Чтение онлайн

Я вышла с той сцены другой. Впервые за долгие годы я позволила себе верить, что теперь всё будет по-настоящему.

***

Вечером мы вернулись домой. Стоило нам переступить порог, как навстречу бросились дети, ни о чём не подозревавшие. Их звонкий смех и крепкие объятия мгновенно сняли тяжесть дня, напоминая, ради чего всё было затеяно. В особняке царило спокойствие после нашей нервной суеты.

За столом дети наперебой делились впечатлениями о своём дне.

После ужина мы отправились укладывать малышей. Обычно в этом вечернем ритуале участвовала я одна, но сегодня Ашер был рядом с самого начала. Он искупал Даймона, терпеливо вытер ему голову пушистым полотенцем, пока тот смеялся и брыкался, расплёскивая воду. Я в это время помогала Клэр надеть любимую пижамку с единорогами. Потом мы все вместе собрались в детской.

Клэр забралась под одеяло и прихватила с собой целый полк плюшевых игрушек. Даймон не отставал: улёгся на свою кровать, а одну ручку протянул ко мне, намекая, что хочет подержать меня за руку. Я села на край постели, сжав его крохотные пальчики. С другого края расположился Ашер, и дочка сразу же положила голову ему на колени.

— Сказку! — потребовала она, уже прикрывая глаза.

— Да, сказку! — подхватил Даймон, зевая.

Мы с Ашером переглянулись, и я кивнула ему.

Ашер принялся тихим, глубоким голосом рассказывать какую-то старую сказку, которую помнил с детства. Я слушала, больше глядя не на детей, а на него. Он мягко вёл повествование, свободной рукой неторопливо поглаживая волосы Клэр, и я видела, как глаза моей девочки медленно закрываются. Даже Даймон, стараясь не уснуть раньше времени, моргал всё реже, убаюканный спокойным отцовским голосом.

Я поймала себя на том, что любуюсь этой сценой, затаив дыхание. Вот она — наша семья. Настоящая, крепкая. То ли потому, что сегодня мы открылись миру как истинная пара, то ли из-за осознания всего пережитого за день — сейчас это счастье казалось мне ещё более ценным.

Когда сказка подошла к концу, оба ребёнка уже спали тихим, безмятежным сном. Я осторожно высвободила руку из сонной хватки Даймона и наклонилась поцеловать его тёплый лобик. Ашер тем временем поднёс ладонь ко лбу Клэр, убирая прядку со лба, и тоже нежно поцеловал дочь.

Мы с Ашером тихонько выбрались из детской, притворив дверь. На цыпочках прошли по коридору, чтобы не разбудить малышей. В гостиной нас встретила уютная тишина. Через большие окна виднелось ночное небо, усыпанное звёздами.

Я вдруг почувствовала, как устала. События дня окончательно догнали меня: плечи налились тяжестью, а внутри царила какая-то опустошённость. Но стоило Ашеру притянуть меня к себе, обнять — и усталость на мгновение отступила, растворившись в его тепле.

— Они потрясающие, правда? — прошептала я, прижимаясь к его плечу.

— Кто, малыши? — тихо переспросил Ашер. — Ещё спрашиваешь? Самые лучшие.

Он поцеловал меня. Некоторое время мы стояли молча, просто слушая тишину. Мне было спокойно. Впервые за долгое время — по-настоящему спокойно.

— Знаешь… я сегодня поняла одну вещь, — сказала я после паузы, глядя на звёзды за окном.

— Какую?

— Что бы ни случилось теперь, у нас есть друг у друга. И дети. Наша семья. Это дороже всех мнений на свете.

Ашер не ответил словами, но я почувствовала, как он чуть крепче сжал меня в объятиях, соглашаясь.

— Ты права, — альфа снова поцеловал меня. Более жарко и ненасытно. — А теперь…Я хочу сорвать с тебя этот костюм.

Этот вечер был нашим. Отец решил свозить детей в океанариум в другой город.

Меня удивляло то, что это он обсуждал даже не со мной, а с Ашером. Кажется, их отношения и правда улучшались.

Мы зашли в небольшой бар с мягким светом и идеальной музыкой Я выбрала стол на полутёмной боковой линии, где можно было спрятаться от чужих глаз. Я ощущала, как в воздухе электричеством шуршит наше напряжение. Официантка принесла нам алкоголь — совсем немного. Почему то именно сегодня мне захотелось провести вечер так.

— Ты выглядишь шикарно, — сказал альфа.

— Перестань раздевать меня взглядом, — сказала я, прижимая холодное стекло к губам. — Я не смогу вести себя прилично.

— Значит, не веди, — ответил Ашер, даже не пытаясь выглядеть невинным.

Я положила локоть на стол и чуть наклонилась. Из этой точки я видела, как в его зрачке виднелось моё отражение. Альфа тоже наклонился. Наши голоса стали ниже, ближе к шёпоту.

— Хочешь, чтобы я сорвалась? — спросила я.

В последнии дни, от эмоций, которые меня переполняли, я была такой же ненасытной, как сам Денор.

— Хочу, чтобы ты перестала сдерживаться из-за приличий, — ладонью он нащупал моё колено под столом. Большой палец лениво провёл по коже чуть выше чулка. Меня дернуло — едва заметно, но Аш почувствовал.

— Здесь? — уточнила я, хотя ответ уже слышала в его дыхании.

— Везде, где захочешь, — продолжил прожигать взглядом. — Расскажи, что ты хочешь сделать прямо сейчас?

— Хочу опуститься под стол. Медленно, — я провела языком по нижней губе, ощущая солоноватый вкус вина. — Коснутся твоих штанов. Довести тебя до дрожи. И медлить,до того, как ты попросишь действовать быстрее.

Ашер коротко выдохнул и убрал руку с моего колена… только чтобы скользнуть чуть выше. Я обожгла его взглядом. Если бы музыка резко оборвалась — меня бы выдала тишина: я дышала слишком жадно и громко.

— Вставай, — сказала я внезапно.

— Сейчас? — Денор приподнял бровь.

— У тебя есть возражения?

— Ни одного.

Я провела его через узкий проход к туалетам. Едва дверь женской кабинки захлопнулась, я упёрлась лопатками в холодную перегородку, а пальцами впилась в его рубашку, притягивая к себе. Поцелуй вышел таким же, как мы оба хотели — жадным, горячим. Ощутила как руки легли мне на талию и сразу — ниже, пальцы скользнули под ткань юбки, по внутренней стороне бедра. Я застонала.

Ашер скользнул ниже. Я запрокинула голову и ухватилась пальцами за его волосы, когда язык прошёлся там, где я уже горела. Металл перегородки холодил кожу, контрастируя с его ртом, его горячими ладонями на моих бёдрах. Я слышала собственные срывающиеся звуки и понимала, что не хочу их глушить. Я хотела, чтобы он слышал всё. Хотела, чтобы он с ума сходил от того, что делает со мной.

— Ещё, — простанала я.

Ашер продолжил. И когда напряжение в животе перешло тот тонкий невидимый край, я прогнулась так резко, что забыла дышать. Мыслей не осталось — были только световые вспышки под закрытыми веками и дрожь, добирающаяся до самых пальцев. Он удержал меня, пока я возвращалась из этой белой пустоты, и поднялся, вытирая уголок губ большим пальцем — нахально, красиво, возбуждающе.