Чтение онлайн

И постепенно скрылся.

Слезы застилали ее глаза. Возможно, в глубине души она понимала, что могла прожить счастливую жизнь с тем, кого не любит, но кто никогда бы её не обидел. Он даже сейчас пришёл на помощь, в момент, когда она сама опустила руки. Он презирал ее за выбор, который она сделала, однако даже помыслить не мог о том, что она обманула его.

Молодая девушка, сломавшая свою жизнь собственными руками, собиралась сделать то же самое с дочерью. Марго ждал прекрасный эльфийской король, что сватался к ней несколько лет. А вот девочке-бастарду при дворе будет несладко.

Пускай и не простит маленькая Алиса участи брошенного ребёнка, но она будет счастлива в отличие от женщины, что ее родила.

Я снова влипла.

Темно-синие хорошо отремонтированные стены никак не могли ассоциироваться в моей голове с муниципальным зданием. Зато жесткое старое кресло не подкачало. Поерзав в очередной раз, я соскользнула, скатившись ещё ниже по деревянноу сиденью, обитому кожзамом.

Часы времён моей прабабушки пробили четыре утра. Или ночи, тут с какой стороны посмотреть.

Гул ещё минут пять отдавался в тяжелой голове, напоминая о двух сутках без сна. Ничего, приеду в Дом и, наконец, отосплюсь. До этого, конечно, выслушаю чёртову кучу нотаций о собственной глупости и удивительном терпении директора.

Если смотреть правде в глаза, то я ангел небесный по сравнению с любой бандой, которые вечно ошиваются в районе "Надежды". И если упустить тот момент, что в половине я состою сама.

— Имя, фамилия, отчество, — спрашивает молодой парень в форме полицейского.

Ммм… новенький. Ну, ничего, с моим везением я часто буду попадать сюда. Ещё познакомимся.

Я не была беспризорницей или кем похуже. Скорее уж вечно влипающей в неприятности девушкой из детдома. Вот и сейчас была такая ситуация.

— Астафьева Алиса Александровна. Четвертое февраля две тысячи четвёртый год, — привычно ответила я, пытаясь закутаться в куртку, которую из жалости выдали мне по приезду.

А я и вправду выглядела жалко. Чего только стоили джинсы с протертыми коленями и розовые волосы с отросшими тёмными корнями. И все это жутко дисгармонировало с длинными ногтями с идеальным маникюром. Ну не планировала я выход в люди! Меня вообще насильно схватили, вынесли из спальни, затолкали в машину и увезли "веселиться" в местный клуб. Сижу вот, веселюсь.

— Белка, опять ты? — в кабинет вошёл уже знакомый дядька в синей рубашке.

Я тут же сажусь ровнее и расплываюсь в улыбке, все ещё заворачиваясь в куртку. Чего у них здесь так холодно? Ноябрь на улице, а у них отопления нет! Застучала зубами, потеряв контроль над собственным телом от холода.

— Дядь Миш, отпустите по старой дружбе, а? — состроила самую виноватую моську и посмотрела на мужчину с мольбой.

Участковый прошёл от входа к своему столу, шлёпнув какими-то бумагами по государственному имуществу, и сел на противно скрипнувший стул. Интересно, на покраску стен бюджет выделили, а на мебель, чуть ли не разваливающуюся под весом не самых худых мужчин, не смогли. Сколько лет сюда попадаю, а изменений почти не застаю.

— В чем ты на это раз не виновата, а, Белка? — спрашивает участковый, даже не обратив внимания на мои мольбы.

Не помню почему, но он называл меня только по кличке. Услышал же где-то, и привязалось. Может, так ему было легче со мной контактировать? Я ведь несовершеннолетний подросток с девиантным поведением и кучей приводов. Да меня уже в детскую комнату милиции перестали увозить! И сейчас спросят что-то для протокола и отвезут в "Надежду", подарив директору право выбора наказания. Я была не против, так даже легче, не придётся чувствовать себя ошибкой природы перед доброй женщиной, которая занимается постановкой на учёт.

— Драка, — я пожала плечами и посмотрела на грязевые подтеки на полу, которые оставила заляпанными сапогами.

Неприятно. Не люблю мусорить, тем более разводить грязь. От этого самой себе кажешься грязной и неприятной. Меня передернуло, но скорее от холодного сквозняка из окна.

— Паспорта с собой не было, — сказал молодой стажёр и продолжил печатать отчёт на ноутбуке.

Михаил Семёнович пробурчал что-то вроде "Откуда он у нее?" и снова залип в бумажки.

Интересно, где там Барсик пропадает? Меня скрутили ровно за пять минут до его возвращения из туалета. Всё что я успела — пронаблюдать за потеряной моськой из окна удалающегося бобика. Хотя, если смотреть объективно на всю ситуацию, то виноватым был именно он. Из комнаты утащил сопротивляющуюся меня он, привез в этот чертов клуб он, и получила я из-за ревности его бывшей зазнобы.

— Чего ты в «Жаре» забыла? — поинтересовался Дядь Миша, — там же одни наркоши.

Кивнула, подтверждая его последнюю фразу. И тут же скривилась, вспоминая то, что видела у бара. Куча людей, продающие и покупающие таблетки, и я, танцующая под заводную мелодию. Никогда не пробовала наркотики. Не понимаю людей, которые сознательно подсаживают свой организм на медленную смерть. Это глупо и недальновидно. Но алкоголь пью. Противоречивая я личность.

— Барислав танцевать привёл, — пробурчала я, вспоминая собственного парня самыми последними словами.

Чаще всего в участок я попадала из-за него и собственной тормознутости. Или везучести. По какой-то малопонятной причине ловили меня первой. Как ни крути, но это оставалось одной из самых загадочных закономерностей моей жизни.

Вот и сейчас, поймали меня и ту женщину, которая пыталась втянуть меня в драку, потому как она безумно любила Барсика. К моему счастью никто не пострадал, но было обидно. Неадекватную и пьяную вдрызг куклу увёз тут же прискакавший знакомый, а шестнадцатилетнюю меня без документов и, кажется, мозгов оставили до выяснения обстоятельств. Не честно, как по мне, потому как инициатором была она. А я просто розоволосое нечто в поношенной одежде, которое априори выглядело виноватой. М-да.

— Поехали, отвезу тебя в "Надежду", — встал участковый, и комната огласилась новым мученическим криком стула.

Я радостно кивнула, вскочила на ноги и с сожалением стянула с плеч тёплую куртку. Протянула ее стажеру, который рассматривал меня как барби, которую маленькая девочка подстригла и покрасила. Красочное и чертовски точное сравнение.

— Оставь, — смутился парень под моим обрадованным взглядом.

Мерзнуть не хотелось от слова «совсем». Так что я благодарно улыбнулась ему и пошла на выход.