись, спрашивает она.

Вроде она в порядке – не переживает больше по поводу своего позора, после того как недоразумение разъяснилось.

– В точку, – а потом, потому что голова у него идет кругом, он растерян, все еще пытается осмыслить произошедшее и не совсем контролирует то, что говорит, добавляет: – Любовь всей моей блядской жизни.

– И он порвал с тобой? – спрашивает она с симпатией в глазах и выглядит при этом такой же убитой, каким он себя чувствует.

Он прочищает горло и смотрит вниз на ручку, лежащую на прилавке, поднимает ее и крутит в пальцах, просто чтобы чем-то занять руки.

– Не, черт, я – я порвал с ним.

Когда он произносит это вслух, признание звучит даже хуже, чем то, как он чувствует внутри. Джули явно думает так же – она молчит несколько секунд, и когда он, наконец, отрывает глаза от ручки, у нее отвисшая челюсть, а на лице что-то между растерянностью и ужасом. Несколько мгновений они просто смотрят друг на друга.

Затем она дает ему оплеуху.

– Что ж, это был пиздец какой глупый поступок! – говорит Джули с легкой улыбкой.

Микки не может сдержать смех – удивительно, но ему становится чуть-чуть полегче, впервые за последние дни.

– Нуу, черт, тем не менее у меня были причины.

– Унылое дерьмо, – парирует она тут же. – Любовь всей моей жизни – это не та фраза, которой разбрасываются направо и налево.

Микки смотрит на нее, широко открыв глаза.

– Возможно, – соглашается он наконец и снова смотрит на свои руки.

У него нет ни малейшего понятия о том, правильно ли он поступает, и от этого ему еще хуже. Гораздо хуже, чем он мог себе представить. Но он делает это для Мэлли, и сейчас трудно сказать, принесет ли ей это пользу в будущем. Он считал, что да. Он и теперь так считает, или… Бля. Он и понятия не имеет.

– Совершенно точно, – настаивает Джули. Она уже не такая красная, небольшое смущение в ее глазах уступило место ее обычной решительности. – Короче, что ты собираешься с этим делать?

***

По дороге домой Микки размышляет, какая у него чертовски ебанутая жизнь.

Мэлли не в настроении шалить, за что он благодарен ей как никогда. Они укладываются вместе на диване, Микки включает один из ее любимых мультиков, она устраивается у него на груди и смотрит. Вскоре девочка засыпает, а у Микки не поднимается рука, чтобы переложить ее. Он смотрит вниз на ее кудрявые волосы, на пухлые ручонки, вцепившиеся в его рубашку.

Иногда ему самому не верится, что он так сильно любит ее. Но сейчас он думает о том, что даже любовь к ней совсем не помогает ему скучать по Йену меньше.

========== Часть 24 ==========

Микки впервые идет к Мэнди в кафешку, поскольку с некоторых пор избегает ее квартиры. Не то чтобы раньше он сознательно не бывал у нее на работе, но туда надо добираться на автобусе, а Микки был вполне счастлив в своем маленьком уголке Филли, не слишком часто выбираясь в другие части города. Однако он скучает по своей сестре – они виделись всего несколько раз с тех пор, как он расстался с Йеном, потому что он не думает, что способен справиться с походом в их квартиру. Если не считать случаев, когда Мэнди приходила к нему, они общаются с помощью ехидных смс-ок, и иногда отправляют друг другу ссылки на видеоролики с котами на YouTube, что вполне нормально на пару недель, но прошел почти месяц, и Мэлли соскучилась по тете так же сильно, как и Микки.