Чтение онлайн

– Правильно! Могли и по незнанию! Повинную голову меч не сечёт!- Откликнулось множество голосов, пожалуй, лишь сами наркомы остались равнодушны.

'А зря, столько материала можно получить, только успевай проверяй'...

– Товарищ маршал,- устремляюсь на перехват Ворошилова, сунув плёнку в карман галифе.- разрещите обратиться?

Он делает нетерпеливое движение, но заметив что Сталина обступили командиры, останавливается.

– Что у вас?

– Я насчёт установки 'Подсолнух',- зачастил я, понимая что времени у меня немного.- не знаю успели ли вам должить, но она успешно прошла совмещённые испытания. Прошу вас дать распоряжение о направлении всех четырёх образцов в войска для опытной эксплуатации. Лучше в разные регионы. Нельзя допустить задержки с принятием на вооружение.

По Управление ПВО, благодаря Сергею Сергеевичу Каменеву, прошлись косой: уволены или взяты под стражу все начальники отделов и многие отделений. Ощепков пока отстранён, но, похоже, арест- это вопрос времени. Вчера ко мне на работу, вызвав меня с заводской проходной, пришла Оля вся в расстроенных чувствах и прождала там меня полчаса под любопытными взглядами вахтёрши и её товарок, сбежавшихся посмотреть на 'девушку Чаганова', пока я не закончил паковать магнитофон под надзором кремлёвских фельдъегерей.

– Ты чего задержался?- тихо спрашивает она и по хозяйски берёт меня под руку.

– Магнитофон заворачивал чтоб не разбили.- Так же тихо отвечаю я нагнувшись к ушку подруги, не обращая внимания на затуманившиеся глаза охранниц.

– На дискотеках начал подрабатывать?

– Не только, на октябринах и комсомольских свадьбах...-выходим на воздух.- Ну что у тебя?

– Павел хочет писать письмо Сталину в защиту Тухачевского.- Выдавливает сквозь слёзы Оля.

– Ты ему ничего не сказала?- Она отрицательно машет головой.- Ну и правильно, но делать что-то надо.

Так гуляя под осенним дождичком мы и выработали план на сегодня...

– Это вы о радиоуловителе?- Быстро сориентировался маршал.- Пишите бумагу...

– Хотя нет, не надо,- Ворошилов бросает взгляд на Ежова.- сделаем так... Кто может это дело возглавить у нас?

– Ощепков, конечно, но он отстранён.

– Товарищ Хмельницкий,- подзывает он бравого полковника стоящего поодаль.- Ощепкова из 'списка' вычеркнуть. Свяжитесь с ним. Сегодня же подготовьте приказ о передаче всех 'Подсолнухов' в войска. У него же узнаешь куда, кажется в апреле на совещании мы выбирали в какие части ПВО. Самого Ощепкова командировать на Дальний Восток с одной из установок. Всё.

– Спасибо, товарищ маршал!

– Бесполезно,- Лосев снимает наушники и щёлкает тумблером питания стойки 'Айфона'.- на одной паре телефонного кабеля терпимого качества звука не получить, даже в симплексном режиме.

– Похоже на то...- Со вздохом ставлю на стол микрофон.

'Распушил хвост... 'всё будет работать на шлейфе' (обычной двупроводной телефонной линии). Пижон. Нет, работать-то оно работает, только звук- дрянь. Стыдно людям показать'.

– А что ты уперся в этот шлейф?- Пытается подбодрить меня Олег.- Как ты себе представляешь эту бандуру, подключённую к абонентской сети? Она уже теперь без стоек шифратора и дешифратора в наш вагончик не лезет.

'Утешил, блин... хотя он и тут прав: сделать установку мобильной не удаётся. Так может быть тогда не пытаться пробивать лбом стену, а облегчить себе задачу: перейти на четырехпроводную магистральную телефонную линию и стационарный вариант (всё равно стоять 'Айфону' на телефонной станции в особом помещении). Ну и уж если всё равно многое переделывать, то надо уходить от анахронизмов (ха-ха, ещё проектировать начнут только через три года) Sigsaly и делать восемь диапазонов вокодера вместо десяти и шестнадцать уровней дискретизации вместо шести, что, как показали наши опыты, вполне может скомпенсировать потерю двух диапазонов. Итак что получается, если оставляем симплекс, и на каждой паре имеем по две несущих частоты, разнесённых подальше, как в модеме, на 1170 гц и 2125 гц, то получаем два бита передающихся одновременно или четыре бита в параллель на двух парах. Четыре бита- это шестнадцать уровней дискретизации, то что надо... Sigsaly оцифровывала звук с периодом в 20 миллисекунд, пусть и у нас будет так же: 16 мс на передачу амплитуд восьми диапазоном, остается ещё четыре. По две миллисекунды в начале и в конце передаём несущие, но если не хватит времени на оцифровывание, то расширим период до сорока. А жизнь-то налаживается'!

Хватаю карандаш и начинаю набрасывать блок-схему нового варианта. Лосев заходит мне за спину и молча следит за полётом моей новой фантазии. Он бы, конечно, с большим удовольствием занялся йодидным реактором, у которого он проводит большую часть своего рабочего времени, отлаживая техпроцесс очистки тетройодида кремния от бора. Приходится повозиться с этим, но, на мой взгляд, применять зонную плавку к нему много выгоднее, чем к кремнию: плавка ведется при температуре на триста градусов ниже и бор удаляется из стержня быстрее. Всё равно, однако, процесс трудоёмкий, не то что с германием.

– Чёрт, забыл!- Шлёпаю ладонью себе по лбу.- Звонил Зильберминц из ВИМСа, ну тот, что на Донбассе внедрил новую технологию выделения германия из отходов коксового производства. Помнишь я тебе рассказывал? Так вот, литр концентрата двуокиси германия лежит у него в сейфе. Будешь брать?

– Ура-а-а!

'О, жить стало не только лучше, но ещё и веселей'...

Бросаю взгляд на пустое место Разгона, уволенного вчера следом за тестем.

Спешу к Никольской и вижу что два, обычно бурных в первый день шестидневки, встречных потока совслужащих, текущих от Манежной площади и площади Дзержинского и создающих бурный водоворот у Казанского собора, как-то необычно малоподвижны сегодня. На высоком свежевыкрашенном деревянном заборе у стендов с газетами собралась многолюдная толпа. С трудом протискиваюсь чуть поближе (до стенда остается метров восемь) и включаю свои три единицы зрения. 'Сокрушительный удар по фашистским шпионам'! 'Рабочие московских заводов на митингах ночных смен единодушно одобрили приговор суда над оголтелой бандой шпионов, изменников и диверсантов', 'Расстрел- единственная мера наказания изменников'...

'Всё правильно, мне ли не знать что осуждённые изменники и диверсанты (зачесался заживающий порез на спине)... Жаль, что нельзя рассказать правду об их заговоре... приходится говорить о шпионаже, а какие они шпионы? Хотя как сказать, тайная передача сведений, составляющих государственную тайну, бывшему начальнику немецкого генштаба- это что тогда если не шпионаж? И расстрел, как высшая мера социальной защиты вполне законен. Разве может быть иначе'?

'Блин, осталось пять минут до совещания'!