Мудрец
Шрифт:
Пока не подоспел Симеон, никто не начинал. Но когда доктор вместе с Джелло появился в комнате, их первым делом засыпали вопросами о здоровье Гастурта.
– Успокойтесь, успокойтесь… – сурово отмахнулся врач. Раны он, конечно, получил нешуточные, но, похоже, что зубы этих смердящих тварей не содержат яда. Следов заражения нет… Значит, экстракт шувида обязательно поможет и вместе с отварами из шакальей травы поставит его на ноги.
Джелло сжал огромные кулаки и сурово добавил, обращаясь куда-то к окну:
– Это случится даже быстрее, чем вы думаете… Твари, вы скоро заплатите за все! Прах и пепел… Пусть мои руки отсохнут, если они не оторвут в скором времени сотни этих поганых голов!
Единственным человеком, не принимавшим участие в общей оживленной беседе, оказался Марбус. Молодой парнишка сгорал от стыда и стыдливо прятал глаза не только от грозного взгляда своего начальника, но и от всех других. Сердце Найла даже порой сжималось от жалости к своему телохранителю, казнившему себя за то, что он не смог вовремя прийти на выручку к своему другу.
Первое возбуждение, вызванное встречей, прошло, и Найл приказал всем занять места на непритязательных скамьях и сиденьях-табуретах, изготовленных из толстенной колоды древнего платана.
– Друзья, вы можете подкрепиться, а мы внимательно выслушаем вас, – обратился Найл, прежде всего, к Фелиму и Бойду. – Если кто-то хочет подзаправиться, не стесняйтесь, провизии в кухне хватит на всех…
– Мы обошли оставшиеся шестнадцать домов, в которых пропали люди. устало доложил Фелим, поспешно проглотив ломтик холодной рыбы. Еще раз обследовали все хижины…
– Надеюсь, под землю больше никто не додумался прыгать в одиночку? – недовольно перебил его Джелло.
Было видно, что начальник охраны злится на своего воспитанника, так опрометчиво сунувшегося в самое пекло.
– На этот раз мы решили немного отдохнуть и набраться сил… – язвительно отозвался Фелим. – Везде, во всех этих домах нас интересовало только покрытие пола. И в каждом доме мы обнаружили тайный выход под землю…
– Крысы заранее намечали жилища, – вмешался Бойд, которому тоже не терпелось показать свою осведомленность. Потом твари бесшумно делали подкопы, вскрывали доски пола и глухой ночью, когда все жители крепко засыпали, стремительно появлялись из-под земли!
– Никто не мог оказать сопротивление! Крысы утаскивали жителей под землю, а соседи даже ничего не слышали! – гневно перебил его брат, успевший быстро проглотить изрядный кусок лепешки. Никто из нас не смог бы ничего предпринять в такой ситуации! Каждый из нас погиб бы!
– Полегче, полегче, малыш! – буркнул Джелло из угла. Не нужно бросаться пустыми словами…
На столе перед Найлом лежала подробная, полномасштабная карта Города, на которой, при желании можно было рассмотреть каждый переулок, каждый город мегаполиса. Возвратившись из Белой башни, он сразу нанес на нее схему древней подземки. Действовал он по памяти, но мнемоническая подготовка, которую он прошел за последние годы, позволяла ему запоминать огромные блоки самой сложной информации. Так что восстановить на бумаге красочную схему, представленную ему Стигмастером, не составило для него особого труда. Эта операция не заняла у него даже много времени.
Рядом с этим листом лежала та самая схема Симеона, на которой красными крестами обозначались роковые дома, в которых крысы успели осуществить подкопы.
– Давайте сравнивать… – задумчиво протянул он. Меня больше всего интересует две вещи. Нужно постараться ответить на два вопроса: где у них находится центр стаи, где логовище вожаков, и как нам кратчайшим путем пробраться в депо?
В центр комнаты неожиданно вышел старина Доггинз. Судя по его виду, его просто распирало от какой-то важной мысли. Хочешь что-то предложить нам, дружище? – поднял Найл глаза от своей карты.
Все притихли, потому что каждое выступление бывшего подрывника приносило присутствующим массу удовольствия. Говорил он мало, но всегда выражался с невероятной энергией, порой взламывающей весь ход беседы. Все это время он тихо сидел и, казалось, не собирался участвовать в обсуждении. Но, оказывается, терпение его давно было на пределе и он уже рвался в бой.
– У тебя появился план? – спросил Найл.
– Конечно! Как же без этого… Меня лично волнует только один вопрос, – впервые за этот вечер в комнате раздался хрипловатый мужественный голос Биллдо. – Меня интересует лишь одна вещь: когда мы снова возьмем в руки «жнецы»? Если мы снова возьмем у восьмилапых тварей наши разрядники, достаточно будет всего лишь пары дней, чтобы мы вместе с Джелло расчистили все подземелье от тварей.
– Ты хочешь сказать, что не нужно никакого плана? Нужно просто забраться внутрь и поливать там все подряд из расщепителей?
– Конечно! Мы вдвоем сделаем это так чисто, что на следующий день в лабиринт можно будет пускать маленьких детей, чтобы они резвились там и играли в прятки!
До самой поздней ночи шла эвакуация жителей одноэтажных кварталов. Найл созвал экстренное заседание Совета Свободных и приказал всем членам комитетов срочно переселять в центральные районы горожан из многочисленных хибар, расположенных на окраинах.
Рисковать больше было нельзя. Никто не мог сказать, сколько уже было подготовлено тайных подкопов, и Найл решился на чрезвычайную меру, – в целях безопасности он велел временно переместить тысячи горожан в безопасные места.
Ничего не понимающих жителей будили и именем Главы Совета Свободных приказывали запереть жилища, чтобы отправиться на ночлег в одно из общественных зданий.
Несколько часов длинные колонны тянулись вдоль проспектов по направлению к центру.
Слышны были и возмущенные вопли, но большинство жителей понимали, что если правитель Города пошел на такую экстраординарную меру, у него были на то все основания!
Мало кто хотел рисковать собственной жизнью. Даже те, кто громко и картинно негодовал, не оставались в потемневших районах, а продвигались вместе с остальными, не забывая крыть Главу последними словами.
Когда суета улеглась, взбудораженный Город начал успокаиваться, и запруженные народом улицы опустели, на Главном проспекте показался небольшой отряд, отправившийся в путь из ворот Дворца Главы Совета Свободных. Они задержались у ворот, словно вспоминая что-то, и устремились во мрак широким размашистым шагом.