Чтение онлайн

Он чувствовал, как неведомая сила увлекает его куда-то, но не мог сопротивляться, не мог говорить. Потом увидел руки, руки помощи, протянутые к нему: Каррьер, Малларме, Лекок, Папа, Бальзак, даже Гюго. Он улыбнулся. А потом увидел скульптуры, множество скульптур: «Грусть», «Искушение святого Антония», «Женщина, сидящая на корточках», «Психея», «Минотавр», «Гюстав Малер», «Моцарт», «Собор», «Страдание», «Последнее видение»; он и забыл, как много их создал. Он лежал и изумлялся миру, созданному им, и вдруг с гордостью воскликнул:

– Разве ваяние не самое прекрасное из искусств!

Теперь плач прекратился, и это обрадовало его. Должно быть, они понимали, что он чувствует. В этом не было ничего ужасного. Просто он возвращался туда, откуда пришел, – в землю, которая дала ему жизнь.

Огюст закрыл глаза и погрузился в сон, лишенный сновидений. В этот момент он был похож на одну из своих статуй.

На следующий день Германия, несмотря на то, что находилась в состоянии войны с Францией, объявила; «Хотя Огюст Роден, величайший из французских скульпторов, и родился во Франции, он, как Шекспир и Микеланджело, принадлежит также и Германии».

Через шесть дней после смерти Родена его вечный враг, Французская Академия, приобщила его к сонму бессмертных.

Маленький Огюст умер через девятнадцать лет от алкоголизма, не оставив после себя наследника.

Камилла дожила до 1943 года; рассудок так больше и не возвращался к ней.

В 1962 году отец Пьер Жюльен Эймар, который много лет назад, когда Роден был братом Августином, мудро вернул его к скульптуре, был причислен к лику святых консисторией во главе с папой Иоанном XXIII.

В 1963 году «Мыслитель» стал одной из самых известных в мире скульптур. Знай об этом Огюст, он, наверное, улыбнулся бы столь редкой для него улыбкой.

Молодые люди, желающие стать служителями красоты, вы будете, возможно, рады найти здесь резюме длительного опыта.

Благоговейно любите мастеров, которые предшествовали вам.

Преклоняйтесь перед Фидием и Микеланджело.

Восхищайтесь божественной ясностью одного и суровым страданием другого. Восхищение-это хорошее вино для благородных умов.

Остерегайтесь, однако, подражать вашим предшественникам. Уважая традицию, умейте распознавать то вечно плодотворное, что она таит в себе; любовь к природе и искренность – то, к чему страстно звали все гении. Все они обожали природу и никогда не допускали лжи. Таким образом, традиция вручает здесь ключ, который поможет вам избежать рутины. Она предлагает вам всегда вопрошать действительность, но запрещает слепо следовать какому-либо мастеру.

Пусть единственной вашей богиней будет природа.

Имейте к ней неограниченное доверие. Знайте, что она никогда не бывает безобразной; сохраните верность ей, не боясь поступиться своим честолюбием.

Для художника все прекрасно, потому что в каждом существе, в каждой вещи проницательный взор его открывает характер, то есть ту внутреннюю правду, которая просвечивает сквозь внешнюю форму. И эта правда есть сама красота. Благоговейно изучайте ее, и в этих поисках вы непременно найдете ее, обретете истину.

Работайте, отдавая работе всего себя.

Вы, скульпторы, развивайте в себе понимание глубины. Ведь наш разум лишь с трудом воспринимает ее. Он представляет себе явственно только поверхности. Вообразить себе формы в их объемности он не в состоянии. Но именно в этом и заключается ваша задача.

Прежде всего наметьте себе основные планы фигур, которые вы ваяете. В особенности акцентируйте направление, какое вы хотите придать каждой части тела – голове, плечам, тазу, ногам. Искусство требует смелости. Хорошо подчеркнутым бегом линий вы погружаетесь в пространство и овладеваете глубиной. Когда ваши планы определены, все найдено. Ваша статуя уже живет. Детали рождаются и размещаются затем уже сами собой. Когда вы лепите, никогда не мыслите в поверхности, а только в глубину.

Пусть ваш рассудок воспринимает каждую поверхность как оболочку объема, выталкивающего ее изнутри. Представляйте себе все формы как бы обращенными к вам. Всякая жизнь возникает внутри себя, но затем развивается, раскрывается изнутри вовне. Равным образом и в хорошей скульптуре всегда угадываешь сильный внутренний импульс. В этом секрет античного искусства.

Вы, живописцы, также наблюдайте действительность во всей ее глубине. Взгляните, например, на портрет, написанный Рафаэлем. Когда этот мастер изображает человека в фас, он несколько скашивает его грудь: таким образом, он создает иллюзию третьего измерения.

Все великие мастера изучают пространство. Именно в знании объема и заключается их сила.

Помните об одном: нет линий, есть только объемы.

И когда вы рисуете, никогда не думайте о контурах, а заботьтесь только о рельефе. Ведь именно рельеф, и правит контуром.

Упражняйтесь беспрерывно: нужно набивать себе руку в ремесле.

Искусство – не что иное, как чувство. Но без знания объемов, пропорций, цвета и без искусной кисти всякое живое чувство будет парализовано. Чего может ждать даже величайший поэт в чужой стране, язык которой ему незнаком? К несчастью, в новом поколении художников много таких поэтов, которые не хотят учиться выражать свои мысли. Потому-то мы и слышим от них одно бормотание.

Больше терпения! Не надейтесь на вдохновение. Вдохновение вообще не существует. Единственные добродетели художника – мудрость, внимательность, искренность, воля. Выполняйте вашу работу, как честные труженики.

Будьте правдивы, молодые люди. Это не значит – будьте банально точными. Скрупулезная точность – это точность фотографии и муляжа. Но искусство возникает лишь там, где есть внутренняя правда… Пусть все ваши краски, все ваши формы служат выражению чувств.

Художник, который довольствуется точным изображением действительности и рабски воспроизводит даже самые незначительные детали, никогда не станет настоящим мастером. Если вы бывали на каком либо итальянском кладбище, вы, несомненно, заметили, с какой наивностью стремятся создатели надгробных памятников скопировать в своих статуях вышивки, кружева или волосы, уложенные в косы. Художники, может быть, точны, но они не искренни, потому что их души здесь не затронуты.