Мозгоед
Шрифт:
Больше всего мне нравятся сюжеты про интеллектуальных монстров животного происхождения. Чего стоят, к примеру, белые акулы с явно завышенным IQ. Или гремучие змеюки, которые берут в рот всякую бяку — от грязной пятки туриста до длинного носа, на котором вскочил отвратительный прыщ. Или несчастные крокодилы, чьи гнезда разорили бесхитростные отдыхающие. Наконец, очень симпатичны киношные монстры, отдаленно напоминающие флору и фауну родной планеты.
Но когда какой-нибудь автор настаивает на человеческом факторе, я начинаю сомневаться. Маньяком всегда оказывается тихая милая девочка с белым бантом в косичке.
«Как? Почему?» — задается вопросом режиссер. Оператор дает крупный план невинного кровожадного личика. Сценарист пытается увязать концы с концами. И только умный зритель знает, что в детстве девочку никто не любил, кроме папы-пьяницы, который к тому же иногда спал с прелестной дочуркой. В школе она получала двойки, обрывала крылышки стрекозам и бабочкам, выкалывала глазки котятам-щенятам и потихоньку убивала одноклассников, мстя за поруганное детство. Если бы не умный коп с красивой подружкой, эту девочку никто никогда бы не нашел. Еще один психиатрический штамп, шитый белыми нитками. Совсем как доктор Лектор Ганнибал.
Был у меня, кстати, пациент. В свободное от жены и работы время он любил ходить к проституткам. Проституток потом находили в слегка разобранном виде. Когда пациента арестовали, он долго не мог понять, за что. Оказалось, все началось с визита к некой мадам Не-жу-жу. Встретились, выпили и тут… «И тут меня пробило, док. Я стал стирать отпечатки пальцев. Со стакана, бутылки, стола. Она смотрит на меня и спрашивает: „Ты доктор Лектор и пришел меня убить?“. Ну, как тут не оправдать желания женщины?! Я попробовал, и мне понравилось». Но если бы эта история попала бы в Голливуд, с нее точно бы соскоблили налет пошлости и обыденности. В руках хорошего мастера любой маньяк превращается в бриллиант кровавого цвета.
Но почему люди так любят триллеры? Ответ прост до оскомины. Представим психику человека в виде гигантского паззла. Тысячи ярких кусочков, и многие из них вроде бы даже и совпадают. Вот только цельной картинки, как ни старайся, все же не получается. Стараешься, собираешь, но одно неловкое движение — и все начинай сначала. Когда же ты смотришь триллер, то тебе загодя все объяснили: сценарист разжевал, режиссер разложил по полочкам, оператор показал эти полочки. Психика человека здесь — как детская поделка: грубо сработанная, с неправильными, а временами и острыми гранями, но тебе не нужно напрягаться, чтобы ее понять. А вот поди-ка пойми, что происходит в черепной коробке твоего соседа, начальника или жены… Тут уж сам ни за что не справишься.
Был в моей практике и такой случай. Жил на окраине Москвы милый трогательный мальчик — простой, как гривенник. Ночью он два раза вставал, чтобы помочиться (терпеть до утра очень вредно), и каждые три месяца менял зубную щетку только потому, что так положено. Никогда не списывал в школе и начинал ухаживать за девушкой только после того, как она официально представляла его своим родителям. То есть никогда. Он ел то, что полезно, не пил, не курил и два раза в неделю посещал недорогой спортзал. Скучен был до колик. Даже родная мать от него зевала — что уж говорить про окружающих. А потом мальчик взял и повесился, оставив после себя большую порнографическую коллекцию. После похорон я очень жалел, что так и не смог найти ключик, ведущий в таинства его сознания. Интересно, что творилось в его голове, когда он снимал девицу на толчке?! Кстати говоря, до того момента я совершенно не подозревал, чем занимаются женщины, когда сидят в общественном сортире.
О, сколько нам открытий чудных!..
В общем, нет ничего плохого в том, что человек любит триллеры. Главное, время от времени возвращаться в реальность. Но только не затем, чтобы самому повторить любимый сюжет.
Только вместо кота у раскидистого дуба я первым делом увидел Злату Чудову. Кричала тоже она — тонкий животный крик постепенно перешел в низкочастотный, утробный вой. Пощечина не помогла — прекрасная блондинка пребывала в шоке. А с дуба, словно мелкий дождик, капала кровь.
Я поднял голову.
Тот, кто это сделал, обладал извращенным чувством юмора и явной любовью к Пушкину. Тело Даши Колитовой, обмотанное фальшивыми золотыми цепочками, висело на дереве, на связанных ногах блестела рыбья чешуя. Обе руки были аккуратно рассечены — кровь текла из вскрытых вен.
— Надо ее снять…
Впервые в жизни я увидел глаза, похожие на блюдца. У дуба собрались все участники проекта. Гоша потянулся к Даше и тут же запачкался в крови.
— Не смей! — крикнул я. — Ничего не трогай!
— Но ей же больно, — укоризненно прошептал он. — Мы должны ей помочь. Она теплая — вдруг еще живая…
— Лучше Чудовой помоги! Иначе и первую красавицу проекта придется сдать в дурку, — посоветовал я и, не глядя, набрал на мобильном две цифры, которые ненавидел с детства.
Ни звука. Что за чертовщина? Я тупо повертел «нокию» в руках. Ведь еще вчера работала, точно помню. Экран мобильника был черен и пуст. Я попытался включить телефон. В ответ он потребовал вставить сим-карту. Отлично! Ко всему прочему эти добрые люди не только лишили Колитову жизни, но и меня оставили без связи. Однако, в отличие от Даши, я еще мог высказать претензии. Знать бы, кому.
Кап-кап…
На лице Даши застыло странное выражение, словно в последний момент она избавилась от иллюзий и поняла главное для себя. И это перевесило чашу не в ее пользу.
Кап-кап.
Земля под деревом уже почернела от крови. Поодаль Гоша и Боб пытались привести Злату в чувство. Остальные сгрудились у места преступления, не скрывая жадного любопытства. Наверное, многие впервые сегодня увидели смерть такой, какая она есть. Без прикрас и уловок.
— Гоша прав, — сзади бесшумно подошла Луша. — Ее нужно снять. Милицию мы все равно вызывать не будем.
— Почему?
— Распоряжение руководства канала. Завтра они приедут сюда и на месте решат, что нам делать.
Завтра?
Кап-кап…
Мысленно я аплодировал убийце: если другие жертвы были отправлены на тот свет с величайшей осторожностью, то в случае с Дашей он ни в чем себе не отказывал. Надо же, целое представление разыграл! Быстро, ловко! И ведь никто ничего не заметил. Никто, кроме камер…
Камеры!
Идиот, почему я о них не вспомнил раньше?!
Я бросился в операторскую. Если повезет, то мы его поймаем.