Чтение онлайн

– В твоём плане слишком много этих "вдруг получится"...

"И что?!!! - Марико почти закричала от досады.
– Сдаться и сидеть тут до конца жизни??!!!"

Донни надолго замолчал. Наконец, девушка решилась спросить:

"Донни, почему ты за столько лет не попытался убежать?"

– Потому что мне некуда идти.

"Ты мог бы обратиться в полицию, в ФБР - тебя же похитили".

– А что, если я в розыске? Тут полно ребят, выглядящих так, словно они выросли в уличной банде. И это, в общем, логично - брать сюда именно таких. Значит, и я такой...

"А я?"

– У тебя особый случай. У тебя ведь и амнезии нет...

"А у тебя есть. Тебя положили бы в клинику, обследовали, может, даже вылечили бы".

– И что потом? Если я совершил какое-то преступление - посадили бы в тюрьму. Ну и какая разница, в какой тюрьме торчать?

"Ну... В обычной есть телевизор, библиотека, прогулки, занятия спортом... И главное - никто не колет всякую дрянь и не убивает твой мозг и сердце. Мне это сейчас показалось бы счастьем..."

Донни снова задумался.

– Может, ты и права... Но, боюсь, у нас нет времени, чтобы как следует продумать побег. Групповое занятие уже завтра. А до следующего я могу и не дожить...

"Значит, нужно пытаться прямо теперь! Я попробую проследить за медсестрой сегодня вечером".

– Кислородное голодание повредило тебе мозг?!
– возмутился Донни.
– Ничего не выйдет! Ты только снова будешь валяться под кардимонитором и капельницами.

Неожиданно даже для себя Марико пришла в бешенство.

"Мне наплевать. Я намерена выбраться отсюда любой ценой. Я не хочу тешить садистские наклонности кучки стерв десяток лет. Если ты трусишь - буду пытаться сама".

– Это не трусость, это...

"Ты со мной или нет?!!" - перебила девушка.

Донни помолчал столько, сколько требуется на глубокий вздох. Наконец, ответил:

– Да. Ты чокнутая, но я не могу бросить тебя одну. Моей амнезии маловато, чтобы забыть, что такое совесть...

"Тогда помогай мне! Пожалуйста".

Вечерний укол прошёл ещё легче прежних. Марико поразмышляла о возможных причинах: поменяли дозировку? организм привык?
– но быстро оставила это. Какая разница? Если всё получится, завтра её здесь не будет.

Медсестра убрала шприц и возилась возле аппаратов. Марико осторожно потянулась к ней, закрыв глаза. Попыталась представить себя на месте женщины. Натолкнулась на сопротивление. Попыталась ещё раз. Женщина досадливо поморщилась и потёрла висок.

Марико мысленно выругалась от досады. Что-то она делала не так, но никак не могла понять, что именно. Наверное, она пытается пройти напролом. А нужна какая-то хитрая лазейка. Может быть, нужно поймать какое-то особое состояние другого человека, чтобы "подключиться" к нему? Но какое? Или самой нужно войти в особый транс? Опять же: как? в какой?

А медсестра уже повернулась и уходит. Марико почти бездумно воскликнула мысленно:

"Подождите!"

Женщина приостановилась и обернулась в недоумении. Марико крепче сжала веки, и тут поняла, что вполне ясно видит свою палату. Правда, с какого-то странного ракурса... И надо его удержать! Затаиться и молча смотреть...

Медсестра пожала плечами и пошла к двери, за дверь, по коридору. Зашла в кабинет старшей стервы, положила на стол папку с бумагами. Вышла обратно в коридор, пошла к лестнице и поднялась на несколько пролётов. Похоже, на два этажа. Ещё короткий коридор. Налево - полуоткрытая дверь. Медсестра зашла туда, улыбаясь и весело щебеча с троими охранниками, сидящими перед пультом и кучей мониторов. Она пробыла там минут пятнадцать, строя глазки старшему смены. Потом вышла, снимая на ходу халат, дошла до раздевалки справа, там переоделась и, наконец, крикнув громко охранникам, что выходит, дождалась щелчка и открыла дверь.

Вечерний свет заливал обыкновенную улицу коттеджного района. Медсестра подошла к стоящему на обочине тротуара автомобилю и села в него. Марико, почувствовав тяжесть в голове и ускорившееся сердцебиение, открыла глаза, возвращаясь в палату.

Надо же, выход, оказывается, совсем недалеко! И даже если они не будут тянуть время, то вряд ли столкнутся с остальными, идущими на занятие - их с Донни палаты крайние, как раз возле поворота коридора, ведущего в кабинет старшей и на лестницу.

Отдохнув и дождавшись, когда успокоится сердце, Марико решила попробовать усыпить одного из охранников. Мысленно потянувшись в их комнату, девушка ощутила присутствие, но только двоих. Может быть, один их них куда-то вышел? Впрочем, это не важно. Надо влезть в чью-нибудь голову и заставить хозяина уснуть.

Вот. Появилась картинка - стол с пультом, куча мониторов. Кстати, можно заглянуть в палаты. Большинство спит после вечерних уколов. Темнокожих юношей трое. Но вот этот - старше других. Донни. Не спит - значит, и сегодня ему не делали инъекцию... Сидит на кровати, немного раскачиваясь, губы шевелятся. Наверное, снова поёт какую-нибудь из своих религиозных песен. А выглядит неважно: худой, почти истощённый, глаза лихорадочно поблёскивают из-под ресниц... Впрочем, она сама сейчас вряд ли выглядит лучше.

Однако хватит любопытства. Марико сосредоточилась, стараясь как можно точнее вспомнить состояние крайней усталости, когда сон накатывает резко и так сильно, что глаза закрываются и все мышцы обмякают...

Картинка поплыла, затуманилась и потемнела, мысленный фон охранника спутался и смолк. Получилось? Как проверить? Ах, да - рядом ведь сидит другой. Получилось! Мысли напарника полны недоумения, он зовёт товарища, а тот не откликается. Подходит, трясёт того за плечо. Охранник вскидывается, бессмысленно хлопает глазами и отключается снова, пробормотав что-то невнятное. Ну и ладно. Пусть себе спит. Выспится - пробудится.

Ещё одна мысль пришла девушке в голову. Глазами недовольного охранника она оглядела пульт. Да, вот этот ряд кнопок открывает двери палат. Надо как следует запомнить...

Марико снова вернулась в свою палату. Однако ощущение усталости и сонливости, которое она внушала другому человеку, не отпускало. Интересно, это потому, что она действительно устала, или проделанное внушение так отозвалось?

Тут девушке пришла в голову совершенно шальная мысль. Один охранник уже крепко спит. А что, если сейчас усыпить второго? И попытаться бежать - прямо теперь!