Чтение онлайн

Прабханкар покорно склонил голову.

Томас Блант пришел в себя через несколько часов, изрядно ослабевший от болезни, но с ясной головой. Он тоже здорово разозлился, узнав об измене Барнеса. Но, как заметил Ричард, это не стало препятствием для осуществления их замыслов.

— Когда мы отправимся дальше? — поинтересовался Томас.

— Как только твои силы восстановятся, — сказал молодой человек. — Нам остается идти всего около двенадцати дней.

— Сущий пустяк, — сказал Томас, — после того, сколько мы уже прошли.

Как оказалось, он был слишком самонадеян, и через сутки его рука стала опухать снова, возобновился жар.

— Думаю, сэр, сахиб умрет, — сказал Прабханкар.

— Это невозможно, — заявил Ричард. — Нужно вскрыть рану снова. — Хозяин каравана оставил им немного бханга.

Прабханкар посмотрел на раненого с сомнением и повторил:

— Он умрет.

Ричарду захотелось ударить слугу. Но он сдержался и, присев рядом с Томасом, объяснил ему ситуацию.

— Рана не заживает, — сказал он. — Я не знаю, что делать.

Сознание возвращалось к больному время от времени, и сейчас он как раз был в состоянии понимать все. Широко открытыми глазами он пристально посмотрел на кузена.

— Прийти в эту варварскую страну и лечь здесь костьми! Как тяжело! Как ты думаешь, Ричард, у меня родилась девочка или мальчик?

— Несомненно, мальчик, — сказал Ричард.

— Пережила ли Лиззи это испытание?

— Конечно. Ты увидишь их снова, Томас. Ты не умрешь, — сказал Ричард и подумал: «Бог знает, что болтает этот индиец».

— Нет, я умираю. И ты зря рискуешь своей жизнью, оставаясь со мной здесь. Подай-ка мою сумку, — попросил Томас.

Ричард подал сумку, которая всегда висела на поясе Томаса.

— В ней мои верительные грамоты от короля Генриха, — сказал Томас, — и наши деньги. Повесь сумку на пояс. Поклянись беречь ее пуще жизни.

— Охотно.

— Поклянешься ли ты также и в том, что продолжишь возложенную на меня миссию, отправишься ко двору Лоди-шаха, а затем ко двору пресвитера Иоанна?

— Я выполню эту миссию до конца, Томас.

— Поклянись, — горячо попросил Томас.

— Клянусь, — ответил Ричард.

Томас улыбнулся:

— Тогда я спокоен.

Этой же ночью он умер.

Ричард и Прабханкар похоронили Томаса на рассвете.

Ричард срубил несколько деревьев и сделал из них крест на могилу. Прабханкар с интересом наблюдал за действиями англичанина. Затем молодой человек уселся и принялся обдумывать сложившееся положение.

У них остались четыре мула и лошадь. Много еды, поскольку теперь их было только двое, четыре аркебуза и припасов, по крайней мере, на одно сражение. Конечно, если нападут не сорок человек одновременно. К оружию, взятому у мертвых маратхов, Ричард прибавил и шпагу Томаса.

Одежда у него износилась настолько, что совершенно утратила первоначальный вид. Обувь давно развалилась. Так же как Прабханкар, он шел босиком. Однако это уже не имело для него никакого значения, так как его подошвы загрубели настолько, что стали нечувствительны к любым неровностям дороги: Кожа Ричарда приобрела такой же темный оттенок, как и у Прабханкара. Живописный вид довершала борода в несколько дюймов.

В сумке на поясе лежали письма, подтверждающие полномочия на выполнение миссии, которую он отныне считал невыполнимой. Как мог один человек, пусть даже с верным слугой, пересечь всю Азию?

Но возможно, Ибрагим Лоди-шах, которого все считают величайшим королем Индии, разрешит ему набрать людей в своих владениях?

Это была его единственная надежда.

Ричард и Прабханкар продолжали путешествие. Конечно, еще было далеко до города, но теперь им все чаще встречались караваны. Множество людей переходили из деревни в деревню, некоторые из деревень больше походили на небольшие города и располагались поблизости друг от друга.

Повсюду появление белого человека вызывало изрядный интерес, особенно его странное оружие, и везде их с Прабханкаром встречали тепло. Обратили они на себя внимание и местных воров. Однажды, во время ночевки в хижине, предоставленной в их распоряжение старейшиной деревни, у них украли сумку с одеждой. Ричард остался в том, что было надето на нем. К счастью, он спал, положив рядом шпагу и мечи, а сумку с письмами держал засунутой за пазуху.

— Протестовать бесполезно, сахиб, — сказал Прабханкар. Возможно даже, что сам старейшина и послал воров.

Они покинули деревню и дальше по возможности держались высокогорья. Ночами стало довольно холодно, и мужчины спали, тесно прижимаясь друг к другу, чтобы не замерзнуть. Днем же солнце палило нещадно. Погрузив все свои пожитки на двух мулов — остальных двух они продали — и лошадь, двое похожих на пугала людей брели, еле передвигая ноги, думая только о конечной цели своего путешествия.

Так продолжалось до того дня, когда они спустились с холмов, где провели ночь, в плодородную долину. В ней паслись стаи павлинов.

Дивное зрелище — выплывавшая из утреннего тумана на берегу реки Джамны Агра. Явно совсем новый город, а между тем кое-где видны следы недавних разрушений. Позднее Ричард узнал, что город построен всего полвека назад одним из предшественников Ибрагима Лоди, выбравшим это несомненно привлекательное место плодородной долины реки в нескольких сотнях миль от Дели для строительства новой столицы взамен разрушенной. А всего двадцать лет назад город подвергся страшному разрушительному землетрясению, о котором жители до сих пор говорят шепотом. Местами руины еще продолжали отстраивать.

Город окружала стена, а у ворот дежурила стража. Ричарду и Прабханкару пришлось присоединиться к огромной толпе народа, ожидавшей очереди у входа. По предложению Прабханкара Ричард спрятал свое европейское оружие, даже шпагу, в погруженные на мулов тюки. Его черные волосы и борода, почерневшая на солнце кожа делали молодого человека похожим на индуса. Но чтобы избежать ненужных подозрений, Прабханкар посоветовал ему снять рубашку и соорудить на голове подобие тюрбана. И слившись с толпой, ничем не выделяющиеся двое спутников без помех вошли в город, разглядывая дома из обожженного на солнце кирпича, иные довольно внушительных размеров, и удивляясь сутолоке несомненно преуспевающих людей. Так много народа Ричард не видел даже в Сурате. Мусульманские мечети и индусские храмы стояли здесь бок о бок. Мусульманские женщины в покрывалах встречались им на улицах так же часто, как и индианки, одетые, в сари.