Чтение онлайн

– Есть какие-нибудь мысли? – поинтересовался Дорофеев. Андрей кивнул.

– Пока могу сказать только одно. Дела об убийстве Сомова и гибели Ники должны находиться в одной папке.

– Цифирки подсказали? – проявив чудеса интеллекта, догадался Дорофеев.

– Да. Это банковский счет в Швейцарии. Из-за него и погиб Сомов.

– Хочешь сказать, что достаточно выяснить, чей это счет, и мы получим заказчика?

– Верно, – подтвердил Андрей, с удивлением взглянув на Дорофеева. Сегодня Ваня схватывал все на лету.

– Так какого черта мы тут базары разводим? – оживился тот и громко крикнул:

– Ануприенко, телефон Фараону! Срочно!

Прапорщик незамедлительно выполнил приказ. А за особое рвение в нагрузку получил еще один – сгонять за второй бутылкой. Когда Ануприенко вышел, Андрей снял трубку, однако звонить не стал.

– Кажется, с банком мы пролетаем, – вслух подумал он. – Швейцарский банк на том и стоит, что любая исходящая информация закрыта.

– Неужели все так безнадежно? – расстроился Дорофеев.

– Увы, я не Генеральный прокурор. Банкиры не пойдут мне навстречу.

– Ну Сомову же пошли, – возразил Дорофеев.

– Молодец, Ваня! – просиял Андрей. – Попробуем воспользоваться его каналом.

Дорофеев сокрушенно причмокнул.

– Жаль только, что факс у тебя в кабинете под стеклом лежит.

– Я его. наизусть помню, – успокоил его Андрей и позвонил в швейцарское отделение Интерпола.

Пока он на ломаном английском втолковывал швейцарцам, кто он, кого позвать и зачем звонит, Дорофеев нервно курил, внимательно наблюдая за его мимикой. На третьей минуте разговора Андрей вдруг как-то обмяк, и майор понял, что дело дрянь, Дождавшись, когда тот положит трубку, нетерпеливо спросил:

– Неужели послали?

– Хуже, – вздохнул Андрей. – Инспектор, с которым имел дело Сомов, погиб неделю назад в автомобильной катастрофе…

Сменщик Коростылева оказался человеком более непосредственным и практичным, чем его коллега. Заявившись поздно вечером с разбухшим от видеокассет и бутылок пакетом, он в мгновение ока превратил журнальный столик в некое подобие экспресс-бара, сунул кассету в видеомагнитофон и утонул в кресле. И хотя обремененный порядочным брюшком капитан с подходящей фамилией Груша особенно не донимал Андрея (спросил только, где взять стакан и тарелку для селедки), грохот выстрелов и скрип тормозов, доносившиеся из соседней комнаты, так его достали, что он готов был убить своего охранника. Останавливала лишь мысль о том, что прапорщику Ануприенко, вынужденному оставаться до утра, еще хуже. Когда головная боль стала нестерпимой, Андрей встал с кушетки и отправился на кухню поискать в холодильнике что-нибудь болеутоляющее.

Каково же было его удивление, когда, проходя мимо гостиной, он увидел Ануприенко и капитана Грушу играющими в карты, причем на деньги. Судя по раскрасневшимся лицам и матерщине, игра была в самом разгаре и, кажется, велась по-крупному. Они были настолько заняты картами, что даже не замечали, как надрывается стоявший на окне телефон. Кроме Андрея, трубку поднять было некому, и он поспешил к аппарату.

Заметив его. Груша дружелюбно полюбопытствовал:

– Что, не спится?

– Я возьму телефон, – ушел от ответа Андрей.

– Хорошо, только из квартиры не выходи. А то мне потом ввалят, – попросил Груша и вновь переключился на веер карт в своей руке.

Пробравшись сквозь клубы дыма к телефону, Андрей поднял трубку.

– Алло, – громко произнес он, стараясь перекричать доносившийся из телевизора грохот выстрелов.

– Фараон? – послышалось в трубке.

– Майор Корнилов, – уточнил Андрей. – Кто звонит?

– Не узнаешь?

– Только не надо играть со мной в кошки-мышки, – раздраженно буркнул Андрей и собирался было бросить трубку, но следующая небрежно оброненная фраза остановила его.

– Это Марк звонит. Брожу вот по Иерусалиму. Одиноко мне, тоска заела. Дай, думаю, позвоню Фараону. Родной все-таки. А то как-то нехорошо расстались.

Обижаешься, наверное…

– Подожди минутку, – перебил его Андрей и, подхватив телефон, вышел из гостиной.

– У тебя кто-то есть? – насторожился Марк.

– Подруга. Не хочу ее впутывать в свои дела, – соврал Андрей.

– Это правильно, – поддержал Марк. Пройдя на кухню и плотно закрыв за собой дверь, Андрей уже совершенно другим тоном проговорил:

– Послушай, Марк, ты ведь звонишь совсем не для того, чтобы рассказать, какая сейчас погода в Израиле.

– Молоток, соображаешь.

– Тогда не темни. Теперь паузу взял Марк.

– Пару дней назад мне голову чуть не снесли из дробовика, – наконец проговорил он. – Так что, сам понимаешь, за мной числится должок.

– Хочешь кого-то сдать? – догадался Андрей.

– Ну зачем ты так? – обиделся Марк. – Просто хочу помочь. Или тебя уже не интересует, кто всех заказал?

– Интересует. А где гарантии, что ты назовешь именно того человека?

– Извини, на суде выступать не собираюсь, – насмешливо ответил Марк. – У меня идея получше. Запоминай. Москомбанк. Третий корпус, пятый отсек.

– Что там?

– Все, что тебе нужно. Не знаю, обрадуешься ты или нет, когда получишь, но качество гарантирую.

– Это все?

– Да.

– Ты за кого меня принимаешь? – вспылил Андрей. – Прекрасно знаешь: без ключа я не смогу вскрыть ячейку.

– Верно. Как и без номера этой самой ячейки, – согласился Марк. – Ключ я оставил на березке. Для тебя специально. С развилкой такая березка. Ну, ты знаешь, отдыхал там пару ночей назад. А номер на ключе. Теперь, кажется, все.

Осталось только удачи пожелать.

Услышав в трубке едва уловимый гул и шум голосов, Андрей уточнил:

– Слушай, а ты часом не из аэропорта звонишь?

– Вообще-то да, – растерялся Марк. – А ты как догадался?

– Посадка на твой самолет уже объявлена?

– Возможно. А что?

Почувствовав, что Марк слегка струхнул, Андрей злорадно усмехнулся:

– Да так. Все гадаю, с чего бы это ты первым делом в Иерусалим подался…

Внезапно шнур от телефона натянулся струной. Андрей едва удержал аппарат в руках. Так же неожиданно провод вновь лег на пол. А вслед за этим из-за двери послышалась матерщина в исполнении Груши.