Мерило истины
Шрифт:
Дрон не дал ему закончить, искусственно рассмеявшись:
— Забудь об этом! Вообще не вспоминай! Сам ведь понимаешь, кто тут постарался…
— Деды, суки! — с чувством проговорил Бухарин. — Ты ж, Гуманоид, им поперек горла стоял, вот они и расстарались. Ничего, что я Гуманоидом тебя назвал, не обижаешься?
— Нет.
— Не, мы тоже, конечно, виноваты, — продолжал улыбаться Дрон. — Повелись, как котята. Но ты не думай, никто тебя по-настоящему стукачом не считал. Просто против старших выступать не с руки было.
— Ну, теперь они, сволочи, умоются, — возбужденно добавил Петух. — Как ты чечена загасил, они моментом смирные стали. Сегодня утром Гусь мне пенделя хотел отвесить, одевался я, по его мнению, медленно, а Андрюха ему руку на плечо положил и сурово так говорит: «ну-ка, отвали, козел, от пацана!» Гусь сначала повыпендривался, хотел подтянуть своих, а никто его поддерживать не стал. Все! Кончилась их власть! Теперь жизнь кайфовая пойдет: пахать столько, сколько положено, зарплату никому не отдавать, и на зарядке не загибаться. Кстати, зарплата сегодня, пацаны! — припомнил Петух и радостно оглядел сослуживцев. — И вся нам пойдет, да!
— Короче, братан, — подытожил Бухарин. — Ты на нас обиду не держи. Да, виноваты, признаем. Но с кем не бывает? Ну, как? Мир?
— Как ты, Гуманоид, говорил, так все и должно быть, — добавил Петух. — Если мы пашем, то пусть и дедушки с нами вместе пашут. А не пинают балду… Мы Кинжагалиеву такое условие и поставили.
Олег, легко отодвинув с дороги Дрона, подошел к валявшейся на земле лопате, поднял ее, прикинул в руках.
— Не-не-не, Гуманоид! — поспешно проговорил Петух. — Ты чего? Ты ж сам нас разжег, а теперь…
Олег посмотрел на него.
— Я не имел целью облегчить вам жизнь, — сказал он.
— Как это? — не понял Дрон. — А что тогда?.. Слышь, Гуманоид, мы тут с пацанами перетерли, и вот к чему пришли: сейчас мы старшаков на место поставили, так? Дергаться они не будут. А следующим этапом вот что сделаем — пусть они, гады, за нас впахивают, а? То есть, перевернем все! Вот это прикол, братва! Будет, что на гражданке рассказывать!
Новобранцы это объявление встретили взрывом хохота, рассыпавшегося репликами:
— А что они нам сделают? Мансура с ними больше нет!
— А у нас — Гуманоид!..
— Пусть только рыпнутся — враз под плац закатаем!..
— Все припомню!..
— Киса, тварь, у меня поотжимается! Он у меня худой будет!
— А Мазура надо на дальняк поставить — пусть до дембеля драит!..
— Ну, хватит! — проговорил Олег, и гомон тотчас смолк. — Извольте взять инструменты и начинайте работу.
С лопатой в руках он двинулся к Двухе, растерянно замершему у турника. Парни не спешили последовать примеру Трегрея. Они обернулись к Дрону, ожидая указаний к действию от него.
— Чего это он, а? — негромко вопросил Петухов. — Андрюх, чего он?
Дрон сделал ему знак: мол, погоди… И устремился за Олегом:
— Ты чего, еще обижаешься, что ли? Сказано тебе, все непонятки в прошлом. Брось лопату, хватит кобениться. Ты за всех за нас ответ держал, а мы не поняли вначале. Думали, понты колотишь. Гуманоид, братан, хорош тебе!..
— Прости-и нас, Леопольд, — дурашливо протянул Шапкин, не дослушав. Его сразу же поддержали в несколько голосов:
— Прости, Леопольдушка!
— Ух, ты! — вдруг воскликнул Командор.
Все обернулись к нему. Но оказалось, что восклицание рядового Каверина относилось вовсе не к происходящему. А к тому, что он увидел на экране своего телефона.
— Ничего себе!.. — протянул Командор и, покачав головой, причмокнул. Кое-кто подошел к Командору, выяснить, что же он там такое смотрит.
Каверин выдернул наушники, прибавил звук.
— Реально крутое видео! — оценил один из новобранцев, окруживших Командора.
— А что там, что? — заинтересовались и остальные.
Олег с лопатой в руках подошел к Двухе. Дрон остановился в нескольких шагах от них. Он явно не знал, что ему делать дальше.
— Подкопать надобно вперво, — сказал Трегрей Игорю. — Тогда пойдет…
Двуха молчал в великом изумлении. Судя по его виду, он, придавленный своим положением, не могущий ни от кого ждать поддержки, все никак не мог поверить в происходящее.
— Ты… мне говоришь? — тихо переспросил он.
— Ты меня слушаешь ли? — в тон ему сказал Трегрей. — Я говорю, надобно подкопать…
Лопоухая физиономия Игоря залоснилась улыбкой.
— Ща подкопаем! — оживился он. — Ща мы быстро…
— Гуманоид! — позвал Дрон. — Да что с тобой? Оставь ты этого шестерку! Давай-ка, отойдем, перетрем…
— Изволь взять инструмент и начинай работать, — не оборачиваясь, сказал ему Трегрей.
— Сам шестерка, понял? — оскалился на Поморова Двуха.
Рядовой Поморов, кажется, окончательно растерялся. Контроль над ситуацией выскользнул из его рук. Олег больше не обращал на него внимания, а большинство парней обступили теперь Командора.
— Во, зацени, прямо настоящий штурм! — гомонили они, толкаясь лбами, чтобы получше рассмотреть видеоролик на экране телефона.
— Глянь, четверо ОМОНовцев с ним справиться не могут, с одним!
— О, махач! Махач!
— Как он ему вломил… кровища…
— Сейчас самое интересное будет, — предупредил Командор, который, вероятно, уже посмотрел раз видео до конца. — Сейчас, сейчас… Шаровая молния, смотрите!
— Ого-го!
— А бабулька-то гикнулась, кажись, не выдержала…