Чтение онлайн

Пятнадцать минут спустя я одела через голову красное платье в стиле бэби долл, которое позаимствовала у Америки, а затем пошла в гостиную к Трэвису. Он смотрел телевизор, в одной руке держа пульт, а в другой - бутылку пива. Мой внешний вид не мог состязаться с тем фактом, что он надел галстук. Это было так официально: теперь я повидала все.

Трэвис увидел меня краем глаза и повернулся.

Сногшибательно! Я счастливчик, настоящий счастливчик,- сказал он, шагая ко мне и обнимая. Его губы слегка прижались к моим, а затем прошлись по щеке и ниже, по моей шее, до ключицы.

Ты одел галстук, — тихо сказала я. Он отстранился и посмотрел вниз.

Я выгляжу, как идиот?

Нет. Ты выглядишь... Ох, я предлагаю остаться дома. Он улыбнулся и гордо поправил галстук.

Хорошо выглядит, да? — он взял меня за руку. — Звучит чертовски потрясающе, но у нас бронь. Идем.

Он за руку вывел меня из дома, остановившись у двери, чтобы помочь мне с пальто. В феврале было особенно отвратительно: если не было дождя или гололеда, то обязательно шел снег по колено. Трэвис помог мне спуститься по лестнице, следя, чтобы я не подскользнулась на своих шпильках, но, когда мы дошли до тротуара, он поднял меня на руки.

Я схватилась пальцами за его шею, уткнувшись носом прямо под мочку его уха. Он так потрясающе пах. Чем больше я думала об этом, тем больше мне хотелось остаться дома.

Уже через полчаса мы сидели в баре местного итальянского ресторана

"Rizoli". Мне пришло в голову, что Трэвис привел меня в ресторан, конкурирующий с рестораном родителей Паркера, но я решила не упоминать об этом. Место было переполнено, но нам повезло найти два свободных места в баре, пока мы ждали свободный столик.

Я отпила из соломинки, и заметила, как нахмурился Трэвис.

Что не так?

Я хотел, чтобы сегодняшний вечер был особенным. А с этим рестораном я, так сказать, пролетел.

Пролетел? Это один из моих любимых ресторанов.

Да, но это все еще... как-то по-обычному. Я хотел, чтобы наш первый день святого Валентина был, не знаю, особенным, понимаешь? А ты посмотри на всех этих людей: они делают то же самое, что и мы.

Все не так уж плохо.

Какая-то девушка, перекрикивая десятки разговоров, закричала на всю комнату.

— Мэддокс?

Давай, — сказал Трэвис, слезая с барного стула. Он протянул мне руку. — Пошли.

Да ладно тебе, — сказала я, указывая на девушку,- она просто назвала нашу фамилию. Трэвис улыбнулся, демонстрируя свои ямочки.

Давай же, Гулька.

Больше ничего не говоря, я встала и взяла его за руку, выходя за ним к машине. Он остановился только для того, чтобы купить еду в окошке для обслуживания машин,а затем двинулся дальше. Проезжая поворот за поворотом, Трэвис направлялся в сторону института.

—Ты же не везешь меня на вечеринку Сиг Тау, правда? Лицо Трэвиса скривилось в отвращении.

У меня возникла идея, куда мы ехали, еще когда мы были в паре кварталов, но я не была уверена, пока Трэвис не припарковался перед корпусом Бартлена.

Ты шутишь, да?

Неа, — сказал он, хлопнул водительской дверцей, а затем оббежал машину, чтобы открыть мою.

Трэвис взял меня за руку, и мы быстро и тихо обошли здание сзади.

Нет, — сказала я, глядя в открытое окно подвала.

Не успела я возразить еще что-нибудь, Трэвис уже присел и спрыгнул вниз.

Ну же, Голубка!

Снег все еще лежал на земле. Я стала бы мокрой и замерзшей, и у меня мгновенно испортилось бы настроение.

Ни за что!

Руки Трэвиса в темноте подвала выглядели, как когти кошки под дверью.

Это будет как в старые добрые времена!

Нет значит нет, Трэвис. Нет, черт возьми.

Мне здесь одиноко.

Это ужасная идея.

Ты испортишь весь мой план!

Ты с ума сошел! Это даже не мое платье, и ты просишь меня его испортить!

Ну да, для этого рановато.

Я слышала, что он пытался не засмеяться. Я скрестила руки. После долгой паузы, тихий и отчаянный голос Трэвиса разнесся из окна.

Пожалуйста? Я закатила глаза.

Хорошо.

Я развернулась, спрыгнула, взвизгнув, и оказалась в руках Трэвиса в подвале Бартлена — здания, где мы впервые встретились.

Трэвис осветил нам дорогу телефоном, и мы пошли по коридорам. Наконец, один из них привел к знакомой большой комнате. Без криков и без пьяных стоящих плечом к плечу парней из братства, она казалась больше и менее... потной.

Я почти слышала голос Адама, ревущий через мегафон, и почти чувствовала взрыв энергии, когда Трэвис входил в комнату. Я подумала о крови, которой был забрызган мой кардиган, и о том, как мой взгляд упал в тот день на черные ботинки.

Трэвис потянул меня в центр комнаты. В моих мыслях возникли воспоминания о том, как он вытирал с моего лица кровь и отталкивал всех, кто близко ко мне подходил.

Голубка, — сказал Трэвис, почти одновременно с тем, как он произнес это в моей памяти.

Это то место, где все началось.

Где я увидел тебя впервые. Когда ты перевернула весь мой гребаный мир вверх ногами.- Он наклонился, чтобы поцеловать меня в щеку, после чего вручил мне маленькую коробочку.- Подарок не дорогой. Хотя я и копил на него.

Я открыла его, и на моем лице возникла широкая улыбка. Это был браслет с маленькими подвесками.

Это история о нас, — сказал он.

Свитер, два игральных кубика, зеленый шарик с трилистником на нем. Я посмотрела на Трэвиса.