Мятные леденцы
Шрифт:
Человек с кольцами поспешил убраться побыстрее, прикрывая чемоданом порванные брюки.
— Молодец… — говорил Дракону Пепито, — только не много перестарался. Ладно, пошли искать ребят.
Ребята, все трое, уже собрались в условленном месте.
— Всё продали? — спросил Пепито.
— Всё, — ответил Курро. — Вот мои тридцать шесть песет.
— И мои, — сказал Китаец, вручая Пепито такую же сумму.
— А твои? — спросил Пепито Кике.
— Я продал всего тридцать, — переступая с ноги на ногу, смущённо пробормотал тот.
— А остальные?
— Дело в том…
— В чём?
— Дело в том, что когда наступило время завтрака…
— Ты съел их! — ткнул в него пальцем Курро с видом обвинителя.
Кике молчал.
— Так и есть. Не быть тебе солдатом. Тебя враг сможет подкупить куском хлеба с маслом, — презрительно заявил Китаец.
Пепито, Курро, Китаец и Дракон пошли в сторону дома. Кике плёлся сзади. Его мучили угрызения совести.
VI
Тоньо и его друзья загорали, опершись на забор, окружающий строительную площадку.
— Говорю я вам, что у них есть какое-то производство! — взволнованно рассказывал Мончо. — Я сам видел, как на празднике они торговали конфетами… У них на голове были ещё колпаки с фирменным знаком.
— И Пепито бомбу сделал! Не какую-нибудь игрушечную, а настоящую… Она взорвалась над лавкой дона Хоакина, и теперь в навесе огромная дыра. Вот такая… — добавил Пако, вытянув и соединив руки так, что получился большой круг. Он старался получше объяснить и показать, какой большой ущерб нанесла бомба и чтобы все по заслугам оценили Пепито и всё, что с ним связано.
Тоньо скептически улыбнулся.
— А собака-то… — Лео подливал масла в огонь, — та, которой мы на хвост банки привязали… Она теперь его.
— А кто собаку нашёл? Кто? — воскликнул Тоньо, стараясь поддержать свой пошатнувшийся авторитет. — Кто? Я!
— Экая важность! Теперь-то она его!
— Стану я с кем-то драться из-за какой-то паршивой собаки!
— Он её выучил всяким номерам! — с восхищением продолжал рассказывать Пако. — Такие номера хоть в цирке показывай!
— И конфеты у них необыкновенные! Я сам купил две штуки, — захлебываясь от восторга, рассказывал Мончо.
Последнее признание Тоньо воспринял как личное оскорбление.
— И ты у них покупал?.. С этой минуты ты больше не наш…
— Тем лучше! С тобой такая скучища! — огрызнулся Мончо, на которого угроза, казалось, не произвела большого впечатления.
— Тебе скучно? А что, если мы сыграем с ними в футбол и выиграем? — привёл последний довод Тоньо, оценив создавшееся положение. — Что ты скажешь на это?
Ребята задумались. Возможность победить своих противников на спортивной арене показалась им заманчивой.
— У них ведь Китаец… а ведь в футболе он… ас, — заметил с сомнением Лео.
— Просто он никогда ещё не играл против меня, — тщеславно заявил Тоньо. — Увидите, как я таких асов делаю!
Он казался уверенным в себе, но на самом деле всё было не так. Последнее время ему не везло, всё оборачивалось против него, а Пепито, казалось, сопутствовала удача.
Если и дальше пойдёт так, то он, Тоньо, станет посмешищем всего квартала. Надо было что-то предпринимать, и побыстрей.
Эта мысль не давала ему покоя. И, стараясь скрыть досаду, он отправился к Пепито. Пепито очень удивился, увидав его, но старался быть приветливым. Он пригласил гостя присесть на тахту и угостил его остатком лакричной палочки, что осталась у него от игры в индейцев.
— Я хочу кое-что предложить тебе… — с трудом выдавил из себя Тоньо. — Есть одно дело…
Пепито насторожился.
— Понимаешь… Мои ребята что-то заскучали… говорят, что давненько не было ничего весёлого… ничего волнующего… Я хочу предложить вам сыграть с нами в футбол. Проведём небольшую товарищескую встречу… — И после паузы спросил: — Что ты на это скажешь?
— Что же, давайте. Охотно сыграем, только ведь вы проиграете.
— Не уверен… — Тоньо стоило больших усилий корректно продолжать разговор.
— Наверняка проиграете. Ты что, не видел, как играет Китаец?
— Знаю, что хорошо, — тень Китайца и слава об его игре угнетала Тоньо.
— Если проигрыш не имеет для вас значения, давайте сыграем.
— Дело в том, что проиграть нам никак нельзя, — хмуро признался Тоньо.
Пепито ничего не понимал.
— Играть мы будем всё равно… мы должны играть… Но так, чтобы мы не проиграли… — объяснил Тоньо. — Понимаешь?
— Пока нет.
— Тебе нужны деньги. Не так ли?
— Так, и довольно много.
— Я дам тебе за это пятьдесят монет…
Пепито удивился, он не мог поверить в то, что Тоньо, зная об их неприятностях, хочет помочь им. Он готов был расцеловать Тоньо, но тот продолжал:
— …конечно, в обмен на кое-что.
— На что?
— Вы нам дадите выиграть.
— И тебе не стыдно предлагать такое? — Пепито не верил своим ушам.
Тоньо решил испить горькую чашу до дна, другого выхода у него не было.
— У меня есть на это соображения… высшего порядка. Итак, пятьдесят песет… Мяч будет наш. У нас есть настоящий футбольный.
Пепито вспомнил свой мяч, мяч из старых носков, и подумал, что, пожалуй, рискованно играть настоящим футбольным мячом без подготовки.
— Сам не знаю… Вдруг ребята не захотят…
— А ты поговори с ними. Но, чур, моим об этом ни слова. Уговор?
— Ни слова, — торжественно произнёс Пепито; чтобы прекратить неприятный разговор, добавил: — И хватит об этом!