Шрифт:
Аппетитные бестселлеры Юлии Евдокимовой: Италия, которую можно попробовать на вкус.
(Газета «Аргументы и факты»).
***
Юлия- тонкий знаток и ценитель итальянской кухни и прочих итальянских тем.
(Джангуидо Бреддо, почетный консул Италии, член Академии истории итальянской кухни).
***
Влюбленная в Тоскану, между своей работой и желанием писать книги, Юлия не забывает о земле Боккаччо. Борги и рецепты всегда были в центре всеобщего интереса, сегодня в ее исполнении они снова становятся бестселлерами и литературным приключением.
(Тосканская газета «Иль Тиррено».)
***
«На книжной полке- тайны и туманы».
( Журнал «Италия».)
Если вы приедете в Тоскану, вы почувствуете, что Тосканой пахнет так же, как пахнет сосновым лесом, пахнет солнцем и холмами.
Фабрицио Караманья
***
Жители деревни на полпути к холму смотрят на движение, оставшееся внизу долины, затем возвращаются к полетам ласточек, ныряющих в луг, к пестрым ветвям, расчерчивающим небо, и думают о том, как блаженно этот холм защищает их от шума цивилизации, а иногда по вечерам приглашает луну на танец.
Фабрицио Караманья
***
Все совпадения персонажей и событий случайны.
Глава 1.
Шикарные женщины не плачут. И она так долго лепила свой идеальный образ, что никогда из него не выходила. Столько времени, сил, и, будем честными, средств ушло на создание этой безупречной женщины, что нелепо было бы выйти за рамки.
Во Флоренции она всегда чувствовала себя прекрасно. Приглушенные бежево-оливковые тона шерстяного костюма, неброская бижутерия, стоимостью в среднюю зарплату какого-нибудь клерка за год, цвет волос того оттенка «дорогого блонда» что подвластен лишь лучшим парикмахерам – женщина без возраста, без национальности, без имени, без прошлого. Богатая анонимная путешественница, что заходит в бутики с непроизносимыми именами модельеров, пьет коктейли в лучших ресторанах, ужинает на крыше отеля с видами на тысячи огней, словно новогодняя гирлянда рассыпавшихся вокруг.
Но этим вечером накатила тоска. Она шла по безлюдной набережной Арно, совершенно не беспокоясь, что вокруг темнота. К таким женщинам грабители не подходят, себе дороже. Ей нравилось неспешно гулять, не обращая внимания на прохожих, в этом городе она могла вообразить себя кем угодно, придумать любую биографию… восхитительное чувство! Но сегодня… Вокруг сгущался туман, исчез тоненький месяц на темном небе, погасли звезды и она растерялась, потеряв связь с привычным миром.
Женщина остановилась, не понимая, что с ней происходит. Вдруг впереди мелькнул огонек. Там из тумана выплывал Понте Веккьо с закрытыми лавочками ювелиров в теплом свете фонарей, приглушенном туманом. Вечность, в глубине которой жил своей жизнью крохотный, еле различимый свет. Она бы не заметила его в тумане, но свет казался живым, он дрожал, вспыхивал и гас, и женщина словно бабочка полетела на огонь.
Похолодало, туман принес сырость и промозглость. Она растерла руки и потопала ногами в изящных туфельках, поднимаясь на старый мост.
Сюда туман еще не добрался, и в неясном свете витрин она увидела темную фигуру. Приблизилась. На раскладном стульчике за несерьезным раскладным столиком сидел человек, укутанный в темный плед или старомодный плащ, при таком освещении не разобрать. Мужчина не смотрел на нее, уставившись на закрытую книгу в темной бархатной обложке, в таких раньше выпускали фотоальбомы. Тени накрыли лицо и не понять, молод он или стар.
На столике в старинном ручном фонаре дрожала свеча.
– Странно, что полиция не прогнала его отсюда. Хотя на бомжа не похож. – Она подошла совсем близко.
Мужчина не пошевелился.
Давно ушли спать африканцы-коробейники продающие контрафакт, закрылись лавочки. Ей стало не по себе при виде молчаливой фигуры на пустом мосту.
Свеча позволила разглядеть его лицо, худое, даже костлявое, с глубокой вертикальной морщиной на лбу, мужчина показался знакомым, словно она много раз видела этот образ на старых картинах, только не могла вспомнить, кто их написал.
– Что вы продаете? – спросила она по-итальянски.
Он на миг поднял глаза:
– Я астролог. – И снова опустил их, уставившись на книгу.
– Сколько?
– Десять евро.
– Хорошо.
Он указал пальцем в сторону, на деревянную табуретку. Она послушно опустилась, положила на столик две купюры по 10 евро каждая. Все, что было из наличных денег.
Незнакомец достал лист бумаги, нарисовал круг, расчертил его.
– Когда ты родилась и где?
– Откуда вы?
Он нахмурился. Она ждала.
– Мадрид. – наконец ответил он.
Женщина вспомнила магазинчик в центре испанской столицы. Она случайно забрела в тот переулок, с любопытством рассматривала старые карты и книги на витрине, толкнула дверь и оказалась в царстве сухих трав причудливых гадальных карт, старинных фолиантов и непонятных коробочек. Чучело совы повернуло голову, и она испугалась, выскочила из магазинчика. чтобы никогда не возвращаться. Надо же, вдруг вспомнилось! Она встревожилась и решила, что не должна говорить правду.