Мы из спецназа. Бумеранг

Взволнованный голос Юрия терзал слух, колокольчиком бился под самым темечком. Таким уж человеком был Юрик Пусвацет, что даже о пустяках не умел говорить без юношеского пыла, а уж новости про своего маньяка пересказывал с такой страстью, с какой, верно, лишь в давние советские времена благодарили за правительственные награды. Рукой придерживая подрагивающий руль «десятки», Мишаня чуть отстранил от уха рокочущий сотовый телефон.

–  Погоди, погоди, Юрок, ты что - и сейчас его видишь?

–  Ясен пень, вижу! Чего бы я стал тебе звонить!

–  И где этот чертов маньяк теперь?

–  Да в кустах прячется - прямо под моими окнами! Только-только нарисовался.

–  Может, это кто другой?

–  Да ты что! Я же этого урода от пяток до макушки успел изучить. И фотографий штук пять успел отпечатать. Снимки, правда, не очень качественные, но для опознания сгодятся.

–  Ладно, верю. И что он сейчас делает?

–  Как что? Пока облизывается на студенточек, в настрой должный приходит. Я же объясняю: он - гурман, никогда сразу за дело не принимается. Сначала сеанса вволю насмотрится, слюной изойдет, а там и за дубину свою возьмется.

–  Какую еще дубину?

–  Ты дурочку-то не валяй, - ту самую, какая у всех мужиков имеется. Какую же еще? Его хлебом не корми - дай помастурбировать. Короче, жми сюда, вдвоем его и сграбастаем!

–  Ты спятил, Юрик! Я же не успею.

–  Успеешь, Мишань, слово даю. Ты же на машине, верно? Значит, вмиг обернешься. А он этим делом может минут тридцать заниматься. Я специально засекал. Настоящий марафонец!

Шебукин удивленно нахмурился.

–  Тридцать минут - это и впрямь сильно!

–  А я тебе что толкую! Потому и нет жалоб от потерпевших. Он же их всех насквозь удовлетворяет. Кто на такого заяву понесет!

–  Тут ты прав, марафонцы среди мужиков - звери редкие.

–  В общем, приезжай, а уж я тут тебя встречу. Заодно подскажу, с какого боку зайти.
– В голосе Юрия скользнула извиняющаяся нотка.
– Я бы сам его схомутал, только уж больно здоровый бычара, а у меня нога до сих пор в гипсе.

–  Ты не забывай, у меня в спине тоже осколок. И в груди свинцовой дроби - не меньше пригоршни.

–  Ты только про пригоршню мне не заливай! Я же помню, как тебя к хирургу возили. Значит, должны были все вытащить.

–  Должны были, да не вытащили. Кое-что осталось, я ведь чувствую! Даже если всего пара дробинок - тоже, знаешь ли, не подарок.

–  Ну, тогда хватай кого-нибудь из наших.

–  А кого? Димон в Белом доме отдувается, Лосев с семьей - на даче, Маркелыч, жучара такой, на выборах бабки рубит. Еще и Кольку Сватова на это дело подговорил…

–  Получается, что выхода нет. Приезжай сам!

Михаил Шебукин недовольно потер трубкой подбородок, мельком подумал о Валентине Сергеевне, обладательнице замечательной фигуры, толстого кошелька и преуспевающей фирмы. После недавней перестрелки в собственном подъезде тридцатилетняя бизнесменша воспылала к Мишане по-юношески горячими чувствами и как раз сегодня ожидала на праздничный ужин. Что-то у нее там снова выгорело - то ли крупная сделка с партнерами по работе, то ли что-то, но радостное событие Мишаню приглашали отметить. Ясно было, что торжество будет протекать предельно романтично - с пышным тортом, шампанским, музыкой и ароматизированными свечами, а завершится, разумеется, в постели - под охи и ахи все той же Валентины Сергеевны. Шебукина подобная программа вполне устраивала, и потому Юрик со своим маньяком вынырнул совершенно некстати. И то сказать, если заявлений нет, если даже милиция глядит на проделки ночного шалуна сквозь пальцы, они-то чего ради должны стараться?…

–  Послушай, Юрок, а на хрена нам эта спешка? Ты же сам говорил, будто успел составить график этого урода. Вот и пусть себе помастурбирует лишний вечерок. Не сегодня, так завтра его прихватим.

