Чтение онлайн

Пляж покрыт мелкой галькой. Заходить в море приходится осторожно, стараясь не удариться босой ногой о какой-нибудь подводный валун, но какое же счастье погрузиться в воду, широкими взмахами задать темп, доплыть до самых буйков, отфыркиваясь от солёной водицы, всё же попавшей в нос, да и в рот тоже.

Загорать не стала, сразу переоделась в сухое, и пошла искать жильё поближе к побережью. Сдавали многие, так что нашла себе комнатку в доме с удобствами во дворе — даже дешевле, чем рассчитывала. Договорившись с хозяйкой, не спеша прогулялась на вокзал, а по дороге завернула в продуктовый и купила упаковку пельменей. Соседей оказалось не много, да и каждый держался особняком. Поужинала во дворике, увитом виноградными лозами. Потом погуляла по городу, вернувшись совсем в темноте. Белые простыни на очень удобной кровати с толстым матрасом благоухали свежестью. С блаженством я растянулась на своём ложе и, хотя планировала дочитать очень интересный фанфик, но слишком устала за насыщенный первый день.

Засыпала с улыбкой — у меня целый месяц впереди! Денег должно хватить и на экскурсии, и на подарки родным, с запасом получилось, премию на работе хорошую дали в придачу к отпускным. Так что единственное, чего опасалась — заскучать от безделья. Пока же приняла твёрдое решение наслаждаться заслуженным отдыхом.

***

Пробуждение оказалось просто ужасным. Рык какого-то мужика, нависшего надо мной, тяжелый запах пота и перегара, а потом ещё и удар по лицу, от которого моя голова чуть не отвалилась, мотнувшись в сторону, а уж синяк-то будет знатный. И топот ног по дощатому полу, а потом и захлопнувшаяся дверь.

Кажется, я начала просыпаться, потому что смысл криков неизвестного постепенно доходил до гудевшего мозга. Что-то было про то, что я, сука такая, уже достала его, еды не приготовлено, дома не прибрано, и, мол, ублюдок мой весь в меня пошёл, и что он, муж, пойдёт сейчас в бар, а когда вернётся, я ещё получу по полной программе.

Я не могла понять — сон это, или явь, дикая, непонятная реальность, пока в бок мне не ткнулось какое-то маленькое дрожащее тельце. Тонкие ручки вцепились в одежду, вихрастая головка уперлась куда-то в бок, но хуже всего были беззвучные рыдания этого крохи, от которого сотрясалось его худенькое тело. Ага, вот и тот самый «ублюдок», надо полагать.

Я быстро села, подхватив неизвестного малыша на колени и прижав к себе. Сама оглядываю незнакомую убогую комнату, в которой оказалась. Каким образом, интересно? Съемная комнатенка, конечно, тоже не дворец, крохотная совсем, но по крайней мере идеально чистая. А тут? Мальчик затих, наконец, пригревшись, а я отвлеклась от обстановки, собираясь узнать от ребенка, кто он такой, когда тоненький голос тихонько позвал:

— Мама! Тебе больно?

Я похолодела. За кого меня принимают? Меня похитили? Но кто? Бандиты? Террористы? Инопланетяне? Но ребёнок-то уж точно не виноват, поэтому постаралась утешить и отвлечь, поглаживая по спине:

— Пустяки, малыш. Всё пройдёт. А ты не скажешь, где мы?

Если он видел, как этот урод меня бьёт, то стресс ещё тот получил.

— Дома, — услышала я неуверенное. — Уже утро?

В животе у ребенка заурчало. Голодный, наверное. Что вообще происходит?

Скула болела, какой же тяжёлый кулак у этого мерзавца. Обещал, что вернётся? Я вскочила, подхватывая ребёнка. Что же делать?

Неплохо бы для начала разобраться, что к чему, но знать, что за тебя цепляется голодное маленькое существо и ничего не делать, это не по мне. Найти кухню стало первой задачей. Пробираясь через захламленную комнату, едва не споткнулась о сломанный стул, валяющийся прямо посреди коридора. Малыш прижался сильнее, обхватив меня за шею тонкими ручками.

— Папа скоро придёт? — спросил с затаенным страхом.

И тут у меня в голове щёлкнуло — он говорит не по-русски, а я почему-то его понимаю. Английский — поняла с облегчением. Было бы хуже, окажись ребенок испанцем, например. А так худо-бедно понять и даже поговорить смогу.

Как раз нашлась кухня. Первое впечатление — большая. В моей квартирке, где после свадьбы подруги, я осталась одна, это помещение куда как меньше. Второе впечатление — что за свиньи тут живут?!

Переполненное мусорное ведро издавало отвратительный запах. Пустые бутылки и пивные банки раскиданы повсюду, стол заставлен грязной посудой, какими-то объедками, даже старые картофельные очистки красовались среди пустых консервных банок и поросших плесенью кастрюль.

Зря я свет включила. Или не зря?

— Малыш, посиди тут, я что-нибудь сготовлю поесть.

Усадила его на стул, более-менее целый.

— Я не малыш, — прошептал ребёнок как-то очень серьёзно. — Я Севеус.

— Как ты сказал? — я боялась, что неправильно поняла. — Северус? А можешь сказать своё полное имя?

О Боже! О чём я прошу ребёнка?

— Севелус Снейп, — услышала я и без сил опустилась на стул напротив. Ножка подо мной подогнулась, и я грохнулась на пол.

Сбылась мечта идиотки! Вместо чудесного отпуска, я попала в сказку. В страшную, надо сказать. Интересно только, в канон, или в какой-нибудь фанфик? Если Северус Снейп называет меня мамой, то получается, я теперь Эйлин Снейп, и тот мерзавец — мой муж, Тобиас?

Наскоро успокоив вскочившего малыша, всполошившегося от моего падения, я бросилась к маленькому зеркалу над раковиной, а после осмотра лица, оглядела, наконец свою фигуру. А что — сбылась ещё одна мечта, я теперь худая и высокого роста. Лицо бледноватое, даже изможденное, волосы в жутком состоянии, синяк, опять-таки, наливается. И похоже, это совершенно не шутки.

— Похоже, теперь это моя жизнь, — проговорила едва слышно.

Обернулась — ребёнок смотрит со страхом. Что он прочёл на моём лице? Улыбнулась бодро и подмигнула:

— Выше нос, Сев. Сейчас поедим!

Некогда мне тут паниковать, вообще-то, когда ребенок не кормлен, а пьяный злой муж вот-вот вернется. Блин, у меня есть муж! Кому скажи!

Обшаривание кухни дало неутешительные результаты. Ни кусочка хлеба. Две картофелины, пара морковок, засохшая луковица. И пакетик овсяных хлопьев.

Обе кастрюли в кошмарном состоянии. К счастью, плита газовая, вполне понятная. Вода из-под крана течёт исключительно холодная, губки нет.

В холодильнике нашлось полбутылки молока, к счастью — ещё не скисшего. И маленький кусочек сливочного масла. Быстро отмыв кастрюлю, отдала предпочтение овсяной каше. К тому времени, как она была готова, ребёнок уже клевал носом. Не выспался? Большие часы над кухонной дверью указывали, что сейчас ровно пять. А вот вечера, или утра — загадка. Свет за окном, выходящим в какой-то узкий переулок, мог означать, как раннее утро, так и ранний вечер.