Чтение онлайн

— Я сказала, как я взволнована, мессир Аршамбо. Не я сожалею, что наши друзья Рокморели поспешили призвать вас к оружию. Прежде чем принимать суровые и непоправимые меры, использовать оружие: шпагу, копье и топор, я думаю, надо исчерпать все другие безопасные пути. Я имею в виду уговоры, терпение и молитву…

— В день, когда Монсальви прислушается к подобным аргументам, я отдам голову на отсечение! — воскликнул Гонтран де Фабрефор, неразлучный товарищ Рокморелей, постоянный участник попоек, драк и других подобных занятий. — Будет прав тот, кто оружием вдолбит ему в голову просветление.

— Он будет прав, но тогда мой муж будет мертв, а я не хочу этого! — сухо возразила Катрин. — Поймите же, что, призывая к здравому смыслу, я хочу избежать всеобщего непонимания. Мессир Арно, мой супруг, никогда не простит вам союза со мной. Вы — его друзья по оружию, а я — чужестранка, хотя и Ставшая его женой.

— Пусть это так, но ваш сын, он-то — не чужестранец, — прервал ее де Ладиняк, старый сеньор с седыми волосами и профилем, как у хищной птицы. — Его отец забывается, приведя с собой на наши земли разбойников Беро д'Апшье, которые еще вчера здесь грабили. Простите мне мои слова, госпожа Катрин, но женщина, которую он привез, нас не интересует. Каждый волен иметь одну или несколько любовниц, мало найдется господских домов, где бы не было незаконнорожденных детей. Но, пригласив к себе заклятых врагов города, Монсальви порывает феодальный договор, и его вассалы вправе его урезонить. Если они не в состоянии это сделать, то мы, его друзья, напомним ему о долге.

— Тогда пойдите к нему все вместе, как сейчас, и скажите то, что только что сказали мне.

— Некоторые из тех, кто сражался с ним под Парижем: Амори де Рокморель, Фабрефор, Ля Рок, уже сделали это. Но он их не стал слушать.

— Монсальви недвусмысленно заявил нам, чтобы мы не вмешивались не в свои дела, — вздохнул Ля Рок, — что только в этом случае мы сохраним добрые отношения. Мы были бесправны, а аббат Бернар находился в беспомощном состоянии. Но теперь вы здесь и обладаете по закону всеми правами сына.

— Возможно. Но я не хочу настраивать сына против отца. По крайней мере, не сейчас. Нельзя ли немного подождать?

— Подождать чего? — горько возразил до сих пор не проронивший ни слова Жан де Меале. — Чтобы Арно узнал о вашем присутствии здесь, а это, поверьте мне, случится скоро. Он со всей бандой нападет на Рокморель, разорит его, захватит вас и убьет.

— Даже если так и случится, он не убьет своего сына.

— Если позволите, — вмешалась мадам Матильда, — я не думаю, что он прав, говоря так о Рокмореле. Замок стар, это верно, но бывало и не такое, и, благодаря Богу, он еще крепок. Эта банда разбойников обломает на нем зубы. Конечно, Монсальви скоро узнает, где находится его жена, если он уже этого не знает. Но я не советую ему за ней приходить сюда.

— Хорошо! — язвительно продолжал Меале. — Что же в таком случае будем делать?

— Я предлагаю подождать, — сказала Катрин. — Я хочу испробовать все пути к примирению. Почему бы не призвать на помощь графа де Пардьяка? Если кто-то способен вразумить моего супруга, так это, конечно, он!

— Об этом мы тоже уже думали, — вздохнул Рено. — Но чтобы найти Бернара-младшего, надо теперь скакать эа хвостом королевского коня.

— Король сражается. Вполне естественно, что он рядом с ним, но он непременно вернется осенью, чтобы провести ненастное время в Карлате рядом с графиней Элеонорой и детьми.

— Нет, он не вернется на зиму в Овернь. Бернара-младшшего назначили опекуном монсеньора дофина Луи. Он оставит своего ученика лишь по достижении им совершенолетия. Госпожа Катрин, может быть, вы хотите ждать годы.

Сердце Катрин сжалось. Неужелили ей снова надо пускаться в дорогу, вернуться к Луаре и просить помощи у старого могущественного друга. Опять просить, умолять. А что сможет Бернар д'Арманьяк? Он же не приедет в Монсальви, прихватив с собой королевского наследника.

— Ладно! Остается еще одна козырная карта. Я поеду к аббату Бернару. Мне надо увидеть его и поговорить с ним. Сен-Лоран д'О не так уж далеко. Что о нем слышно?

— Он медленно поправлялся, к сожалению, очень медленно, — сказал Фабрефор. — Мой кузен д'Эстэн, которого я встретил в Кюрийэр на прошлой неделе на свадьбе дочери Раймона де Момиатона, видел его три или четыре дня до того. Он еще не встает и не скоро сможет отправиться в путь. Если бы Ло была судоходна!

— Даже если аббат в постели, он выслушает меня. Он всегда был для меня одним из самых лучших друзей, верным советчиком, — сказала Катрин. — А этого я и хочу — его совета! Я буду действовать так, как он скажет. Если он скажет наступать, я перейду в наступление, но только если он мне это скажет! Я выеду завтра.

— Лишь одна загвоздка, — заметил Рено, откинувшись в кресле. — Вы не сможете пройти. Чтобы попасть в Сен-Лоран, надо ехать по лощине или делать огромный крюк. Монсальви все же нашел несколько союзников: эти бездельники из Вьейви держат реку под прицелом, а всем известно, как легко охранять этот переход. Они слышали о вашем приезде и не пропустят вас. Они вас знают!

— Но меня-то они не знают, — вмешался Готье. — Госпоже Катрин не следует отправляться в дальний путь и подвергать себя лишний раз опасности. Пусть она, даст мне письмо для аббата, а я привезу ответ. Для этого и нужен конюх.

— Вы совсем не знаете местность, — сказал Рено.

— Но ты ведь не скажешь, что я не знаю ее, — вмешался Беранже. — Я буду его проводником и, уж поверь мне, Готье, я помогу тебе пройти через укрепление Вьейви.

Катрин едва сдержала улыбку. В долине Ло осталась любовь пажа. Сколько раз в прошлом году он исчезал из Монсальви, перебирался через реку, чтобы поболтать со своей прелестной кузиной Одеттой де Монтарналь? Это была трудная любовь, сопряженная с большой опасностью, поскольку она была запретной. Монтарналь и Вьейви — было одно и то же, старшие братья как следует, проучили бы младшего, если бы прознали, чей образ он хранит в сердце.

Беранже и вправду прекрасно знал долину, броды и переправы и послужил бы Готье проводником. Но сможет ли он устоять от искушения повидать Одетту, особенно теперь, когда он постепенно становится мужчиной? Катрин не посмела запретить ему это, но посоветовала быть крайне осторожным; письмо должно дойти до аббата Бернара.

Пир, который последовал за собранием, не отличался буйным весельем. Большинство участников было явно разочаровано, обещанный радостный праздник откладывался на неопределенное время. Оба Рокмореля не скрывали разочарования.