Чтение онлайн

Мы помолчали. Заели, запили рассказ Олега.

– Олег Сильвестрыч, скажи пожалуйста, почему не взорвались другие кристаллы, которые остались в Риге после разрушения пузыря? – спросил я.

– Ну здесь как раз все понятно. Их никто не трогал, пока пузырь работал.

Опасны, только те кристаллы, которые извлекаются во время действия пузыря. Причем извлекаются не должным образом. Без подобающего колдовства. После того как пузырь исчезает, остальные кристаллы превращаются в простые булыжники. Их можно просто собрать и потом использовать снова. Собственно, что я и сделал, по возвращении в Ригу, - Олег приподнял лежащий рядом с ним на скамейке мешок и слегка встряхнул. Раздался слабый, на грани слышимости, звон.

– Подожди, подожди! Получается, когда мы пошли извлекать кристаллы, ты уже знал, что их просто так, без соответствующего заклятия трогать нельзя?
– спросил я.

– Знал!

– И тем не менее позволил нам это сделать, рискуя целым городом? – я оценивающе посмотрел на орка.

– Ну риска почти никакого не было. В этом деле я все-таки использовал несколько магических приемов, которые, скажем так, оттягивали время взрыва. Я это проделал со всеми кристаллами. Поэтому хотя и небольшой, но запас времени у меня был. И, ты, Андрей Борисович, был со мной. Так что риска и не было - Олег благодарно похлопал меня по плечу.

В голове сразу пронеслась фраза из давно забытой детской песни «И мой сурок со мною!» Я едва заметно улыбнулся. Как связаны моя скромная персона и стабильность артефактов, я уточнять не стал. Надо будет, Олег сам расскажет. Спросил о другом:

– А почему боевые маги применили такие суровые методы, чтобы исключить возможность извлечения артефактов. Прям апокалипсис местный мог случиться.

– Здесь как раз все понятно. Зачем им заниматься более тонкими заклинаниями? Им от вас ничего не надо. И вы сами им не нужны. Более того,они считают людишек очень трусливыми, хитрыми и коварными. Наверняка решили, что если люди и придумают, как их извлечь, то не полезут – испугаются.

Олег поднял кувшин пива и выпил его одним глотком:

– Для меня же это была возможность отомстить им!

Пока мы ели и разговаривали, в зале заметно поубавилось людей. Многие подзывали к себе половых, кидали им мелкую монету и устраивались спать прямо на лавках у столов.

– Пожалуй, пора спать! – я подозвал официанта и рассчитался с ним за ужин. Я уже хотел спросить у человека, можно ли в трактире снять комнату, как Шереметьев предложил мне переночевать у него.

Как оказалось, он снял здесь две комнаты, в одном из новых доходных домов на Невском проспекте. В этой реальности они появились в России лет на сто раньше, чем в моей.

Я согласился. Спать в сомнительном трактире мне не очень хотелось. Олег начал было с нами прощаться, но Сергей сказал, что никуда того не отпустит и буквально настаивает, чтобы орк переночевал у него. В конце концов, Олег согласился.

Мы вышли из трактира и медленно направились по будущему Литейному проспекту в сторону Невского.

Было уже темно. В спину с Невы дул промозглый ветер, то и дело кидая нам вдогонку заряды дождя. И все же я отлично себя чувствовал. Надежные друзья рядом, хорошая еда и выпивка подняли мне настроение после застенков Ромодановского.

Так, мы и шли, кутаясь в плащи, продуваемые всеми ветрами и поливаемые дождем, но в отличном настроении. Шереметьев предложил срезать, и мы свернули на широкий, но слабоосвещенный проезд.

Мы не прошли по нему и ста метров, как навстречу нам стал приближаться цокот копыт. Лошадь была явно не одна. И точно через минуту из пелены дождя выехали семь всадников. Ехали они стремя к стремени, перегородив всю улицу.

В одном из них я узнал Крынкина. У остальных лица были чем-то обмотаны. Платками или шарфами, черт их разберет. Каждый держал по два заряженных пистолета.

Мы втроем невольно попятились, но позади нас тоже раздался цокот копыт. Я оглянулся. Там, откуда мы пришли, появилась еще пятерка всадников. Каждый тоже с парой заряженных пистолетов в руках.

Внутри меня словно сжалась пружина. Возникло ощущение, что вот-вот прыгнешь с большой высоты в воду.

Увидев эту пятерку, Крынкин выехал слегка вперед и не спуская с меня ехидных глаз, елейным голосом произнес:

– Андрей Борисович, какая неожиданная встреча! Мы вот с друзьями выехали погулять перед дуэлью, глядь, а тут вы со своим другом и каким-то зеленым чудищем! Тоже любите погулять перед дракой?

– Нет, не люблю. Я предпочитаю хорошо выспаться, перед тем как надеру вам задницу! Впрочем, раз мы уже встретились, я предпочел бы не откладывать эту малоприятную процедуру до утра. Как вы на это смотрите, сударь? – я демонстративно достал тесак.

Крынкин жестом успокоил всадников, дернувших в нашу сторону стволами, когда я достал тесак:

– Вы, я вижу Ермолич, никак не успокоитесь?

Я сделал вид, что обдумываю, как поязвительнее ответить Крынкину. Пока шел этот обмен мнениями между мной и Крынкиным, я чувствовал, как в районе моего клейма в виде звезды разгорается синий магический огонь. Меня порадовало, что моя магическая энергия, так чутко улавливает мои настроения.

За те доли секунды, что остались до того, как Крынкин начнет действовать, я попытался мысленно связаться с Олегом и Сергеем. Мне это удалось. Сначала орк, а потом и Сергей внимательно посмотрели на меня. Единственное, что я, успел им передать, было: «Вместе!»

В следующее мгновение Крынкин махнул рукой, и всадники, стоявшие перед нами, синхронно нажали на спусковые крючки.

Дальше все вокруг вдруг замедлилось. От стволов пистолетов медленно отделились круглые свинцовые шарики и медленно полетели к нам. Сами всадники будто застыли. Повернув голову назад, я увидел ту же картину и сзади.

Среди нас троих в этом застывшем мире свободно двигались я и Сильвестрыч. Сергей застыл, как и все. В его глазах плескалась решимость умереть.

– Делай как я, но по задним! – крикнул я орку и выпустил наружу свою энергию, представив огромный щит, прикрывающий спереди нас троих.

Передо мной выросла стена холодного синего света, и тут же время вернуло свой нормальный бег.

В то же мгновение полтора десятка пуль, не долетев до нас полуметра, упали на землю. Меня продолжал наполнять поток энергии. Защитная стена передо мной продолжала расти и утолщаться.