Чтение онлайн

– Чертовски холодно, да?

– Ага, – кивнула я.

Мужчину снова разобрал кашель.

Менее лысый кивнул в сторону полок:

– Там, наверху, у плотины. Плохо дело. Снег. Слишком много снега навалило, раз такие перебои. Совсем хреново, похоже, если нас отключили.

Я кивнула.

– Да они через полчаса всё наладят, – возразил другой, глядя на девушку мимо меня.

– Ага, полчаса максимум. Им просто нужно переключиться на аварийный источник питания, но кому-то придется в таратайке наверх тащиться, чтоб проверить подстанцию.

Повисла тишина. Полная тишина, ведь ни холодильники, ни другая техника не работали. Красные угольки дотлевали в очаге. Я вытянула пальцы.

– Путешествуешь автостопом? – спросил тот, что стоял рядом, кивая на мой рюкзак.

– Ага. Типа того. Работу ищу, по правде говоря.

– Работу? – переспросила девушка.

– Ага. Может, слышали чего?

– Фью! Не сезон теперь. А специальность какая-никакая у тебя есть? Студентка, что ли? – спросил лысоватый.

– Не-а. Возьмусь за что угодно. Я хочу сказать – за что угодно, но не в порту. Ходила тут по деревням. А как насчет этих открытых разработок? Ведутся ли они по-прежнему на… – я забыла это специальное слово, но потом вспомнила, – на перешейке?

– Перешеек. Открытые разработки. Aгa, ага, все еще ведутся.

– Говоришь, только не в порту? Не хочешь там работать? Так ты, типа, снижаешь свои шансы в здешних краях.

Менее лысый вставил:

– Единственная работа для девчушек на разработках – это шваброй махать. Там сейчас две сотни человек пашут, но обычно за такую работу берутся пожилые женщины.

– А как насчет завода «Альгинат»? – продолжала я.

– «Альгинат»? Да его уже три года как закрыли. Ты из этих краев или как? – поинтересовался лысоватый, внимательно ко мне приглядываясь.

Я кивнула:

– Жила здесь когда-то. Давно. Я путешествовала. Путешествовала по свету какое-то время.

Стало совсем тихо.

Лысоватый вздохнул:

– Да-а… Со льдом проблемы могут быть. Там у них на выходе камеры, наблюдают за тем, чтобы не было заторов из-за бревен, веток и всего такого. Они могут дать свет, если ночью водолазы поработают. Ведь воду из плотины спускают по тоннелям внутри горы. Тысячи тонн воды вращают турбины, потом вода вытекает в залив в конце этого водовода. Если вода за плотиной стоит низко, мы можем откачивать ее назад, пока энергопотребление минимальное, по ночам.

– Идеально, да. Система эта вечность протянет. Все на автоматике. Мы же только присматриваем за ней.

– Не сегодня, ребята, – попросила девушка.

– Мы сделаем все возможное, если у них, внизу, какие проблемы возникнут, – подхватил другой, допивая кофе из чашки, которая стояла по левую руку от него в тени.

– Ну что ж, смотри ходи осторожней! – изрек лысоватый и закашлялся.

– Пока, лапа! – улыбнулся девушке другой. Первый распахнул дверь, а когда они вышли на улицу, оба уставились в небо.

Девушка собрала кофейные чашки и отнесла их за стойку.

– Принести тебе что-нибудь?

– Да нет, спасибо, – отказалась я.

Она поставила чашки в раковину или еще куда – из-за стойки не видно было – и проговорила:

– Хорошо хоть не субботний вечер. Если б пивные помпы не работали, все эти ребята с электростанции съехали бы с катушек.

Я улыбнулась.

– Так ты, выходит, здешняя? – полюбопытствовала она, стоя в тени, так что я едва могла ее разглядеть.

– Ага, здешняя.

– О! А откуда?

– Из порта.

– О! А я в этих краях прохожу университетскую практику, заодно и подрабатываю. Немного дополнительной наличности никогда не помешает, верно?

– Ага.

– Я орнитолог.

– Птицы.

– Да. В частности, орлы. Здесь, в карах, круглых таких углублениях над плотиной гнездовье. Я участвую в трехгодичном проекте по наблюдению за ними.

– Ну и как? – спросила я.

– Возможно, они и сейчас над нами кружат.

– Так ты и живешь здесь?

– Да. У меня квартирка наверху.

– В порту часто бываешь?

– Иногда.

– «Западню» еще не закрыли? Ну, дискотеку с кондитерской внизу?

– Неужели ты туда ходила? Знакомому там ухо летом откусили. Все, кого я знаю, ходят в «Береговую линию» – там славно. А «Западня» – выгребная яма. Так ты работу ищешь? А чем раньше занималась?

– Путешествовала. Путешествовала по свету.

– А сюда как добралась? Подвез кто-нибудь из рабочих с электростанции? Кто-то из тех, кто выходит в ночную?

– Нет.

– Странно, что ты попросила высадить тебя здесь, не пойми где. Выбрала место…

– Меня никто не подвозил. Так, прошлась немного.

– Прошлась? В такую холодину? Ты смотри, будь поосторожнее.

– Да ничего со мной не случится, – отмахнулась я.

Девушка протянула мне начатую пачку сигарет. Я покачала головой:

– С этим завязала, спасибо. – И добавила, озираясь: – Есть ли шанс здесь кости бросить на ночь? Деньги у меня на исходе. Так как?

Она шумно выдохнула:

– Ну нет. Я хочу сказать, извини, конечно, но мой дядя… Видишь ли, он довольно скоро придет, чтоб забрать выручку, и будет переживать насчет пива – насчет того, что с ним делать без электричества. Не думаю, что ему придется по душе, если я оставлю кого-то здесь ночевать.

– Твой дядя?

– Да, он выкупил это местечко четыре года тому назад.