Чтение онлайн

– Я сразу сказала, что искать нужно у кровати! – удовлетворенно констатировала я.

Утомленная поисками Наташка молчала.

Я снова развернула записку, которая к этому времени приобрела какой-то сероватый вид и слегка помялась.

– Нет, – уверенно заявила я через пару минут. – Точно не Жора писал. Он никогда не смог бы так четко и ровно вывести буквы. Они у него всегда пляшут. И вообще, с чего бы он назвал меня «родная»? И еще. Жора никогда не страдал повышенной аккуратностью. А этот листочек безупречен: он белоснежный, хрустящий. Был, – добавила я, заметив Наташкин насмешливый взгляд.

– А может, это тот парень сам написал?

– А с какой стати тот парень будет обращаться ко мне как к девушке своей мечты? – возразила я, – он меня вообще ни разу не видел. Что-то тут явно не то произошло. Либо я сошла с ума, либо Жора. Либо он хотел мне сказать этим что-то важное.

Мы обе замолчали. Потом Наташка вдруг сказала, глядя на меня с каким-то завораживающим ужасом:

– Оля! я все поняла! Это точно все для конспирации! Знаешь, где настоящая записка?

– В конфетах! – восторженно провозгласила Наташка.

– Где? – недоверчиво покосилась я на нее.

– В конфетах! – торжественно повторила Наташка. – Точно тебе говорю. Есть такой способ, я в книжке читала: делается маленькая дырочка, туда просовывается скрученная в трубочку записка. И все!

Мы принялись внимательно осматривать каждую конфетину. Ни в одной из них мне не удалось обнаружить никакой дырочки.

– Знаешь, что нужно сделать? – предложила Наташка и тут же ответила, видя мое замешательство, – нужно съесть все конфеты. Тогда мы сможем найти записку.

Мы набросились на «Ассорти». Поначалу мне это было очень приятно. я с удовольствием опускала в рот очередную конфетку и наслаждалась ее вкусом, радуясь, что и в ней не оказалось записки, и можно съесть следующую.

Однако когда коробка опустела, мы поняли, что ни в одной конфете записки не было.

Мы с Наташкой уставились друг на друга.

– Ну и где твоя записка? – прошипела я.

– Не знаю, – испуганно ответила Наташка. – Может, ты ее съела случайно?

Я ничего не ответила и стала слезать с кровати. Меня подташнивало. Коробка была большая, больше, чем на полкило, и теперь я чувствовала странную тяжесть в желудке. А вся эта затея казалась мне ужасно глупой.

А когда я дошла до туалета, то еще глупее.

Нет, это надо же было додуматься – в конфетах секретная записка! Это только Наташка могла предположить такую чушь! Но я-то как могла купиться на такое? И вообще, глупо предполагать, что Жора стал бы соблюдать такую конспирацию. Что такого секретного он мог мне сообщить? К чему ему нужны были бы подобные ухищрения?

Выйдя из туалета, я прошла на улицу. Видеть Наташку мне не хотелось.

Но она настигла меня и снова прицепилась со своей идейкой.

– Оля, ты же обещала мне заняться подростками! – заканючила она.

– Ох! – вздохнула я. – Ну хорошо, а где я найду этих подростков?

– Так в мастерской! Они постоянно там ошиваются. Причем больше анекдоты травят да водку пьют, чем работают.

Меня передернуло, когда я услышала про водку. Фу, наверное, я эту гадость теперь в рот взять не смогу.

Правда, не хотелось бы, чтобы оно так получилось, но пока я и думать не могу про выпивку. Надеюсь, что это скоро пройдет.

– Сегодня как раз хорошо бы туда сходить, – продолжала тарахтеть Наташка.

– Почему именно сегодня? – без особого энтузиазма поинтересовалась я.

– Потому что отчим уехал в город за какими-то деталями, – пояснила она. – И его не будет до вечера. Как раз хорошо, что он тебя не увидит и ничего не заподозрит.

Я молчала.

Наташка стояла рядом и буравила меня взглядом. Поняв, что она не отцепится от меня, я подавила тяжкий вздох и спросила:

– Как найти эту мастерскую?

Наташка тут же принялась объяснять. Через пару минут я уже шла по дорожке, крутя головой в поисках здания с красной крышей – именно так Наташка описала мне мастерскую.

Вскоре я дошла до него. Дверь была открыта. Я осторожно поднялась на крылечко и просунула голову внутрь.

Да, работа и впрямь не кипела.

На деревянных табуретках сидели, развалившись, несколько пацанов и пускали дым в потолок. Здание было прокурено настолько, что не помогала даже открытая дверь – клубы дыма зависли в воздухе, не покидая пределов мастерской.

Прокашлявшись, я спросила:

– Простите, можно с вами поговорить?

– Заходи, тетя, – ответил мне один из парней, окинув меня оценивающим взглядом.

Начало мне не понравилось. Кто же так разговаривает со старшими?

Не став читать лекцию по этике и культуре общения, я прошла и огляделась в поисках свободного стула. Такового не оказалось.

Парни с насмешливым любопытством рассматривали меня. Ни один не удосужился уступить мне место. Под их откровенными взглядами я чувствовала себя крайне неуютно и уже очень жалела, что вообще поперлась сюда. Ох, ну зачем я послушала Наташку? Чего мне не сиделось дома? В самом деле, как вести разговор с этими подростками? Что они могут мне сказать?

Что, прямо так и спросить их: «Простите, не подскажете ли, а ваш руководитель случайно не убийца?» Представляю себе их реакцию! Черт, ну принесло же меня!

Я уже хотела было боком-боком выйти из мастерской, но в этот момент один из парней соскочил с табуретки и, улыбаясь, сказал:

– Садись.

Делать нечего, я присела, сложив руки на коленях. Сама себе я казалась этакой провинившейся школьницей, вызванной на педсовет за плохое поведение.

Я сидела и молчала, не зная, как завести разговор. Ой, ну что за дурная привычка – идти беседовать с людьми, не продумав, как строить эту самую беседу.