Чтение онлайн

По словам Телы, еще двое Архонтов не явились, чтобы занять приготовленные для них места в стасис-коконах.

Итак, шестеро. И один из них – Лорд-Протектор. Очень плохо…

– Тела, на какой срок первоначально были запрограммированы коконы?

– Пять местных суток.

– Почему стасис не был отключен вовремя?

– Большая часть управляющих цепей вышла из строя при повреждении контрольного пункта. – Интересно, ему показалось или в голосе искусственного интеллекта и в самом деле послышалась печаль? – Остался лишь автономный контур деактивации поля, не имеющий связи с моими системами.

– Что привело его в действие?

– Нет данных.

Ярослав ощутил, как первая волна боли пробежала по обожженному плечу. Действие магии завершалось… он использовал очень сильное заклинание, и теперь его тело некоторое время будет сопротивляться магии, отгоняющей боль. Необходимо было срочно заняться лечением, в противном случае он может просто потерять сознание. Это займет какое-то время… а бункер сейчас представляет для него одну огромную ловушку. Если Архонты вернутся – ему не удастся справиться с ними.

Придется отступить.

– Тела, ты можешь заблокировать портал так, чтобы через него не мог пройти никто, кроме меня?

– Повторяю, управляющие контуры транспортной системы не имеют связи со мной.

– Ах да, я забыл…

Некоторое время он раздумывал над своими возможными действиями. Остаться здесь и ждать прихода атлантов в надежде выиграть поединок один против шести? Теперь, когда они предупреждены об опасности, шансов на успех почти не было. Да и сколько ждать? Может быть, они атакуют его уже через несколько минут, а могут не появиться здесь и месяц… Внезапно он вздрогнул – а ведь им не составит особого труда запереть чужака в бункере навеки. Это ведь так просто.

– Тела, слушай приказ. Отныне любое существо, сходное по характеристикам с человеком, появившееся в этом бункере, должно немедленно заноситься в перечень допущенных к получению информации. Имеющиеся у тебя системы нападения деактивировать, не использовать ни при каких обстоятельствах.

– Принято.

– Через пятьдесят тактов все свои системы переведи в режим максимальной экономии энергии.

– Принято.

– Прощай, Тела.

Искусственный интеллект не ответил.

Ярослав подошел к пульту управления порталом. Как он и предполагал, арка была холодной и безжизненной – Архонт, покинув бункер, отключив транспортный канал с другой его стороны, старался замести следы. И это ему удалось – Ярослав с сожалением обнаружил, что пульт был слишком уж простым устройством, он не вел запись выполненных операций и не мог подсказать, по какому адресу был отправлен последний пассажир. Потребовалось некоторое время, чтобы снова заставить портал заработать.

Напоследок оглядевшись по сторонам, он подвесил в воздухе, возле самого портала, боевую звезду примерно третьего уровня. Почти невесомый, ослепительно яркий голубой шарик, потрескивая и распространяя вокруг запах озона, медленно опускался вниз и должен был достичь пола секунд через сорок. Как только это произойдет, здесь станет очень жарко. Очень. От арки портала и от контрольного пульта останутся разве что лужи расплавленного орихалка, но толстые стены и наглухо закрытая дверь должны уцелеть. Теле ничего не угрожает – кроме разве что длительного одиночества. Когда-нибудь этот бункер все же найдут, но произойдет это очень и очень не скоро. Быть может, к тому времени человечество, если ему суждено уцелеть, будет готово к встрече с технологиями Великой Атлантиды.

Ярослав, прекрасно понимая, что отменить принятое решение он уже не сумеет, быстро нырнул в серое марево портала и, мгновение спустя оказавшись в полумраке подземного храма, прервал работу транспортной системы. Пройдет еще несколько секунд – и где-то далеко отсюда, в морской глубине, под толстым слоем донных отложений, произойдет взрыв, навсегда лишив атлантов возможности укрыться в бункере.

Он застонал от боли… теперь можно было вплотную заняться раной.

– Наверное, немного жалко. Знаешь, мне когда-то рассказывали, что в некоторых мирах, далеко ушедших по технологическому пути развития, отказались от создания искусственных интеллектов. Они ведь тоже стареют, изнашиваются, и наступает время, когда их приходится выключать… а это слишком похоже на убийство.

– Но ведь они не живые?

– Жизнь – понятие относительное, – пожал он плечами.

В дверь постучали.

– Мы кого-то ждем? – задал Ярослав риторический вопрос.

Ольга дернулась, собираясь встать.

– Сиди, я посмотрю, кто там.

Он поднялся и вышел в прихожую, на ходу сканируя пространство за дверью. Двое. Мужчины. Вооружены… вот дерьмо. И все же чувство опасности молчало, словно не было ничего подозрительного в появлении у его дверей поздно вечером – можно сказать, уже ночью – двоих мужчин с оружием.

Лет двадцать назад, еще до того, как они с Ольгой поселились в этом домике на окраине Москвы, Ярославу – тогда его, впрочем, звали иначе – приходилось довольно много общаться с людьми, испытывающими нездоровую страсть к оружию и всегда готовыми пустить его в ход. И немало среди них было таких, кто с удовольствием отправил бы в мир иной Джерри Вирма, полицейского из отдела по расследованию убийств славного города Детройта. Он усмехнулся – это было не самое простое время. Но в общем-то и не самое плохое. Все было просто – по одну сторону свои, по другую – враги. Врагов постепенно становилось все меньше и меньше, но и среди «своих» случались потери. Потом он допустил ошибку… серьезную ошибку, непозволительную. Поддался чувствам, хотя должен был следовать требованиям закона. Пришлось распрощаться и с работой в полиции, и с Америкой, тем более что его личностью заинтересовались агенты ФБР, которые, вопреки бытующему среди офицеров полиции мнению, не зря ели свой хлеб с маслом. В ближайшую сотню лет ему лучше на североамериканском континенте не появляться… ну, по крайней мере без дополнительных мер предосторожности. У ФБР хорошая память и не менее хорошие картотеки, сведения в которых не имеют сроков давности.

В общем, он не боялся людей с оружием. А вот им следовало бы поостеречься.

– Добрый вечер, – вежливо поздоровался один из непрошеных гостей. Вероятно, старший в этой паре. Оба были в штатском, но за невысокой оградой стояла машина, не дававшая усомниться в своей принадлежности ко вполне определенной государственной структуре, к тому же в руке старший держал плотно набитый потрепанный портфель, с каким до сих пор можно увидеть разве что старого учителя, да еще сотрудника властных структур. Надпись «милиция» на борту потрепанного «жигуля» была прекрасно видна в свете лампы, освещавшей крыльцо и дорожку к калитке.

– Доброй ночи, – холодно отрезал Ярослав.

– Да, вы правы. – Мужчина кивнул, но если он и испытывал чувство вины, на его лице это никак не отразилось. – Извините, что так поздно. Господин Верменич, я не ошибаюсь?

– Ни в коей мере.

– Капитан Бурун, уголовный розыск. Еще раз прошу прощения за поздний визит, но мне… нам и в самом деле надо с вами поговорить. Дело не терпит отлагательства, и…

– И вы постараетесь меня долго не задержать, – не удержался от шпильки Ярослав.