Чтение онлайн

— Только пусть твой Герез заплатит содержателю конюшни лишь половину суммы, да пригрозит хорошенько…

— Зачем? — не поняла девушка.

— Затем, что даже в этом случае любой трактирщик сообразит, что стоимость сантэрского скакуна многократно превышает то, что он может заработать, и ему крайне сложно будет удержаться от искушения продать твоего Карвена, если представится случай. — Лан вздохнул, разъясняя очевидные с его точки зрения вещи. — И еще пусть прячет его от посторонних глаз, лишние слухи нам не к чему.

Тэсса согласно кивала, заранее соглашаясь со всеми доводами собеседника, обрадованная тем, что ее ненаглядный Карвен все-таки будет с нею. Непрактичность девушки в очередной раз сказалась в том, что она, планируя передать через юного Таскилла записку конюху, даже не озаботилась захватить с собой перо и бумагу. У Лана тоже не было письменных принадлежностей, поскольку он, несмотря на всю свою предусмотрительность, никак не мог предположить, что среди ночи им понадобиться что-нибудь писать. Но парень и тут нашел выход, предложив Лотэссе написать записку позже и оставить ее в каком-нибудь условном месте недалеко от входа Таскиллов, чтобы он мог забрать послание. Местом был выбран раскидистый платан, ствол которого был почти полностью скрыт оплетающим его плющом. Конечно, дупло в дереве, да еще и на высоте человеческого роста, пришлось бы кстати, но, увы, природа не всегда готова подстраиваться под людские прихоти. А потому молодые люди условились, что Тэсс просунет свою записку под плети плюща, а Лан заберет, как стемнеет.

На прощание Тэсса крепко сжала руки парня, преисполненная благодарности. Тому факту, что Лан задержал ее ладони в своих чуть дольше, чем следовало, она не придала особого значения. Расставшись с Таскиллом, девушка поспешила к себе и, едва добравшись до кровати, заснула как убитая.

Проснулась она после полудня и тут же принялась за письмо к Герезу. Записка вышла короткой и деловой, Лотэсса была уверена, что все самое важное Лан передаст ее конюху на словах. Закончив, она спрятала сложенный листок бумаги за корсаж и направилась к заветному дереву. Был день, и гостья короля спокойно могла прогуливаться по паркам сколько душе угодно, не вызывая ничьих подозрений. Естественно, в этот раз девушка выбрала другой путь, прыгать через перила галереи днем было не только без надобности, но и весьма неразумно.

Тэсса решила пойти через старый розарий. Он был разбит по желанию королевы Тарлины — жены покойного короля Лендера и матери последних Ильдов. Девушке нравилось это место. Пышные розы цвели по обеим сторонам неширокой дорожки, источая дивный аромат и радуя глаз богатством цветов и оттенков. Лотэсса привычно ощущала сквозь тонкие подошвы мягких туфель камешки, которыми была вымощена тропинка. Черные и белые, они лежали не плашмя, а ребром, отчего узор становился рельефнее.

За розарием начиналась лестница. И хотя розарий назывался «старым» лестница была куда старше. Скорее всего, она была тут изначально, являясь ровесницей дворца. Лестницу, в отличие от розария, Тэсс очень не любила. Ступени были не просто старыми, сколотыми и покрытыми трещинами, но и огромными. Можно подумать, что в прежние времена люди были великанами, с досадой подумала девушка. Разве у прежних Ильдов ноги были намного длиннее, чем у их потомков? Тэсса не была маленькой, и коротконожкой ее тоже никак не назовешь, однако высота ступеней почти достигала ее колен. Каждый шаг давался с трудом, приходилось скорее спрыгивать, чем перешагивать ступеньки. Подол платья Лотэсса была вынуждена поднять несколько выше, чем дозволялось приличиями. Благо в это место редко кто забредал, а потому она рассчитывала, что минует дурацкую лестницу, никем не замеченная. На всякий случай, однако, Тэсс держала спину прямой, а голову высоко поднятой, дабы не смотреться со стороны совсем уж смешной. Именно из-за откинутой головы и взгляда, гордо устремленного вдаль, она и споткнулась на последней ступени.

