Миротворец
Шрифт:
Я провела по бусам рукой. Длинные какие… Бусины все разного размера, где-то вообще треснутые или с отколовшимися кусочками, а камни… были редкие, были даже драгоценные, были опасные — казалось, подобраны безо всякой системы, но никаких отрицательных ощущений это не вызывало. Я решительно накинула бусы себе на шею, пришлось замотать несколько раз, чтоб не свисали низко. Камни холодили шею под рубашкой.
— Рискуешь, — заметила Кларисса.
Удивила. Но, как говорит мой дорогой учитель: «Зовущий без риска, что комар без писка» — в смысле, раздражает и кусается, но уже можно спать спокойно.
— Ладно, смотрим дальше, — Кларисса подняла перчатку и присвистнула. — Ужас какой. Ее срочно надо чистить. Раствор намешать или сама ототрешь?
— Мешай уж.
Кларисса четкими, отточенными движениями отмерила в небольшой котелок два стакана жидкости из бутыли на полке, добавила какого-то масла, потом плеснула туда же чего-то, откровенно воняющего брагой, капнула по очереди из двух флаконов темного стекла и попросила подогреть. Я величавым жестом правой руки зажгла под котелком такой факел, что Кларисса испуганно ойкнула и на правах старшей влепила мне подзатыльник. Зря — ничего страшного не произошло, а перчатку, опущенную в раствор на пару минут, было просто не узнать.
— А русалки-то явно знали, что подарить… — заметила Кларисса, разглядывая ее. — Наверное, с утопленника сняли.
— Наверное, — согласилась я, ничуть не переживая по этому поводу.
У перчатки, состоящей из маленьких пластин-чешуек, подвижно скрепленных между собой, отсутствовали детали на кончиках пальцев. Подобные носили Хозяева во времена Магических Столкновений, как Йоргус рассказывал. Когти выпускать удобно. Да, неплохо, трехсотлетняя перчатка и двухвековой «лепесток». Ох, неспроста! Чувствую, русалки были не прочь мне и что-нибудь посущественнее притащить, например, полный комплект доспехов… Я вспомнила сцену в гномьей оружейной и ужаснулась.
Вдруг запахло дешевой старой брагой… Все бы ничего, если б не постепенно примешивающиеся другие ароматы… Я вдохнула и на глаза навернулись слезы.
— Что за гадость? — зажимая нос, спросила я.
Кларисса засмеялась и пожала плечами.
— Сейчас еще сильнее будет. Нечего огнем так швыряться, масло духовицы пригорело. Беги лучше, я-то привыкла.
Я издала невнятный звук и бросилась к дверям.
— Подожди! — еще сильнее развеселилась Кларисса, выбегая за мной. — Вещи забыла, ведьмочка!
— Чтоб я еще раз к вашему брату обратилась… — я судорожно глотнула свежего воздуха.
— Браслетик, кстати, тоже неплохой, от глаза дурного сбережет, лихо предупредит, — сказала гадалка, я пожала плечами и застегнула оберег на правом запястье. И на том спасибо, хотя такие штуки мне как-то не по статусу…
— Ну, прощай, Зовущая…
— До свиданья, бабушка! — я уже развернулась, как Кларисса схватила меня за рукав.
— Ответь только, — она настороженно заглянула мне в глаза, — почему ты меня бабушкой зовешь?
— А, извини, снова забылась…
— Так почему?
— По глазам видно, — призналась я. — Лицо лет на тридцать, красивое, а глаза всегда выдадут. У тебя дриады, наверное, в роду были.
— Мать, — кивнула Кларисса и усмехнулась. — Красота не увянет, пока зимовать в лесах наших зачарованных не прекращу… Знаешь, Аза, что скажу напоследок… Глазастая да языкатая ты не в меру, осторожней будь. Опасность с тобой, ведьмочка, это и мне видно.
Я только раздраженно посмотрела на нее и пошла к постоялому двору. Сколько можно! Сначала русалки, теперь вот эта, гадалка базарная, туману нагоняет!
То, что эльфы на месте, стало ясно еще на лестнице второго этажа. Они спорили. Звучную и мелодичную эльфийскую ругань удалось разобрать сразу, остальные же слова повергли в легкое недоумение. Думаю, я все правильно перевела, но смысл меня не радовал. Никакие угрызения совести не мучили, так как разговор напрямую касался меня.
— Время, во всяком случае, есть, не стоит в таких делах торопиться.
— В таких — как раз стоит! — голос напряженный и резкий — Галеадзо.
— Нужно полностью убедиться. Да, она довольно сильный маг для своего возраста, но этого недостаточно и ты…
— И я это понимаю! Но неужели оживление кучи камней тебя не убедило? Она способна отдать частицу себя самой, а не просто…
— Нельзя доверять человеку, с которым знаком от силы неделю! Тем более, человеку…
Что ж, вполне его понимаю. Понял и Галеадзо.
— Согласен. Но, Идэр, она не отличается особой ненавистью к нашему народу, как большинство людей, и Аза все-таки наемница… Я все это заметил сразу, иначе убил бы еще в Урготе, даром что маг, ведь связываться с людьми себе дороже…
Что за «все» он заметил и как? Я сейчас вижу только свою непомерную глупость — расставаться с жизнью ради каких-то… впрочем, ладно. Надо было прийти раньше минут хоть на десять!
— Я думаю, что самое большое через пару сотен лет от народа останутся лишь воспоминания, — хладнокровие Галеадзо поражало меня все больше. — Если же у нас все получится, можно спокойно жить вплоть до того, пока люди не созреют для очередного образцово-показательного истребления. Думаю, Светлые, гномы и прочие расы им охотно помогут, Иерринус — на редкость богатый и красивый подземный город.
— Ты шутишь?!
— Заметь — пока шучу… Если провалим, постараемся выжить, раскланяемся и разойдемся в разные стороны.
— Нет.
— В смысле?
— Если провалим, не выживем. Так что лучше без спешки. Еще приглядимся…
— Я думал, у меня есть последнее слово. Решающее.
— А оно есть. Но и меня послушай. Хоть раз.
Галеадзо вздохнул и что-то буркнул, но разговор не возобновился. Я шмыгнула к себе в комнату и глубоко задумалась. У меня явно слишком мало сведений о происходящем.