Менялы
Шрифт:
— Ох, черт подери! — сказал он с восторгом. — Вот это голова! Ай да умница!..
Марго сказала, что для полного успеха им потребуется много народа, по крайней мере, тысяча человек. И то для начала. Дальше — больше.
— И надолго? — спросил кто-то.
— Ну, скажем, на неделю, — ответила Марго. — В банковской неделе — пять дней. Если не уложимся, будем продолжать, но, откровенно говоря, я не думаю, что нам это понадобится. И еще: каждый участник должен точно знать свое место.
— Можете рассчитывать на меня! — сказал Сэт Оринда.
— И на меня! И на меня, — раздались голоса.
Бас Дикона Юфрэйтиса перекрыл хор голосов:
— А у меня времени хоть отбавляй. Да я отпуск свой недельный потрачу на это дело, а надо будет, и другую неделю возьму!
— Отлично, — сказала Марго решительным тоном. — Теперь мы детально разработаем основной план и будем оповещать всех прочих… Но помните: секрет — залог победы!..
Через полчаса участники собрания стали расходиться радостные и взволнованные, не то что в начале вечера…
По просьбе Марго Сэт Оринда задержался.
— Сэт, на вашу помощь я очень рассчитываю. Она мне особенно нужна.
— Вы же знаете, мисс Бреккен, что ваше слово для меня — закон. И когда дойдет до дела, кто-кто, а уж я-то не сдрейфлю…
— Так вот, — продолжала Марго, — обычно я всегда нахожусь на передовой…. Так сказать, на линии огня…
— Это я знаю, — сказал учитель.
— Но на этот раз я должна остаться в тени. Понимаете, я бы очень не хотела, чтобы мое имя попало на страницы печати или, не дай бог, на экраны телевидения. Если это случится, я поставлю в неловкое положение двух моих очень близких друзей, которые работают в банке. А мне бы не хотелось подложить им свинью…
Оринда понимающе кивнул:
— Как вы скажете, так и будет!
— Моя просьба заключается в следующем. Я бы хотела, чтобы вы взяли все на себя. А меня вы всегда найдете, если я понадоблюсь. Хотя я надеюсь, что до этого дело не дойдет…
Марго не была новичком в политической борьбе. За ее спиной был опыт студенческих манифестаций и демонстраций протеста против войны во Вьетнаме. Год назад она блистательно выиграла стачку против аэропортовских властей. Они платили мизерную зарплату швейцарам и уборщикам в туалетах. Профсоюзные руководители питались подачками администрации и палец о палец не хотели ударить, чтобы поддержать несколько сот рабочих аэропорта в их борьбе за повышение заработной платы. Отчаявшись, те обратились к Марго за помощью.
Марго решила, что воззвание к совести патронета не даст никаких результатов. Единственный выход, по ее мнению, был в том, чтобы поставить руководителей аэропорта в смешное и унизительное положение. Но как? Разрабатывая свой план, Марго изучила деятельность этого огромного, шумного агломерата в ночное время. Оказалось, что после вечерних рейсов (на которых подавались ужин и напитки), сразу же по прилету многие пассажиры направлялись в туалеты. Так создавалась резкая перегруженность этих полезных учреждений на протяжении нескольких часов.
В следующую пятницу, вечером, когда расписание было особенно напряженным, несколько сот добровольцев, в основном уборщики и швейцары, пришли в аэропорт и приступили к действиям под руководством Марго. Указания, которые она им давала, никак не шли вразрез с существующим законодательством. Задача была крайне проста: в течение вечера занимать все места общественного пользования. Что они и сделали. Отправились к заранее распределенным участкам, заплатили по десять центов и устроились поудобней, захватив чтиво, портативные приемники и даже бутерброды. Женщины принесли вязанье. Это был редчайший образец так называемой сидячей забастовки, «сит-ин».
В мужских туалетах добровольцы становились в очередь к открытым санитарным точкам и отходили от них как бы нехотя, простояв уйму времени. Если в очередь вклинивался обычный пассажир, то ему грозила перспектива бесплодного часового стояния. Им объясняли, что происходит и почему выстроились такие очереди. Аэропорт превратился в гудящий улей, набитый отчаявшимися пассажирами. Они бежали жаловаться менеджерам аэролиний, а те, в свою очередь, выражали свое негодование дирекции аэропорта. Зеваки же толпились у туалетов и хохотали до слез, глядя на страждущих.
Событие тут же стало достоянием телевидения, радио и газет, не без заблаговременной подсказки Марго. Репортеры прибыли на место действия и сочиняли пламенные репортажи, которые перекочевали из Соединенных Штатов в прессу всего света. «Иоганнесбургская звезда», лондонский «Таймс», кто только не посвятил этому пикантному событию видное место!.. Короче, аэропортовские власти стали вселенским посмешищем. Немудрено, что во многих сообщениях упоминалось имя Марго Бреккен и давалось понять, что швейцары и уборщики собираются продолжать сражение, не меняя своей тактики.
Как и рассчитывала Марго, смех оказался сильнейшим союзником. После окончательно испорченных субботы и воскресенья, администрация сдалась и вступила в переговоры с рабочими. Последовало не только повышение заработной платы, но было также распущено руководство профсоюза и избрано новое…
•
Зрелище было настолько необычным, что один из сотрудников позвонил Эдвине:
— Миссис Дорси, вы к окнам сегодня не подходили?
— Нет, — ответила Эдвина. — А что?
На часах было без шести девять.
— Видите ли, — продолжал сотрудник, — я подумал, что вдруг вам это будет интересно. Лично я такой очереди еще никогда не видел!
Эдвина подошла к окну и выглянула на улицу. То, что она увидела, потрясло ее.
Огромная очередь вытянулась от центрального входа вдоль всего здания, и конца ее не было видно. Несомненно, эти люди ждали открытия банка.
— Что бы все это могло значить? — озадаченно проговорила она.
— К ним выходили, — продолжал сотрудник. — Говорят, что очередь идет через площадь и тянется до соседней улицы, к ней пристраиваются и пристраиваются!