Чтение онлайн

— Почему они такие черствые? — не понимал Гоша. — Ведь они жили с этими людьми, делили кров и хлеб, и вдруг такое равнодушие. Даже полноценного сюжета не снять.

— К смерти быстро привыкаешь, — отозвался я. — К тому же, ни Тиграна, ни Вету в коллективе особенно не любили. Эти двое всегда были себе на уме.

— Но они же погибли!

— Ребята переживают, но по-своему. Человек реагирует на чужую смерть, только если она происходит прямо на его глазах. Разумеется, я не беру в расчет гибель близких и друзей. В данном случае каждый из ребят психологически защищается: подсознательно они уверены, что ничего страшного не произошло, что все в порядке. И такая реакция намного лучше, чем истерика и паника. Стоит одному поддаться страху, как пойдет цепная реакция.

— Вместо того, чтобы со мной говорить, — вдруг огрызнулся Гоша, — лучше бы занялся участниками. Что у них в черепных коробках? Изучил бы на досуге.

Ему легко говорить. Но беда в том, что испытуемые не всегда хотят, чтобы их изучали. Они все-таки не кролики. На моей памяти был случай с моей однокурсницей. Поступив на факультет психологии, она сняла комнату у сантехника. Сантехник, знамо дело, много пил и ругался матом. Моя однокурсница не только исподтишка изучала его психические реакции, но день или два пила похлеще его законной жены. Закончилось все плохо. Через два месяца психиатрического гундежа сантехник сорвался: выпив для храбрости, он избил девушку неизвестно откуда взявшимся топором, оставив жертву умственно отсталой. Я с ней потом встречался в Скворцова-Степанова — действительно, после топора ничего не соображала. Сантехника посадили. Кому отошла квартира, не знаю.

— Гоша, нельзя так потребительски относиться к людям. Они обычно этого не прощают.

— Сделай хоть что-нибудь!

— Попробую.

Я успокаивал режиссера, хотя у самого поджилки тряслись. Слишком быстро, слишком нагло и слишком жестоко — на проекте действовал маньяк. В этом я уже нисколько не сомневался.

— Дэн, ты спишь на ходу, — Луша втолкнула меня в грязную комнатенку. Но, слава богу, здесь была кровать. Большего и не надо усталому человеку, тело которого ныло от двух ночей, проведенных на полу. — Вот твоя комната.

— Жить можно, — я опустил сумку на стул. — Ты не знаешь, я еще здесь долго пробуду?

Она быстро отвела взгляд, и я понял, что если не останусь в анналах шоу навечно, то это будет самая большая моя удача.

— Куда торопиться? Ты только приехал… Думаешь, мне легко? Черт, как Полинка не вовремя ушла! Мне теперь целый месяц отгул не получить.

— Ушла?!

— Ушла! Для смерти каждый выбирает синоним, который ему больше нравится, — отрезала она. — И не надо обвинять меня в черствости, я глубоко скорблю. Встретимся в обед.

Оказавшись в маленькой комнатке, я без сил рухнул на кровать. Сильно болела голова. Рано утром, пока все спали, я воспользовался шансом и выскользнул за ворота. Узкая дорога в тумане. По бокам ее густой лес. Я решил рискнуть и вошел в густую белесую пелену. Через пару минут пожалел о своей бессмысленной смелости. Туман слепил глаза, заползал в ноздри и в рот. У него был странный привкус — привкус болота. Я повернул назад, но вдруг понял, что совершенно не знаю, куда идти. Острая ветка едва не выколола глаз. В следующую секунду я разодрал до крови руку. Алые капли просочились сквозь белую «вату» и тут же исчезли.

Как советовали в одном модном журнале: «Если вас застал пожар на лестнице, то передвигайтесь как можно ближе к полу». В моем случае меня застал туман. Но я решил воспользоваться дельным советом. Опустился на колени и медленно пополз туда, где находился лагерь. Через двадцать метров уткнулся носом в желтые босые ноги. Ноги стояли на земле и уходили в туман. Никогда не видел таких ступней — заскорузлые, твердые, они казались выточенными из камня. Я тронул черный ноготь на большом пальце. Ничего себе! Отполированный временем, он, казалось, состоял из нескольких слоев.

Из тумана вынырнула рука и помогла подняться. Когда глаза немного привыкли к белой пелене, я увидел лицо старика, испещренное морщинами. Длинные седые волосы болтались сзади двумя косичками. Бороду разделяли точно такие же косички. Общее количество — четыре. Интересно, это что-то означает?!

— Вы кто?

Он промолчал, изучая мое испуганное лицо. Похоже, оно его даже забавляло — губы скривились в подобии улыбки.

— Вы живете здесь? Из-за тумана я потерял дорогу в лагерь. Ничего не вижу. Не могли бы вы сказать, куда мне двигаться?!

— Туда! — у него был хриплый, каркающий голос.

— Куда — туда?

— Болотный дух к тебе придет, — забормотал старик. — И жизнь чужую унесет. Его убив, себя убьешь. Захочешь жить — с ума сойдешь.

— Хорошие стихи, только не очень складные, — фальшиво похвалил я. — И все-таки! Куда мне идти?

Туман постепенно рассеивался. Старик был почти голым — тощие бедра обмотаны грязными тряпками. Он еще раз взглянул на меня и побежал по дороге, что-то громко вскрикивая.

— Куда вы?! Подождите!

Он почти уже скрылся в придорожных кустах, но вдруг обернулся и завизжал:

— Мозгоед!

Мгновение, и он скрылся из вида.

И вот теперь я лежал на кровати и гадал, кто же мне встретился сегодня утром. Откуда этот Робинзон? Вряд ли местный житель — здесь в радиусе пятидесяти километров никого. Да и внешний вид старика говорил о том, что он явно живет в лесу. Единственное объяснение: он из тех сумасшедших, о которых давеча говорил Гоша. Тех, кого привозили в лес умирать. Бред! В таких условиях никто не мог выжить! Но, с другой стороны, что мы знаем о резервах человеческого организма?!

Может быть, Интернет что-нибудь подскажет? Я достал ноутбук из сумки и подключил к сети. Так, посмотрим… Может ли выжить человек в экстремальных условиях?

«В катастрофе самолета Cessna в лесах Канады погибли три человека, остальные пятеро исчезли. Самолет совершал коммерческий рейс из Тофино в Британской Колумбии в Ванкувер. Среди потерпевших катастрофу был трехлетний ребенок. Спустя пять неделю спасатели обнаружили пять трупов им живого малыша. Выяснилось, что взрослые люди погибли от эмоционального истощения».