Чтение онлайн

Шум, удар воздуха, оглушающий взрыв ломающегося фарфора контузили и ранили его, выкинули его кубарем на равнину яркой материи, бесстыдно выпихнули его на открытое пространство.

Его плащ претерпел чудесные цветовые изменения, стремительно адаптируясь к рисунку скатерти, когда он растянулся плашмя.

В вихре воздуха нож поднялся и свистящий, чудовищный, парализующий, вновь понесся вниз.

Стэд наудачу метнулся по скатерти.

Стремительно убегая, он чувствовал, и слышал, как нож еще три раза опускался вниз с тошнотворным звуком, прежде чем он в своем полуслепом бегстве не ощутил перед собой пустоту и бросился вниз головой в воздух.

Пол внизу, должно быть, был очень далеко, но сейчас он несся на него с устрашающей скоростью. Его нервные пальцы нащупали переключатель антиграва и включили его. Его безумный спуск внезапно прекратился. Он секунду поколебался в поисках безопасного убежища.

С ревом, на убийственной скорости, нож прорезал воздух там, где он должен был упасть. Стэд почувствовал, что переворачивается несколько раз через голову; он включил антиграв и начал подниматься на нем, стремительно возносясь вверх, все выше и выше, удаляясь вверх от от этого призрачно блестящего зловещего ножа.

Только когда голова его успокаивающе ударилась о потолок, он был удовлетворен. Он посмотрел вниз. Головокружение теперь прошло. Демон тяжеловесно двигался. Он делал что-то с деревянной конструкцией, в которой Стэд с высоты узнал стул. Демон взбирался на стул. Он поднял две ноги, затем еще две. Демон покачивался, его круглое одутловатое лицо было поднято вверх, нож был вытянут вверх, как металлическая рука. У Демона было четыре руки, четыре глаза, два из которых, маленькие и тусклые, были наполовину скрыты. Но остальные два не мигая смотрели вверх. Стэд начал продвигаться вдоль потолка, направляясь к дальней стене.

Демон не мог дотянуться до него. Он продолжал вытягиваться и размахивать ножом. Затем он спустился вниз, по комнате волнами прокатился грохот. Стэд достиг теперь угла и понял, почему свет не беспокоил его. Его источник на середине потолка здесь вверху был прикрыт от него.

Вспомнив, наконец, о своих темных очках, он неуклюже надел их. Сила его страха в последние несколько моментов ужасных открытий парализовала его собственные инстинкты Форейджера и, в общем-то, в этом не было ничего удивительного.

Он не мог смотреть на Демона.

Яростный, неистовый, ревущий, он метался как видение из ночного кошмара, появившееся днем, и Стэд наблюдал это краем глаза. В темных очках он различил буфет, где он работал, добывая пищу. Ему нужно пробраться назад туда. Но Демон жаждал его крови; Стэд начал припоминать некоторые из наиболее страшных историй, рассказывавшихся старыми Форейджерами, и его страх увеличился.

Демон начал кидать в него вещи. Сначала от них было достаточно легко увернуться — чудовищная книга, страницы которой шелестели хлопали с убийственными намерениями, нож, блестящая зазубренная вилка, дребезжащая ярко раскрашенная коробка — и все это падало назад, вниз огромной кучей на пол.

Голос, пронзительный человеческий голос, сквозь огромное расстояние донесся откуда-то снизу:

— Стэд! Сюда вниз! Быстрей!

Маленькая фигура Ханей появилась на самом краю буфетной полки, она размахивала руками, и ее шелковистые черные волосы блестели под этим невыносимо ярким светом.

При виде ее странная невыносимая боль пронзила грудь Стэда, как будто его страхи за себя раздулись, как шар, и опутали его сердце и дыхание страхами за Ханей. Если только Демон увидит ее!

Стэд упал прямо вниз. Он спикировал стремительно, как одна из тех длинных зазубренных стрел Йобов. Его маскировочный плащ плотно прилегал к нему, развеваясь под напором его яростного спуска. Через несколько секунд он опустился на полку. Его ноги болезненно ударились о покрытое бумагой дерево, но из-за страха он едва заметил удар от приземления.

— Пошли! — крикнула Ханей и схватила его своими тонкими пальцами.

Она затащила его внутрь, когда железное лезвие ударило по полке, подняв жгучее облако пыли. Дерево под ним задрожало, сбив их с ног. Нож поднялся, блеснул и повернулся, чтобы снова плашмя ударить по ним.

Спотыкаясь о разбросанные крошки пищи, отвалившиеся от продуктовых гор, прячась в тени этих высоких, блестящих металлических колонн, преодолевая препятствия, двое людей бежали от ярости и неистовства Демона. Они бежали, держась за руки, и это давало им обоим тепло и поддержку.

Еще дважды это жестокое, нацеленное на них лезвие втыкалось в пол позади них; еще дважды мощная звуковая волна била их барабанные перепонки; еще дважды ударная волна швыряла их вперед. Затем Вэнс схватил Стэда за руку и яростной силой стащил его вниз через щель под стеной. Ханей протолкнулась за ним.

— Ты полный, абсолютный идиот! Тебя раздавить мало! — Торбурн весь бушевал, он чуть не потерял человека. Ему было бы жаль человека, но еще более жаль самого себя, когда ему пришлось бы докладывать Контролеру Уилкинсу.

— Теперь с этим источником пока покончено, — проворчал Старый Хроник с присвистом.

— А это вряд ли понравится Контролеру Уилкинсу, — Джулия бросила на Стэда взгляд, заставивший его сжаться.

Что касается Стэда, он шел, спотыкаясь, среди своих товарищей, его всего трясло, в голове у него шумело, череп раскалывался от боли, все тело покалывали тысячи иголочек недавнего страха. Он сжал кулаки так плотно, что ногти впились в ладони, но он не мог отделаться от впечатлений этой кошмарной встречи.

Демоны были реальностью!

Демоны существовали.

Они не были призраками, созданиями темных глубин воображения. Они жили, дышали и населяли Внешний мир, поджидая случая, чтобы покалечить или убить любого человека, достаточно неосмотрительного, чтобы рискнуть выйти туда.

«Ради всех Демонов Внешнего мира» — не удивительно, что для Форейджеров это никогда не было проклятием. Они жили слишком близко к действительности, к самому их существованию, чтобы говорить эти слова так легко и бездумно.