Чтение онлайн

Из-за прикрытия показался Шестаков в костюме «дразнилы»– толстых сапогах и брезентовом, простеганном на вате плаще. Специальный костюм предохранял инструктора от возможных покусов.

Джери сразу же заметил приближающуюся фигуру и стал с интересом следить за ней.

«Дразнила» – именно такова была в эту минуту роль Шестакова – старался не делать никаких резких движений, чтобы не возбудить подозрения собаки. Его задачей было взять вещи у дога. Обязанность четвероногого сторожа – не отдать их.

Вот уже протянулась рука в брезентовом ватнике… Джери с любопытством потянулся, чтобы понюхать руку, как вдруг неожиданно получил сильный щелчок по носу. Дог сразу обозлился. Выкатив налитые кровью глаза и оскалив пасть, он с рычанием бросился на обидчика. Цепь не пустила его, однако «дразнила» отскочил, потом вновь стал тянуться к вещам и, изловчившись, опять чувствительно щелкнул собаку по черному носу.

Дог свирепел все больше. Он прыгал на цепи, стараясь схватить человека. Ошейник так врезался ему в шею, что, казалось, вот-вот отрежет голову собаки. Клочья пены стекали по ощеренной пасти при каждом рывке животного и разбрызгивались по сторонам.

Когда дог дошел до неистовства, Шестаков бросился бежать. Он изображал, что испугался. А Джери еще долго не мог успокоиться и все рычал и. лаял в ту сторону, куда скрылся его враг.

После нескольких повторений дог уже прекрасно знал, что нужно делать, когда перед ним кладут вещи и говорят: «Охраняй!»

Чтобы избежать ошибки, допущенной когда-то в питомнике караульных собак, о которой рассказывал нам Сергей Александрович, мы испытывали Джери по-разному. Шестаков – «дразнила» – менял свою тактику: то он подходил с громкими криками, размахивая руками, то, наоборот, крался неслышно, то подходил совершенно спокойно, с решительным видом. Но Джери отлично стерег горку вещей и больше не поддавался на обман, был насторожен и бдителен.

Меняли мы также и «дразнилу» и костюм «дразнилы», так как собаки привыкают к одному человеку и к его одежде.

Затем перешли к следующему приему. Как и раньше, «дразнила» тянется к вещам, пес опять неистовствует. И вот в ту минуту, когда Шестаков пускается бежать, я с командой «Фасс!», что значит «Рви, лови, кусай!», спускаю беснующуюся собаку с цепи. Это называется «задержание преступника».

Несколько могучих прыжков–и дог уже за спиной беглеца. Двухметровый прыжок – и белые, как из слоновой кости, клыки, в каждом из которых около трех сантиметров длины, впились в брезент между лопатками человека. Джери метил схватить за шею, да ухватился немного ниже. От сильного толчка – в Джери добрых три пуда! – инструктор ничком валится на землю, стараясь защитить лицо от разъяренной собаки.

Когда я подбегаю к ним, Джери с остервенением треплет одежду задержанного. Я командую: «Фу!» – Джери отпускает поверженного врага, я поощрительно глажу собаку. Будьте спокойны, теперь пес узнал свою силу!

Шестаков поднимается с земли, откидывает с головы капюшон и, вытирая вспотевший лоб, улыбаясь, говорит:

– Ну и здоров, черт! Хорошо на задержание будет работать! С первого раза вон как берет! – и показывает ватник: на нем большие дыры от клыков Джери.

Уже не раз я имел возможность убедиться, как ловко Джери задерживает «преступника». Но подчас мне все-таки не верилось, что вот так же, как и на дрессировочной площадке, он сумеет изловить настоящего злоумышленника. Я сомневался, хотя и не признавался в этом никому, в храбрости дога. А вдруг он испугается, когда встретится с настоящим врагом?

Еще больше сомневались в этом мои родные. Они даже не скрывали этого.

– Вояка! – любовно подшучивали они над Джеркой. – А случись что, так и хвост подожмешь! А?

Не выдержав, поделился своими сомнениями с Сергеем Александровичем. Неожиданно он предложил:

– Хотите, можно испытать его?

– Каким образом?

– Недавно мы организовали службу охраны в одном крупном складе. Там работают наши собаки. Можно поставить на пост Джери и инсценировать нападение… Не возражаете?

Я, конечно, не возражал.

Сказано – сделано. В один из вечеров, захватив с собой Джери, отправился по указанному мне адресу. Склады занимали обширную территорию, обнесенную высоким забором; внутри двора тянулись один за другим длинные деревянные корпуса под железными крышами, на каменных фундаментах, с наглухо закрытыми дверями.

Еще издали до меня донесся собачий лай: четвероногих сторожей разводили по своим постам. В группе вожатых стояли Сергей Александрович и Шестаков. Тут же находились комендант территории и несколько человек вахтерской охраны.

– Ага, прибыли! – приветствовал меня начальник клуба. – Поставить на пятый пост! – распорядился он, показывая на Джери.

– Мы пошли в дальний конец двора. Там находился самый отдаленный и несколько обособленный от других пост № 5.

Я прицепил Джери на длинную цепь, верхний конец которой соединялся с роликом, катавшимся по длинному толстому проводу, порвать его не смогла бы даже самая. сильная собака. Этот провод, или, как называли его, трос, тянулся вдоль стены склада на всем ее протяжении, и, таким образом, четвероногий караульный, охраняющий склад, мог свободно бегать от одного его угла до другого.

У меня немного сжалось сердце, когда я, оставив Джери одного, зашагал в сопровождении Шестакова обратно. Пес, натянув цепь, просительно и как бы недоумевая смотрел мне вслед.

Раздался характерный скользящий звук – это колесико покатилось по проволоке. Джери метнулся от него в сторону, но над головой загремело еще сильнее. Догу хотелось последовать за хозяином, но он помнил приказ «Охраняй»; кроме того, его удерживала цепь. Помотавшись туда-сюда и убедившись, наконец, что уйти невозможно, Джери постепенно затих, освоился и, сев на задние лапы, с видом терпеливого ожидания стал смотреть в ту сторону, где скрылся его дорогой хозяин.

– Пошли, – тронул меня за рукав Шестаков.

Мы стояли за углом склада, и я осторожно, стараясь остаться незамеченным, наблюдал за Джери.

– Предоставьте его самому себе, так лучше. Не беспокойтесь, он за себя постоит! – И Шестаков улыбнулся мне своей обычной широкой и приветливой улыбкой.

Неторопливо тянулся вечер. Мы сидели в помещении вахтерской охраны и вели мирную беседу. Сергей Александрович курил. Стемнело. В полуоткрытые двери время от времени доносились голоса собак.