Чтение онлайн

Не дожидаясь ответа, дама обратилась к молодому человеку:

– Позови двух извозчиков, Эрбаб.

Дама со своим молодым спутником села в передний экипаж.

– Посади их с вещами в свой фаэтон и поезжай за нами, - приказала дама второму извозчику.

Словно завороженные этой неожиданной встречей, казавшейся им сладким сном, Сария и Гюльназ и не подумали возражать.

Они верили, что теперь начнется для них новая, светлая жизнь, с которой связали все свои надежды. Эта чудесная добрая дама перевернет Тегеран вверх дном, чтобы отыскать Мусу и Фридуна, соединит их всех вместе и спасет от дальнейших мук и скитаний.

Передний фаэтон остановился у каменного крыльца.

Эрбаб Ханафи расплатился с извозчиками и, придерживая дверь, пропустил даму и Сарию с детьми в небольшой, по чистенько убранный дворик с несколькими деревьями, клумбой цветов и бассейном. Дама провела их в нарядную комнату, устланную коврами.

– Это будет ваша комната, - сказала она.
– Сама я с сыном живу наверху. Меня будете звать Саадат-ханум.

Потом она задала несколько вопросов о том, кто они, откуда прибыли, и, наконец, к удивлению Сарии, завела речь о Фридуне.

Сария ответила, что о Фридуне ничего не знает, и принялась рассказывать о своем горе. Она была удивлена, заметив, что госпожа ее не слушает.

"Наверное, торопится куда-нибудь!" - подумалось ей.

Узнав о болезни Нияза, Саадат позвала слугу и, сказав ему что-то по персидски, повернулась к Сарии:

– Слуга затопит баню. Выкупайся сама и выкупай ребят. Вы получите смену белья. Потом вызовут врача. А что до домашних работ о них расскажу тебе утром. Сейчас мне некогда, спешу. Спокойной ночи.

И она ушла, хлопнув калиткой.

Наутро Саадат дала некоторые поручения Сарии и Гюльназ.

– Каждый день будешь готовить обед на четырех человек, - сказала она Сарии.
– Еще не было дня, чтобы мы садились за стол без гостей.

Потом она повторила те же вопросы, которые задавала вчера.

Бедная женщина вторично рассказала о всех своих злоключениях.

– Я расспрошу, - сказала Саадат.
– Попытаюсь найти и твоего мужа и его племянника.

Проходили дни.

Сария и Гюльназ по два раза в день подметали двор, убирали комнаты, чистили все до зеркального блеска, готовили обед, мыли посуду и всячески старались угодить Саадат-ханум и ее сыну.

Повеселевшие дети играли во дворе, с каждым днем набираясь новых сил. А Гюльназ в подаренном госпожой платье городского покроя выглядела совсем красавицей.

Саадат с сыном относились к ним с исключительной добротой, как к равноправным членам семьи. И все-таки Сария никак не могла привыкнуть к городу и жила надеждой, что, как только найдет мужа, вернется в свою деревню, в свой домик. Однако неожиданная весть разрушила все ее мечты, разрушила навсегда.

Однажды Саадат вошла к ним в комнату сильно взволнованная. Сквозь слезы она сообщила, что месяц тому назад Муса скончался в Тегеране от воспаления легких, а Фридун был задержан полицией и повешен за бегство из сельской тюрьмы.

Потрясенные этим известием, Сария и Гюльназ в отчаянии рвали на себе волосы, царапали ногтями лица.

Саадат ушла, оставив их оплакивать свое горе.

Спустя пять дней Саадат позвала Сарию наверх.

– Сария, - сказала она вкрадчиво.
– перед престолом всевышнего ты мне сестра. Я считаю тебя родной сестрой, потому и открываю тебе свое горе. Теперь вся моя жизнь зависит от тебя.

– Что случилось, Саадат-ханум?
– взволновалась Сария.

– Мой сын влюбился в Гюльназ. Ни днем, ни ночью не дает покоя. Все твердит о ней. Или, говорит, женюсь на ней, или покончу самоубийством. Прошу тебя, сестра моя, уговори дочь, и пусть будут они счастливы оба.

Сария не нашлась сразу, что ответить. Но, понимая, что лучшей пары для Гюльназ она не найдет, решила осторожно поговорить с дочерью.

После известия о смерти отца и гибели Фридуна девушка находилась в состоянии полной растерянности и была равнодушна ко всему.

– Как хочешь, мама, - грустно ответила она.
– После смерти Фридуна я бы не хотела выходить замуж... Но теперь решай сама...
– И, сказав это, Гюльназ заплакала.

– Оставаться в девицах - грех. Это не плохие люди. Они нас от смерти спасли, - стала увещевать ее мать.

– Как хочешь, мама.

Так Гюльназ отдала Эрбабу Ханафи свое сердце, которое безнадежность, и отчаяние превратили в камень. Но вскоре качались новые страдания.

Однажды Саадат сказала Сарии, что хочет купить невестке новые платья. Разодев Гюльназ, она посадила ее в фаэтон и повезла в город.

Сария ждала до сумерек. Никто не показывался: ни Гюльназ, ни Саадат-ханум, ни зять. Когда в городе зажглись огни, она не вытерпела и вышла во двор, стала звать слугу. Никто не отозвался.

В это время вошли во двор два незнакомых человека и, окинув Сарию удивленным взглядом, спросили, кто она такая.

– А вы кто?
– ответила Сария вопросом на вопрос.

– Мы владельцы этого дома. Ты откуда здесь?

Сарию объял страх.

– А разве это не дом Саадат-ханум?
– с дрожью в голосе спросила она.

– Какая еще Саадат-ханум? Ты бредишь, что ли? Освободи дом и убирайся вон! Мы сдавали его в аренду на месяц!

Вытолкав детей, они выбросили на улицу вещи Сарии и захлопнули за ней калитку.

Саадат повезла Гюльназ на проспект Стамбули, а оттуда на Лалезар. Она водила ее по магазинам. Купила и надела ей на палец кольцо с алмазом. Она рассказывала о веселой городской жизни, о полных всякого добра магазинах.

Несмотря на сильную усталость, Гюльназ не без интереса наблюдала эту манящую своей таинственностью жизнь города. А совсем недавно он казался ей таким страшным и непонятно равнодушным.

Наконец Саадат повела девушку в небольшое, но хорошо обставленное кафе. Двое молодых господ, сидевших за столиком, приветствовали Саадат. Окинув Гюльназ странным взглядом, они переглянулись.