–  Да в том-то и дело, что сегодня по графику эта горилла живца попробует взять. Вот и получится, что спеленает какую-нибудь деваху и оприходует за милую душу.

–  И пусть оприходует, им же, дурам, нравится!

–  Мало ли что нравится! Ты можешь гарантировать, что этот козел СПИД по городу не разносит или еще какую заразу? И потом… - Юрий замялся.
– Вчера женушке моей сестра из деревни брякнула. Они, понимаешь, племянницу решили в город на учебу отправить. И как раз, прикинь, в наш пединститут!

–  Вон, чего ты задергался!
– Шебукин неделикатно хохотнул.

–  А ты как думал! Учись твоя родственница где-нибудь поблизости, тоже, небось, начал бы икру метать!

–  Ладно, уговорил - еду. Минут через десять буду.

–  Вот и лады! Встречу тебя внизу у подъезда…

Если верить знакомым оперативникам, маньяка, промышляющего «свежатинкой» вблизи пединститута, милиция ловила уже второй год. Ловила вяло, без малейшего энтузиазма. Оно и понятно, насильник попался «ласковый», жертв своих на куски не рвал, синяков со шрамами не оставлял, а особо строптивым даже совал на посошок деньги. Кому - рублишки, а кому и новенькие евро. Потому и жалоб от потерпевших практически не поступало. Сами студенты разок попытались отловить «вредителя», однако ночной бой завершился вничью. Насильник оказал молодежи стойкое сопротивление, порвал пару рубах и скрылся. Да и не было у ребят стопроцентной уверенности, что били того, кого нужно. Так вот и получалось, что слухи в народе циркулировали, девицы на лекциях шушукались, а маньяк продолжал навещать родные угодья, не боясь ни милиции, ни студентов.

Вычислить же злодея удалось Юрику Пусвацету. После ранения в ногу боец отлеживался дома, читал книжки, глазел в окно. Институт располагался всего в семистах шагах от его дома, и заветная тропка, по которой студентки брели на учебу, была постоянно перед глазами. Ничего удивительного, что дюжего молодца, облюбовавшего местные кущи, Юрий очень скоро взял на прицел. И уже через неделю наблюдений сообразил, что видит перед собой искомого маньяка. Еще через какое-то время вернулись из горячей командировки коллеги из «Кандагара», и Юрик окончательно утвердился в мысли, что в милицию обращаться не стоит, а «шатуна», ломающего молодых девчонок, следует брать собственными силами…

Когда было нужно, Михаил Шебукин умел держать слово. Другое дело, что слово он дал сегодня сразу двум сторонам - Юрику Пусвацету и своей подруге Валентине Сергеевне. Собственно, на ее машине он сейчас и раскатывал. Оформить по доверенности эту игрушку богатенькой даме было проще простого. Очень уж не любила Валечка, когда Мишаня опаздывал на свидания - вот и снабдила его транспортом. Тем не менее, Юрик был не просто другом, а еще и боевым товарищем, а посему ждать не мог, - женщинам же ждать полагалось от природы. Именно по этой причине в выборе своем Мишаня колебался недолго и, чуть погодя, уже мчал машину в направлении пединститута. Звонить бизнесменше он также не стал, понадеявшись, что с маньяком управятся быстро. Всего и делов-то - скрутить одного-единственного оглоеда. Как ни крути, а мужиками они были опытными, в операциях захвата участвовали не один десяток раз. К тому же в левом кармане у Мишани покоился трофейный кастет, а в кобуре под мышкой дремал вполне законный «Макаров». С такими помощниками грех было меньжеваться, а Юрка был парнем грамотным, хоть и с фантазиями. По крайней мере, версиям его по поводу маньяка можно было вполне доверять.