Девушка не успела осознать, что с ней произошло, и толком испугаться, как оказалась в руках подхватившего ее мужчины, очевидно, стоявшего у подножия лестницы и не замеченного оттого, что она смотрела не вниз, а вперед. Подняв взгляд на своего спасителя, Тэсса вздрогнула, как от удара. Над ней, насмешливо улыбаясь, склонился не кто иной, как сам Валтор Дайрийский.

— Энья Линсар? — он изогнул бровь, изображая удивление. — Не стоит меня благодарить, я и без того по вашим прекрасным глазам вижу, как сильно вы меня ненавидите в этот момент.

— Пустите меня! — Лотэсса и впрямь задыхалась от злости на него, на себя и на обстоятельства, из-за которых оказалась в подобном положении.

— Разумеется, — король тут же разомкнул руки и даже сделал шаг назад. — А между тем, — усмехнулся Малтэйр, — я оказал вам неоценимую услугу, спас от поистине ужасной участи…

— От какой же? — меньше всего она хотела обсуждать случившееся, но вопрос сам сорвался с губ.

— Не столь страшна перспектива сломать себе ноги или даже шею, как рухнуть на колени перед дайрийским чудовищем. Не правда ли? Что может быть унизительнее?

Разве что рухнуть к нему в объятия, обреченно подумала про себя Тэсс. Но она не может позволить себе выглядеть в его глазах дурочкой, исходящей бессильной злобой. Даже оказавшись в крайне неловкой ситуации, нужно уметь сохранять лицо.

— Вы напрасно полагаете, эн Малтэйр, что не дождетесь благодарности, — увидев заинтересованность в его глазах, она продолжила. — Напротив, я чрезвычайно ценю вашу заботу. О, ваше беспокойство обо мне поистине безгранично! — с каждым словом яда в голосе прибавлялось. — Вы не только обеспечили мне своей высочайшей волей почетное заключение во дворце, но еще и лично соблаговолили следить за каждым моим шагом…

— Вы полагаете, я следил за вами? — Валтор расхохотался.

Вряд ли, конечно. Стал бы король утруждать себя или даже своего драгоценного Торна подобными вещами. Шпионить за ней приставили бы кого попроще и незаметнее. Но почему бы не уколоть Дайрийца лишний раз, заодно показав, что она не так уж и смущена случившимся.

Решив, что она сказала все, что хотела, Тэсса решительно развернулась к Малтэйру спиной и пошла прочь, искренне надеясь, что он не последует за ней.

— Смотрите под ноги, моя принцесса! — крикнул король ей вслед.

— Я не принцесса! — она даже не обернулась.

— И верно, — он усмехнулся. — Но не беда, скоро у меня будет право звать вас «моя королева»…

— И что? — Альва прямо-таки задыхалась от злости. — Теперь мы должны позволить перебить нас поодиночке, не оказывая ни малейшего сопротивления?!

— Брось, — поморщился Чиртон. — Нас, — он сделал особый упор на это слово, — нас никто не тронет.

— С чего такая уверенность? — ехидно вопросила девушка. — Только за последние дни двое покойников в нескольких кварталах друг от друга! У нас на глазах убивают людей!

— И что с того? — в голосе купца слышалась презрительная усталость, словно его утомляла необходимость объяснять глупой девчонке элементарные вещи. — Для того, чтобы охранять жизнь и имущество порядочных людей, есть стража. Конечно, стражники не могут, да и не должны защищать каждого жалкого бродягу, но уж поверь мне, достойных жителей столицы никто в обиду не даст. И вовсе нет необходимости самим хвататься за ножи и топоры, охраняя по ночам покой своего квартала. Странные, право, идеи приходят в твою голову, девочка.